Мечта сбылась...Блин.

      Подростки сидели в отведенной специально для них комнате и собирались с мыслями. Сергей сидел рядом с Настей и наблюдал, как она что-то очень усердно пишет, иногда кусает и посасывает ручку или отбивает некий ритм ею же по тетрадке, пытаясь таким образом сосредоточиться и поймать правильную, нужную мысль. Девушка нередко шмыгала носом, чесала его, что он становился постепенно красным. Настя продолжала писать какие-то списки, на полях рисовала рожицы, чтобы немного отвлечься, что-то зачеркивала и писала вновь и вновь, криво выводила буквы, а потом кое-как их подправляла, делая слово ещё более непонятным. Девушка фыркала, зачеркивала слово и писала заново чуть выше. Родители, учителя, друзья вечно ей говорили, что её почерк читать почти невозможно — некоторые буквы были между собой похожи, почти одинаковые. В ответ Настя говорила, что для такого человека как она — умного, редко обращающего внимания на мелочи, но если и обращает, то обязательно их запоминает, красивый каллиграфический почерк не важен, а важно было хоть как-то записать мысль, пока та не исчезла.       Сергей повернул голову левее и посмотрел в окно. Парень не мог точно понять свои чувства и мысли, когда увидел ту яму и записку от Главного. Но когда он услышал от Насти относительно забавную историю о том, что в той яме и в помине не было трупов, а только объедки и до этого момента манекены, то парнишка немного успокоился. Но факт остается фактом: за пределами этой комнаты находились маньяки и извращенцы, которые, скорее всего, положили глаз на подростков. Он не понимал, почему они не убили их ранее. Он видел, как дерутся те уроды с монстром, который слишком заинтересовался им. Этот мужчина — тот, который в плаще и шляпе, со странной улыбкой, нет, скорее, ухмылкой и медовым, бархатным голосом. Такому «мужчине» нужно соблазнять дам где-то в роскошном баре или ресторане, попивая чистый виски и стоять на сцене с микрофоном, исполняя какую-нибудь песню из далеких 30-40 годов. Сергей обратил внимание, что Насте всегда нравились такие старые песни Америки. Он точно не мог понять, когда наступил этот момент в жизни его подруги, когда та полюбила антиквариат, латынь и поэзию, да плюс ещё ко всему очень нестандартные взгляды на жизнь и мир.       Он часто замечал, когда они гуляли в центре Раменского, как девушка подбегала к нищим и давала не мелочь, как все обычные прохожие, у которых где-то в сумках или карманах завалялись несколько монеток, а несколько купюр номиналом 100 рублей, что-то шептала им, качала головой, а потом возвращалась к ошарашенному другу, который однажды спросил: — Зачем ты даёшь им столько денег? И что говоришь?       Она хмурит брови, скрывает свои бледные руки в карманах куртки, собирается с мыслями, иногда прочищает своё горло и говори неуверенно: — На самом деле, если подумать, то все мы, может, по случайности или своей вине, можем оказаться на улице. Бедность в нашей — обыденная вещь. Тут много простых таких людей, которые говорят, что нет смысла давать людям деньги — пропьют. Говорят, что они ленивые и не работают. Однако, кто возьмет бездомного к себе на работу? Да никто. Грязный, слабый, никчемный человек, который может быть, годами не держал в своих руках деньги больше 500 рублей, да ещё и больной, старый. Ты бы взял к себе на работу такого?       Сергей подумал-подумал, хотел бы кивнуть, но одумался и отрицательно покачал головой, с некой долей сожаления смотря на подругу. Та пожала плечами и продолжила говорить: — Возможно, я бы тоже не взяла на работу бездомного, но людям всегда нужно давать второй шанс, верно? Может быть, найдется простофиля, который возьмет и приютит уличного беднягу и даст ему кров, работу, может быть, поесть и попить. Скорее всего, я бы и была тем самым человеком. Больше всего жалко инвалидов и верующих бездомных. — Инвалидов-то понятно: калека никому не нужен. А с верующими что? — спросил Серый. — Ну, такие ребята несмотря на свое положение взваливают всё на Бога. В том смысле, они находят оправдание в своей нищете, говоря, что это очередное испытание. И такие люди начинают хоть что-то делать с этой проблемой именно после определенного знака, который подал им Бог. Это забавно и печально одновременно.       Сергей временами не понимал Настю. Она — самое странное явление в его жизни. Неожиданно появилась, начала вести дружбу, возиться с ним и его отцом, который после развода совсем раскис, стал апатичным, иногда тянулся к бокалу. А Настя, которая не сразу начала дружить с прибывшим в совершенно новый для него класс, оказалась его соседкой — живут в соседних квартирах. Сначала они просто общались, а потом Настя начала помогать Серому с уроками, так как он немного отставал в физике. Всё это переросло в очень крепкую и странную дружбу, чему Сергей очень рад.       Парень встряхнул голову и вернулся из воспоминаний в настоящее. За пределами комнаты опять послышался шум. Арина включила радио на своем телефоне, из-за чего все в очередной раз убедились, что находятся на другом конце света. Кто-то считал, что-то, что они оказались теперь за пределами своей страны -настоящая катастрофа, однако, таких было мало. Другие считали, что это очень круто — считай, мгновенно и бесплатно оказаться в Америке. Может, им перепадет, повезет или ещё что-то, а после смогут прогуляться по городу. — Так ребятки, — Настя встала с кровати и стала лицом к своим друзьям, — Начнем с простого: мы в жопе. Жопа глубокая и тёмная. Мы находимся среди психов и непонятных существ, которых, по идее, быть не должно, но мы ещё в США, хотя, я всё равно не вижу логических объяснений этому феномену. Да и ещё придурок, который во всех смыслах нас выше, обещает нас опустить целыми и невредимыми, если мы подавим зверскую натуру у его полоумных друзей. Как вы понимаете, добиться этого сложно: нужно сначала наладить хотя бы контакт. Ну, как контакт? Чтобы нас хотя бы при первой встрече не распотрошили. Как-то так. Похоже, самый адекватный из неадекватных — это Тики-Тоби. Учтите, с ним пока рано говорить о его, — Настя почесала затылок на этом моменте и задумалась, а потом встрепенулась и продолжила, — Кхем, о его прошлом, семье и проблемами с координацией движения. — А что за проблема-то? — спросила Арина, которая стояла позади всех, облокотившись на деревянную стену.       Настя тяжко вздохнула, закатила глаза, нахмурилась и немного злобно посмотрела на Арину — девушка явно не любила, когда её перебивают. Настя объясняла это тем, что она отвлекается, а мысль теряется и приходиться начать рассуждать сначала. — Ну, дерганный немного парнишка… В прямом смысле. Хоп — а он, конечно же, совершенно случайно, бросает в твою голову топор. Нет, я не утверждаю, что он нервный. Он просто дергается, может, с трудом держит предметы, иногда ходит странно, может на месте упасть. Так вот, я вам рекомендую его не называть по прозвищу, а его настоящим именем — Тоби. Просто Тоби. Просто общение. Потом, когда найдете общий язык, может, научите его чему-то. И нет, я не про то, чтобы взрывать что-то в микроволновке, в том числе и её саму, Никита. Его нужно отучить таскать эти топоры или использовать их иначе: не разрубать людей, а деревья. Это звучит… Относительно легко. Нужно составить список от самых адекватных до неугомонных психов, которым явно нужна помощь.       Ребята кивнули и решили, что действовать они будут совсем скоро, чтобы не злить Главного, который, однако, вопреки всем ожиданиям Насти, прекрасно слышал её речь, будучи даже на втором этаже этого домика.