Имел оплошность быть не осторожным, и в гневе про убийства обронить
29 марта 2014 г., 06:02
Имел оплошность быть не осторожным,
И в гневе про убийства обронить,
Перепугав словами бар тот придорожный,
Сумев тем самым полицаев заслужить.
Она глядела в мою сторону брезгливо,
И пряди золотые поправляла без конца,
В мундире синем русского пошива,
Ментовка принимала алого жнеца.
Мое терпенье было на пределе,
И всей душою выйти я желал,
А доказательства в убийствах все редели,
И я в безумье крови возжелал.
Стуча туфлями в синей униформе,
Ты поднималась по подъезду вверх,
Платок уже омытый в хлороформе,
А голове созрел все новый грех.
В машину тело, погружая я увез,
Тебя туда, где нам не помешают,
На даче средь белеющих берез,
О детстве там воспоминания ветшают.
Ты намертво прикована к столбу,
С лица ушла надменность ментовская,
А я тебя улыбкой подбодрю,
Узнала? Ну не бойся дорогая.
Уже привычно роза алая в руке,
И жертва стонет жалко на столбе,
О Боги, как погряз я в пламенном грехе,
Как ведьма в давней ворожбе.
Тебя бензином обливая, усмехаюсь,
Вся правда догорит в чарующем огне,
Ведь смертные уже не воскресают,
И можем мы забыть о болтуне.
