Гурмания

Мороженое было излюбленным лакомством Стайлза Стилински с трёхлетнего возраста. За два ванильных шарика, щедро посыпанных орехами и в хрустящем вафельном стаканчике, маленький мальчик в нелепых полосатых шортах готов был на всё: от смирного сидения на лавочке — до отказа тягать за хвост уличных котов. Единственный недостаток любимого лакомства — приходилось держать его двумя ручками. Поэтому, гуляя с мамой по парку, маленький сорванец частенько был вынужден менять свою любимую биту, подаренную дедушкой Чарли на Рождество, на заветный рожок. С возрастом пристрастия Стилински не сильно изменились. Стайлз по прежнему любил мороженое, биту и… Лидию Мартин. Прекрасная девушка с чистой молочной кожей и огненно-рыжими волосами напоминала Стилински любимое лакомство — холодная (как взятое из морозильника мороженое) и недоступная (как и его любимая сласть в те дни, когда матушка наказывала его за проказы). Смирившись с недоступностью Мартин, Стайлзу осталось только созерцать, пуская слюни каждый раз, когда Лидия мелькает на горизонте в мини-юбке, не оставляющей места воображению, и туфлях на двадцатисантиметровых каблуках, удлиняющих божественные ноги, к которым Стилински готов упасть по первому желанию их хозяйки. Стайлз с удивлением обнаруживает Мартин в мужском туалете во время урока. Забравшись на подоконник, Лидия на половину высунулась в форточку, выпуская из носа дым сигарет, подобно дракону. — Ты в порядке? — задаёт Стилински глупый вопрос. Он прекрасно видит, что это не так. — Женский туалет дальше по коридору, — как бы между прочим сообщает он. Если Малия унюхает на нём запах Лидии, то выцарапает Мартин глаза. О собственной участи парень старался не фантазировать. Лидия бросает в его сторону раздраженный взгляд и украдкой смахивает слёзы. — Что ты здесь забыл? — слегка заплетающимся языком спрашивает Мартин. — Лидия, ты напилась в школе?! — Стилински мигом очутился возле подоконника, в шоке уставившись на одноклассницу. — Если тебя поймают учителя, то ты вылетишь из школы. — Подумаешь, — пьяно икнула Мартин. — Всё равно мы не доживем до выпуска, — выкинув окурок в окно, Мартин при помощи Стайлза спускается на пол с грацией бегемота на роликах. — Я так устала от смертей, — шепотом призналась банши, уткнувшись в плечо Стилински. Стайлз растерянно хлопает глазами. Он не знает, как себя вести с эмоционально-разбитой Мартин. Неловко похлопав её по спине, Стилински просто даёт ей возможность выплакаться. — Давай я отвезу тебя домой? — спросил Стайлз спустя пятнадцать минут у успокоившейся Мартин. Отстранившись от Стилински, Лидия вяло кивнула. Ноги плохо держали свою хозяйку, поэтому Мартин почти не возражала, когда Стайлз одной рукой приобнял её за талию и повёл к машине. Остановив джип около дома Мартин, Стайлз задумчиво посмотрел на уснувшую девушку. Она выглядела такой трогательной и беспомощной, совсем не похожей на себя. Стайлз в очередной раз поразился схожести Лидии с мороженым: она прекрасна, когда холодна. Но сегодня снежная королева растаяла. Стайлз не упрекал её, совсем нет. Мартин прекрасно справлялась, учитывая сложившиеся обстоятельства. Просто… Просто сердце Стайлза Стилински принадлежит обжигающе-ледяному мороженому, а не молочному коктейлю. Пусть он и подан в вафельном рожке.