Я не боюсь или проклятие Учиха

Ариадна в немом ступоре уставилась на синоби. Ей подумалось, что, быть может, она ослышалась, и Дейдара вовсе не то хотел сказать. Однако его бесстыжие голубые глаза не отражали и тени раскаяния. И в ней пробудилось желание как следует взгреть его. - Объяснись! – Потребовала она, грозно нависая над ним. Нахал, как не в чем ни бывало, пожал плечами и невинно залупал невероятными ресницами. Куноити вышла из себя. В приступе бешенства схватив первый попавшийся предмет, которым на несчастье Дейдары оказалась та самая злополучная, подаренная им, а после брошенная наземь роза, Ариадна со всей силы хлестанула ниндзя по груди. - Мерзавец! - пылали яростью ее зеленые глаза. - Так, говоришь, не будешь извиняться?! Инстинктивно вскочив, нукэнин вскинул руки, стремясь защититься от града обрушившихся на него ударов. - Что творишь?! – Ошарашено визжал он. - Я научу тебя манерам, чтоб впредь не повадно было обманывать! - гремела Ариадна, будто катаной размахивая цветком. - Стой! Не надо! Я! Прекрати! Ангелочек! – лепетал подрывник, проворно уворачиваясь от прицельных ударов. Обида ослепила Ариадну. Она не остановилась даже тогда, когда с головки бутона слетел последний лепесток, а хрупкий стебелек согнулся. Не чувствуя боли от шипов, вонзившихся в ладони, и замечая выступившей крови, она в сердцах отшвырнула прочь то, что осталось от цветка и топнула ногой. Всплеск эмоций истощил ее внутренние резервы, но не принес желанного успокоения. Пользуясь передышкой, Дейдара благоразумно отступил назад. Впрочем, несмотря на произошедшее, в его лучистых глазах продолжали плясать шкодливые смешинки. «Засранец...» - досадовала Ариадна. Эта плутоватая улыбка была способна растопить даже самое каменное сердце. Как это не парадоксально, но она не могла сердиться на него долго. Особенно когда он так забавно он морщил свой курносый нос, пытаясь подавить улыбку. Злость отступила так же внезапно, как и возникла. Решив, что попросту тратит на него силы, девушка развернулась на 180 градусов и зашагала к базе. - Ты не спросила «почему»… - Вопрос Дейдары настиг ее, не преодолела она и четверти дистанции. - Что «почему»? - заинтригованная внезапно вернувшейся к нему серьезную, Ариадна оглянулась и гулко ойкнула. Синоби очутился в аккурат перед ней. Когда только успел подкрасться?! - Почему умолчал о напарнице… Дейдара заглянул куноити в глаза и бездна этого лучезарно взгляда приоткрыла ей все его эмоции. Девушке стало не по себе и невольно она попятилась. Шаг за шагом Ариадна стремительно отдалялась от него. А он, словно не желая отпускать ее, шаг за шагом рвал метры образовывающейся дистанции. Когда же ситуация с "бегством" достигла точки абсурда, и отступать было некуда, Дейдара принудил девушку остановиться, водрузив на плечо ладонь. – Задай вопрос. Я хочу, чтобы ты спросила… - потребовал он. Появившаяся в его поведении властность изначально несколько дезориентировала куноити. Никогда прежде он не позволял себе по отношению к ней ничего подобного. Может быть поэтому она автоматом и пробормотала: - Почему же? -Потому что… - неуверенно начал Дейдара, покосившись по сторонам. - Боялся потерять тебя. Переживал, что если ты узнаешь обо всем, то попытаешься бежать.… Но более всего меня страшило, что твой побег может удастся, и тогда мы больше никогда не увидимся. Возможно тебе сложно в это поверить, однако я привязался к тебе. По-мужски настойчивые руки мягко заскользили вдоль линии предплечья. Ниндзя подался вперед и она ощутила тепло его дыхания на своем лице. - Прошу, не надо… - осознавая, чем чреваты подобные разговоры, взмолилась Ариадна. Итачи оказался проницательней ее. Еще на задании в селении Скрытом в Горах он намекал на "не простое" отношение к ней Дейдары. Помнится, она тогда жутко разозлилась, даже обиделась. А все, потому что действительно ничего такого за ним не замечала. Она считала его другом. Выходит - ошибалась. – Мы даже не друзья…. - стыдливо опустила ресницы девушка. Ей стало совестно. Невольно она ввела синоби в заблуждение, подарила надежду, которой никогда не осуществиться. - Пускай! - горячо запротестовал юноша, хватая ее за талию и прижимая к себе. - Я никогда и не стремился стать твоим другом! С того самого момента, когда я увидел тебя там, в темной сырой камере для допросов, а после мы поговорили, у меня возникла уверенность, что вскоре мы станем кем-то важными друг для друга... Мне кажется, это судьба... Я люблю тебя, Ариадна.… Выходи за меня! Сказать, что Ариадна удивилась, означало и вовсе ничего не сказать. Предложение Дейдары, его порывистая страстная речь - выбили почву у нее из-под ног и она попросту растерялась. Цукури – милейший души человек. В Акацуках он стал ее отрадой, ее спасением. С ним она чувствовала себя легко и непринужденно. А его по мальчишески озорная улыбка зачастую поднимала ей настроение. Ариадна видела в нем исключительно товарища, верного и преданного соратника, но отнюдь не мужа. - Не знаю, что и сказать... - повинилась девушка, тряся головой. Ей было невероятно досадно рушить чужие надежды, осознавая, насколько невыносима под час от этого боль. К сожалению, не сложилось. В ее душе все ниши были заняты и в ней не осталось места ни для кого кроме него. Проклятый Итачи. Вот, чьи достоинства перекрывали недостатки. Она боялась признаться даже самой себе, что все ее будни так или иначе наполнены мыслями о нем. - Не нужно придумывать. Просто скажи «да»! Нетерпеливо обхватив лицо куноити ладонями, Дейдара нежно припал к ее губам. - Дей! – инстинктивно уворачивалась на грани паники Ариадна. Что, в общем-то, абсолютно не смутило синоби. Его ладонь уверено, но при этому удивительно нежно, переместилась на затылок куноити. А через секунду, взволнованный шепот потряс ее сознание: - Соглашайся, и я сделаю все, что ты захочешь. Если надо, уйду из Акацук и мы уедем далеко-далеко. Туда, где никто и никогда не сможет нас отыскать.… Купим небольшой, уютный домик на берегу океана.... Ариадну замутило. Мечта Хаяте звучала из уст Дейдары как фантастическая сказка! Он всегда хотел жить у моря. Бегать босоногим по песку и слушать шум прибоя. Его не стало, а мечта так и осталась мечтой. Пока куноити предавалась воспоминаниям, губы Дейдары перешли в наступление. Вот они жадно прошлись по ключице, а после, взобравшись по изящной шейке, приложились к мочке уха. Объятия синоби окрепли. Движения стали порывистей. Его ладони, до этого фривольно порхавшие по спине, осмелев, потянулись к груди. Девушка реагировала на происходящее рассеянно. Мысли ее унеслись в прошлое, а потом вдруг, не с того не с сего, переключились на Итачи. Невольно она провела между синоби параллели. Осторожность и легкая ненавязчивость против уверенной решительности. Ласки Дейдары были неторопливыми и осмотрительными. Предприняв что-либо, он на мгновение замирал, словно желал удостоверится, не переходит ли он границы допустимого и нравится ли это ей, или же он банально опасался натолкнуться на сопротивлением. Итачи придерживался иной тактики. Твердо в чем-то уверившись, он целеустремленно шел к цели, сметая все препятствия на своем пути. И уже в этом между ними проявлялась существенная разноплановость. Все же Дейдара редко прибегал к силе. Учиха, напротив, не брезговал ею, будь то психологическое или физическое ее проявление. Именно этой надменной властности, Ариадна и не могла противиться. Рядом с Итачи она теряла рассудок, превращаясь в податливую марионетку. А все, потому что зачастую он просто не давал ей возможности все взвесить, подавлял напором, склонял именно к тому решению, которое было выгодно ему. В отличие от него, Дейдара даже и не помышлял о давлении, всегда оставляя право выбора за ней. Несмотря на это, дорожка к ее сердцу как была, так и оставалась для него закрытой. А, между тем, Ариадна много отдала бы, чтобы все сложилось иначе. - Прости Дейдара… - в смятении пробормотала девушка, останавливая безумное движение его рук. Сожаления не преумножат любовь. Она ценила в Дейдаре его непохожесть на других, его неподкупную искренность и нежность. Любила как друга. Но не как мужчину, с которым хотела связать свою жизнь. - Не спеши. Все тщательно взвесь. – Словно почувствовав настроение куноити, перебил ее синоби. Наградив девушку мимолетным поцелуем в губы, он со вздохом отстранился. Ариадна с нежностью и невыразимым сочувствием глядела на него, понимая, что он лишь оттягивает неизбежное. Хотелось обнять его, утешить, гладить по волосам, нашептывая ободряющие слова. Но из опасений, что это будет неправильно истолковано она удержалась от неосмотрительных порывов. Пусть он лучше сейчас отболеет. Зато в будущем не будет столь прямодушен. Ариадна попыталась привести пришедшие в сумбур мысли в порядок, смутно осознавая, что сейчас не место и не время для этого. Очевидно ее симпатия была превратно истолкована Дейдарой. Но, несомненно, кое в чем он был прав. Их действительно с самого начала потянуло друг к другу. Эта тяга в последствии и трансформировалась в крепкую привязанность. Только вот признаваясь эта имела для каждого из них свой сакральный смысл. Для Ариадна она ознаменовала надежду. После гибели друзей, она ощущала себя одинокой и потерянной. Солнечный непоседа Дейдара впустил в ее скорбную жизнь солнце, и она поверила, что счастье еще возможно. Казалось у нее вновь появился друг, как жаль, она ошиблась. Как выяснилось, у Дейдара имелся свой взгляд на их отношения. С самого первого дня он видел в ней исключительно симпатичную девушку. Отсюда его постоянное стремление находиться рядом и оберегать ее. Ариадна приуныла. Как же так получилось? Где она прокололась, позволив ему полгать, что между ними возможно больше, нежели дружба? Теперь же, когда ситуация достигла точки невозврата, куноити чувствовала себя в тупике. - Ангелочек!¬ - позвал ее синоби. - Я бы не прочь остаться, но мне пора бежать. Задание... Надеюсь, ты больше не сердишься? - Думаю, нет... - на автомате произнесла Ариадна. - Я скоро вернусь. Обещай подумать о моем предложении. - Обещаю... Ариадна опасливо выглянула в коридор. Заржавевшие петли жалобно скрипнули и по переходам базы прокатился характерный скрежет. С досадой чертыхнувшись, девушка поморщилась. «Как слон в посудной лавке» - отругала она себя. Так не ровен час, ее услышат даже в холле. Хотя об этом не стоило волноваться. На текущий момент база прибывала в относительном запустении. Акацуки в большинстве своем разбрелись по миссиям. Это развязало Ариадне руки. Теперь она могла с минимальным риском выйти на связь с Конохой. Благо ее травмированное плечо практически восстановилось, а вместе с тем, вернулась и подвижность суставов. Таким образом куноити снова обрела способность складывать печати. Тишиной отозвалась ее нечаянная неловкость. На базе царило удручающее запустение. Ариадна понимала это и перестраховывалась исключительно ради собственного успокоения, держа в уме уникальное умение некоторых из преступников скрывать чакру. Вернувшись в спальню, Ариадна достала из шкафа свиток и разложила его на столе. Трепещущее пламя масляной горелки, отбрасывая на бумагу диковинные блики, словно подсвечивало символы, отпечатанные на ней изнутри. Куноити собиралась задействовать довольно энергоемкие техники: дзюцу призыва и обратного призыва. Этих мер требовал усовершенствованный барьер вокруг базы, модернизированный после ее неудачного побега. Теперь его было невозможно снять с помощью только лишь определенного набора печатей. Она еще не успела до конца разобраться в принципах его работы. Но уловила одну немаловажную особенность. Барьер довольно ощутимо реагировал на присутствие чакры. Это могло означать либо, что дезактивировать его было возможно только обладая определенным ее типом. Либо, что барьер блокировал прохождение через себя конкретного синоби. В чем Ариадна и решила удостовериться. Аккуратно надкусив палец, она меланхолично наблюдала, как алые капли падают на бумагу. Когда кровавая жертва была принесена в достаточном объеме, девушка скрепила ее, положив ладонь на монограмму, а после сложила печати. Однако что-то не заладилось. Белоснежная птичка Кацуи, с которой у нее был подписан контракт долго не появлялась. Когда же Ариадна занервничала, на зов явился Тацуи – пепельный голубок, слишком юный и эмоционально нестабильный для миссий ранга S. -Тацуи? – удивилась куноити. – Что ты здесь делаешь? Где Кацуи? - Чирк! – Защебетал Тацуи, вытягивая длинную шею. – Ариадна-сан. Кацуи-сан мертва…. Ариадна вздрогнула. - Что ты говоришь? Моя бедная, преданная Кацуи! Как это случилось? Грудь сдавило. Ариадна схватилась за сердце. По щеке ее скатилась слеза. Эта трогательная голубка буквально выросла у нее на руках. Вместе они прошли все этапы взросления и вот ее больше нет... Жизнь продолжает наказывать ее, отнимая близких. -Чирк! Чирк! - Грустно щебетал Тацуи. - Сведения об этом до сих пор отсутствуют, Ариадна-сан. Нам известно лишь то, что она отправилась на вызов и так и не вернулась… В голове куноити роились предположения. В отсутствии фактов, она была уверена, здесь не обошлось без Акацук. Судорожно стиснув кулаки, Ариадна сказала себе: «Спокойно! Не время раскисать…» - Тогда Тацуи теперь ты работаешь со мной….