Детектив и экстрасенс

Руна Иса (Isa) – руна льда. Руна смерти. Руна символизирует остановку движения, замораживание всех процессов, остановка роста, препятствие возрастания вплоть до смерти. С другой стороны руна Иса (Isa) в своем значении при толковании может сигнализировать о периоде сохранности в незыблемости, кристаллизации духовного и материального. А значит, все впереди, лед превратится в воду и поток новым руслом возобновит свое течение. Это время которое позволяет осесть всему не нужному на дно и со временем избавиться от него, как от ненужного балласта. Погода будто решила, что хватит уже ей лить слёзы. Хотя дождь прекратился, стало ужасно холодно, и лишний раз не хотелось выходить на улицу, ведь намного лучше было провести день в тёплой комнате, накинув тёплые вещи, чем мёрзнуть под пронзительным ветром. Гокудера тряхнув головой, будто избавляясь от лишних мыслей. Он сам не понял, как «завис» на несколько минут, держа в руке книгу. Эта квартира кричала об одиночестве. В ней был лишь необходимый минимум вещей, но парень и не пытался её обустроить, предпочитая проводить лишь ночи да коротать время, когда у него не было работы. Никто не будет ждать его со школы, никто не спросит про его успехи или как прошла очередная контрольная. Парень и сам не понимал, почему продолжал хорошо учиться, если это никому не было нужно. Блондин лишь хмыкнул собственным мыслям, подходя к креслу в гостиной и кладя на него книгу. Но сам опуститься в него он не успел – в дверь позвонили, и парень, полу-удивлённо, полу-завороженно пошёл открывать. Ему было интересно, кто решил почтить его своим визитом в такую погоду. - А, это ты, - нехотя отозвался он, когда его взору предстал улыбающийся одноклассник. – Уходи. - Нет. Парень придержал дверь и вошёл внутрь, игнорируя убийственный взгляд со стороны напарника. Ямамото скинул промокшую от луж обувь и повесил ветровку, поёжившись от холода. - У тебя всегда так холодно? – будто и не замечая того, что он здесь нежелательный гость, брюнет прошёл на кухню, по-хозяйски включая чайник и достав две чашки. - Уходи, - повторил свою просьбу Гокудера. - Хаято, хватит вести себя как ребёнок. - А ты будто взрослый, - хмыкнул юноша, доставая пачку сигарет, и вытряхнул оттуда тонкую никотиновую палочку вместе с зажигалкой. - Хватит курить, - раздражённо отозвался спортсмен, но напарник специально выдохнул дым в его сторону. - И что ты мне сделаешь? Ямамото схватил блондина за руку, вытаскивая из зажатых зубов сигарету и выбрасывая её в раковину. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, слушая тишину. Вода в чайнике громко бурлила, а затем раздался щелчок. Это отрезвило обоих. - Зачем ты пришёл? – Гокудера на правах хозяина квартиры разлил кипяток по чашкам и положил два пакетика заварки. Поставив посуду на стол он ссутулился, опираясь о стену. - Как ты? – неожиданно спросил брюнет и парень тихо засмеялся. - Отлично. Как ещё может быть человек, который умер? - Хаято, ты… - Мы должны были умереть, - глухо отозвался школьник, глядя на кольцо. - Я рад, что мы живы. - Мы провалили задание. Ямамото лишь пожал плечами, поняв, что с этим он не мог спорить. Несколько минут висела тишина, нарушаемая лишь помешиванием ложкой сахара. Гокудера достал новую сигарету и закурил, не обращая внимания на напарника. И пусть он отрицал это, но парень был рад, что тот был рядом. Пустота угнетала его, давила на психику. Хотелось, чтобы кто-то был рядом. Даже если между ними всё кончено… - Хаято… - Я же просил не называть меня по имени, - оборвал его блондин. «Ведь так мы опять становимся ближе…» - с тоской подумал школьник. - Зачем ты пришёл? Гокудера взял чашку в руки, лишь бы чем-то занять себя. Ему было неловко, и он не знал, как справиться с этими эмоциями. Он должен был подавлять их, изменить свой характер… - Мне страшно, - признался Ямамото и блондин резко поднял голову, встречаясь взглядом со светло-карими глазами. - Маленький мальчик наконец-то признаёт свою слабость? – попытался язвить в прежней манере школьник, но он был растерян. - Ты ведь чувствуешь тоже самое. Парень поставил чашку, и в тишине это раздалось как выстрел. Гокудера поежился, отступая на шаг назад, когда друг начал подходить. Эта вся ситуация ему была до боли знакома. Он боялся такого Ямамото – серьёзного, собранного, без его улыбки на лице. Хищник. И Гокудера чувствовал себя загнутой жертвой, так опрометчиво попавшейся в ловушку. - Не думай, будто знаешь меня, - вышел из положения блондин, ставя свою чашку на столешницу. - Я знаю. Дрожь прошлась по телу парня, и тот развернулся, намереваясь покинуть кухню, но сильная рука мечника остановила его, разворачивая его к себе лицом. - Я ненавижу тебя, - сдался Гокудера. Ямамото улыбнулся, принимая эту небольшую победу, а затем прижал друга к себе, сцепляя руки на талии и целуя его. Слишком долго они держались на расстоянии, слишком долго отрицали то, что между ними что-то ещё осталось. Оба это понимали, но Гокудера не хотел этого признавать. Брюнет вжал его в стену, напористо целуя, стараясь прижаться всем телом. Руки, которые пытались оттолкнуть, были схвачены и сжаты. Слишком резко сократилось расстояние между ними, и это кружило голову не хуже вина хорошей выдержки. - Я не могу без тебя, - выдохнул Ямамото, обнимая друга и закрывая глаза. Он мог его оттолкнуть, мог обругать, но… Не сделал этого, а наоборот, прижался сильнее. И пусть у блондина до сих пор болела голова от встречи со стеной, но он продолжал прижиматься к тому, кого уже потерял. - Мы же не будем это делать на кухне, правда? На эту фразу Гокудера фыркнул, отвернувшись, и брюнет засмеялся от его реакции. Всё было как раньше. Их пальцы переплетались, дарили чувство защищённости, надёжности. Подрывник и мечник. Напарники, которые должны были погибнуть в один день. Губы исцеловали каждый сантиметр кожи, но хотелось большего. Будто пьяные, парни дошли до кровати и упали на неё. Всё казалось таким правильным, будто и не было месяцев разрыва. Хотели напарники того или нет, но они были связаны воедино, и эта связь была поводком, которая вела к ошейнику каждого. Небольшая борьба за лидерство закончилось тем, что Ямамото оседлал бёдра любовника, не давая тому вырваться. - Ямамото… - тяжело выдохнул парень, когда его избавили от одежды. - Даже в такой момент ты не можешь назвать меня по имени? – не удержался брюнет, усмехаясь и прикусывая мочку уха, чувствуя, как дрожь прошла по телу одноклассника. - Такеши… В какой-то момент всё потеряло для них значение, они лишь ловили дыхание друг друга, проводя руками по вспотевшей коже. Гокудера потянулся к своему возбуждённому органу, но брюнет перехватил руку, заводя над головой и целуя. - Сволочь, - еле слышно выдохнул блондин, вздрагивая, когда ладонь скользнула к паху. - Ненавидишь? – с улыбкой уточнил Ямамото. - Ещё как. Для них обоих это был безумный, но такой привычный вечер. И лишь только лежа в кровати, накрывшись одеялом, они могли восстановить дыхание. Оба были обессилены таким примирением. Гокудера перевернулся на бок, подложив под голову руку. Вновь хотелось курить, но сил встать не было. - Почему ты тогда меня оттолкнул? – поинтересовался брюнет, приподнимаясь на локте. - Ты ещё не понял? В том мире, где мы вертимся, не должно быть слабых мест. - Так значит, я - твоё слабое место? Тишина ему была ответом, но школьник и не ожидал, что Гокудера что-то скажет. Вопреки всему, он обнял парня, укрывая того по самый нос. - Жарко же, отстань, - недовольно пробурчал тот, но в его словах не было злости. Они и не заметили, что всё это время за ними наблюдала парочка, пристроившаяся на подоконнике. Красноволосый курил сигарету, и невидимый дым поднимался к потолку. Второй, в одежде монаха, спрятал флейту и посмотрел на двух людей, что уже почти уснули. - Глупые смертные, - выругался аловолосый. - Джи… - Ни слова больше, - предупредительно поднял он руку вверх. – Почему все считают, что они похожи на нас? - Потому что так и есть. - Я никогда… - Да ладно, а случай на Рождество, когда ты напился? - Я же просил тебя не вспоминать! Дух лишь пожал плечами, улыбаясь краешком губ. Их задача была следить за этими молодыми людьми и остановить их в случае чего. Именно они спасли их незадолго до аварии, заставив выйти из машины. Блондин на кровати опять начал злиться, отпихнул напарника и сел, а его рука засветилась красным светом и обожгла Ямамото, который попытался дотронуться. Через мгновение в комнате начался настоящий дождь, на что призраки лишь переглянулись. - Идиоты, - одновременно сказали они, а затем сделались видимы для своих наследников. - Что ж, поздравляю, силу вы высвободили, теперь вам нужно научиться контролю, - раздражённо сказал Джи. - Что за хрень происходит? – Гокудера тряс рукой, но огонь не исчезал, впрочем, он не задевал простынь. - Когда вы переживаете сильное эмоциональное потрясение, ваша сила выходит из-под контроля, - Асари подошёл ближе, дотрагиваясь к плечу мечника и сжимая его. Что удивительно, дождь прекратился. - Сила? – брюнет удивлённо посмотрел на монаха. - Вы, идиоты, совокупившись, спровоцировали выброс силы и потеряли контроль, - Джи сжал руку своего наследника и пламя пропало. Призраки переглянулись, и рыжеволосый раздражённо махнул рукой, предоставляя своему напарнику рассказать всё детям, которые сейчас непонимающе смотрели на них. - Когда вы надели кольца, то активировали силу, что дремала в вас. Вы – наши наследники, и вместе с нашей кровью вам передались наши способности. Иначе и быть не могло, это было предопределено, как и то, что вы встретитесь, - Асари мягко улыбнулся. - Но вы не можете справиться с этой силой, поэтому, нам придётся взять вас под контроль, чтобы вы не разгромили город в порыве злости, - всё так же раздражённо сказал Джи. - Что бы кто-то контролировал нас? Ищите других! – вспылил блондин, но новой вспышки пламени не последовало. - Боюсь, у вас нет выбора. Парни недоверчиво переглянулись, не понимая, к чему те клонят. В следующее мгновение их охватило пламя, а после они провалились в бессознательное состояние.

***

Савада Тсунаёши задумчиво шёл по улице, особо не оглядываясь по сторонам. Всего час назад у него наконец-то состоялся нормальный разговор с отцом. Трудно было принять тот факт, что вечно пьяный мужчина – один из лучших работников Интерпола. Парень не знал, что ещё скрывали от него родители, да и зачем? Шатен вертел в руках очередную руну, на которой была лишь одна вертикальная линия. «Иса» - лёд, задержка, замораживание активности. К чему эта руна Тсуна не знал, и не мог никак понять, кто же ему шлёт их. Идущий рядом предок многозначительно молчал, но, видимо, даже он не мог знать ответ на подобный вопрос. С самого утра у Савады было плохое предчувствие, всё буквально валилось из рук. Он думал, что это из-за предстоящего разговора с отцом, оказалось - нет. Значит, что-то ещё должно было произойти, ведь экстрасенс всегда полагался на своё чутьё, будучи по рукам и ногам связанным с миром умерших и сверхъестественного. Его взгляд зацепился за парня лет тринадцати, аура которого была ясно-зелёного цвета. Он тоже заметил Тсуну и двинулся ему на встречу, что очень удивило школьника. - С возвращением, мастер, - сказал парень, когда они поравнялись, и чуть поклонившись, пошёл дальше. Савада замер на месте, не в силах сдвинуться. Холодок пробежался по спине от этих слов, будто они были адресованы не ему, а кому-то совершенно другому. От парня веяло могильным холодом, и Тсуна схватился за горло, настолько тяжело оказалось сделать вдох. Он опустился на колени, а затем почувствовал, что кто-то подхватывает на руки. «Ну вот, опять», - в мутнеющим сознании проскользнула мысль.