Ловцы снов: до встречи в Лондоне.

Lady Gaga - Fashion - Переключи назад, - попросила я у Эмины, - Это кто? Сестра посмотрела сначала на кудрявого брюнета, а потом на меня. На ее лице читалась гримаска ехидства. Шел какой-то фильм. Или сериал. Черт знает. И Эмина тоже знала. - Шутишь? Ты работаешь дизайнером и не знаешь, кого сейчас копируют все мужчины и некоторые женщины? - всё также ехидно произнесла сестра, целенаправленно растягивая слова.  Я схватила последний финик за которым она тянулась.  - Я прошу тебя сказать, что это за парень. Что сложного? - спросила я. Финик был съеден. Эмина с сожалением проследила как я достою косточку и надула губки.  - Бенедикт Кэмбербетч. Как видишь - актер. Самый популярный по версии многих журналов. Самый сексуальный. И вообще прелесть, - прокомментировала сестра.  - И сколько ему? - допивая кофе, спросила я. - Не знаю. Больше тридцати пяти. Наверно. А чего вдруг тебя он заинтересовал? - удивилась Эмина и уткнулась в планшет.  - Он мне снится вторую ночь подряд! - рассмеялась я и пошла собираться на работу. По дороге думала о том, стоит ли посмотреть что-нибудь из его работ. Или не стоит. Нет, все же, ему как любому мужчине будет приятно поговорить о его работе. Надо посмотреть. Я зашла в интернет и нашла его фильмографию. Чтобы посмотреть? Выбрала Шерлока. Но времени посмотреть не было. Прибежала испуганная Кристи. Говорила я Алексу про эти гребаные закупки... Домой я приехала очень поздно и тут же упала спать. Я не думала о том, чтобы я хотела увидеть сегодня ночью. Но увидела.  Вокруг было много людей. Вспышки фотоаппаратов. Это какая-то модная тусовка? Да, это определенно была она. На мне было длинное красное платье с широкой юбкой. Оно было со вкусом расшито паетками, кристаллами, блестками. Я сразу узнала платье Эли Сааб, которое мы обсуждали с коллегами днем. Мимо меня прошла Пэрис Хилтон. Я поспешила за ней и очутилась в зале для показа. Это была нью-йоркская неделя моды! Ну ничего себе! Ко мне подскочил какой-то стройный юноша в костюмчике от Майкла Корса или Тома Форда, и проводил в первый ряд.  - Возможно вы меня с кем-то путаете, но я... - пыталась объяснить ему, что не должна здесь быть.  - Мисс, насколько я могу судить по вашему внешнему виду, вас можно посадить в первый ряд, - улыбнулась американская версия Саши, - Прошу Вас! Не веря в такую удачу, я села рядом с какими-то редакторами местных журналов, которые увлеченно обсуждали городские сплетни.  - Сегодня здесь будет Бенедикт Кэмбербэтч! - сказала одна из редакторов в ярко розовом платье-футляре с баской.  - Ооо, он божественен!! - простонала другая.  - Он будет сидеть рядом с Анной Винтур, - кокетливо заметила третья. Тут все вспомнили, что Винтур всегда сидит рядом с ними и обернулись на меня. Я заинтересовалась своими оранжевыми ногтями.  - Вы её знаете? - шепнула та, что была дальше от меня. Остальные пытались вспомнить моё имя. Я чувствовала себя Золушкой: никто не знал, кто я такая, но я вызывала их неподдельный интерес. Теперь я поняла как оказалась здесь. Здесь должен был быть Бенедикт. И через пару минут все фотографы понеслись ко входу.  - Вот и Бенедикт с Винтур! - заметила одна из сплетниц, - Она сегодня хотела одеть Эрмэ.  Попозировав для новостей, на место рядом со мной опустилась богиня моды - Анна Винтур: вершительница судеб в мире фэшн. Мне никогда не нравилась её прическа, но ей она явно шла. Она поздоровалась со мной и другими. Похоже Винтур тоже не узнавала меня. Оно и понятно! Наверно проклинает своих ассистентов, что они не сообщили о моем имени ей заранее.  - Асана?! - услышала я удивленный голос Бенедикта. Он не собирался садиться, а протянул ко мне обе руки, ожидая, что я подойду обнять его. На нем был элегантный черный костюм с тонким галстуком. Но выглядел он как-то замучено. Я заметила покрасневшие глаза и встревожилась. Хотя с чего я так волнуюсь о человеке, которого знаю две ночи? Я встала и обняла его. Он был явно рад меня видеть.  - Ты же говорила, что тебя здесь не будет! - восхищенно проговорил он.  - Как видишь: я здесь! - весело ответила я чуть приседая в реверансе, - Сюрприз!  Он скорчил очень трогательную рожицу, чем заставил меня ещё раз его обнять. Он взял меня за руки и отодвинулся, чтобы разглядеть мое платье. - Тебе очень идет это платье, - весело заметил Бенедикт, - Ты специально выбирала красный, чтобы все смотрели на тебя, а не показ?  Потому что, если моя догадка верна, тебе это удалось! Мисс Винтур, вы знакомы с Асаной? Прости, как твоя фамилия? - Не важно, - шепнула я ему, пока Анна поднималась с места. - Простите, я пытаюсь вспомнить, но никак не могу, - рассмеялась Винтур, чтобы сгладить ответ, - Но я точно Вас где-то видела. Вы модель? - Асана дизайнер, верно? - перебил её Бенедикт. Он был рад, что теперь не один в компании американских редакторш.  - У Вас собственная марка? - спросила Анна. Я её явно заинтересовала.  Я не успела ответить, так как погасили свет к началу показа. Бенедикт поменялся с Винтур местами и сел рядом.  - У тебя жутко усталый вид! Ты что, только с самолета сошел? - прошептала ему я.  - Да! И это ужасно тяжело! Зато ты свежа как роза! - Что у тебя после показа?  - Я попытаюсь не заснуть во время показа. Если удастся, то технично исчезну и пойду спать, - сообщил Бенедикт. Нас усиленно фотографировали по ту сторону подиума. По подиуму уже шла тощая девица  в блестящем боди с прозрачной невесомой юбкой из шифона. Я замерла в восхищении от материалов и кроя, но вспомнив об уставшем Бенедикте, наклонилась к нему. - После двенадцатого наряда мы можем попытаться улизнуть, - заговорщицки шепнула я. Он повернулся ко мне в анфас и улыбнулся. - Нужно быть супер-агентом, чтобы уйти отсюда незаметно, - прошептал он, якобы сообщая мне своё мнение о платье на модели. - Тогда вы обратились по адресу, мистер Кэмбербэтч, - хитро ответила я.  После двенадцатого выхода, обозначавшего конец коллекции первого дизайнера, все зааплодировали. На минутку выбежал сам дизайнер. В этот момент я схватила Бенедикта за руку и потянула к выходу. Все были увлечены восхвалением маэстро, поэтому не обратили на нас внимание. Выйдя из зала торопливым шагом, мы прошли ещё с сотню метров и завернули в какой-то сквер. Мы остановились и расхохотались. Бенедикт всё пытался что-то сказать, но смех мешал ему. Он согнулся и пытался остановиться. Мимо проходили люди и оглядывались: очень официально одетые мужчина и девушка, хохотали как ненормальные - это и правда вызывало массу вопросов. Я смогла остановиться первая.  - Ты так и не взял для меня автограф у Анны Винтур! - строго сказала я и снова расхохоталась.  - Я туда не вернусь! - замахал руками Бенедикт, - Это невыносимо! - Брось! Ты просто не досидел до мужской коллекции, - ответила я. В платье обнаружились карманы, из которых я достала пару крупных и смятых долларовых купюр, - Ладно, мистер, пойдем. Я угощу тебя кофе и десертом: всё будет по-американски очень сладкое, так как я вижу вон там Старбакс! - И ты сделала это для меня? - улыбаясь, спросил мужчина. Да, светловолосым ему лучше... А цвет глаз какой...! - Я сделала это для всей аудитории показа. Твой храп мешал бы им вдохновляться! - ответила я, тыкая его в бок.  - Я бы взял солнцезащитные очки у той леди, что сидела рядом с тобой! А тыкай ты меня во время показа - я бы и не заснул вовсе! - дернул меня за рукав Бенедикт, - Я был готов выдержать три часа показа! Ты не дала мне осуществить задуманное!  - Хочешь всё же вернуться? - ехидно осведомилась я, шутливо поправляя лацкан его пиджака.  - Нет, лучше пойдем за кофе, - расплылся в улыбке мужчина.  Astrud Gilberto - Fly me to the moon Мы сидели в крошечном Старбаксе на углу какой-то улицы рядом с парком. Мы наверно выглядели чертовски забавно. Я в костюме от какого-то дорогого бренда, а она в шикарном красном платье. Она попросила у меня галстук и забрала длинные каштановые волосы в хвост. Край галстука спускался к ней в декольте. Мы сидели на высоких стульях. Асана беззаботно болтала изящной красной туфелькой, рассказывая о новой концепции какого-то старого журнала. Я плохо слушал. Все было будто в полусне. Я спал и видел прекрасный сон наяву. Напротив меня сидела очаровательная девушка, сошедшая с обложки 50-х годов. Разве это женственное платье не лучше брюк или мини-юбок? Намного лучше. Вдруг Асана прервалась на середине рассказа и испуганно стала оглядываться. - Если ты волнуешься о самолете, то он только в два часа дня, - поспешил я её успокоить, надеясь, что она летит в Лондон тем же рейсом, что и я.  - Мой самолет не сегодня, - быстро ответила она, - Я немного задержусь в штатах. - А как же наша встреча в четверг? - удивился я. - Я успеваю! - закивала Асана. - Я очень обижусь, если ты не придешь, - усмехнулся я.  - Обидишься, если я опоздаю? Или если я приду раньше? - наклонилась ко мне Асана через столик, - Или обидишься, если я не верну тебе галстук?  Она играла со мной. Но это было по-доброму, кокетливо, немного бунтарски. Что-то в ней было совершенно не английское.  - Ты всю жизнь прожила в Лондоне? - вдруг спросил я.  Асана на секунду замерла, смотря мне в глаза.   - Может да. А может и нет, - всё в том же бунтарски-кокетливом тоне ответила она.  - Девушка-загадка. Из ниоткуда в никуда, - проговорил я, наклоняясь к ней.  - Но разве не это привлекает мужчин? История - для профессоров Оксфорда, - ответила Асана, хитро улыбаясь. Я молча продолжал смотреть на нее. Улыбался и молчал, подперев лицо рукой. Она облокотилась на стену за её спиной и тоже не сводила с меня своих раскосых глаз. Я уверен, что она изучала меня точно также как и я её: как картину, замершую; как новый мир, через глаза пытаясь проникнуть внутрь. Что-то в этом моменте было эстетически прекрасно. Момент растягивался, превращался в минуты, замедляя течение времени.  Асана взяла мою руку и повернула циферблат часов к себе. Кивнула.  - Мне пора, - коротко попрощалась она и поднялась со стула. Я хотел сделать тоже самое, но она положила свои руки мне на плечо и взглядом приказала остаться на месте.  - Я мог бы проводить тебя до отеля, - схватился я за соломинку.  - Нет, мистер. Ты же сам сказал: я девушка из ниоткуда. И должна уйти в никуда. Придерживайся жанра и не изменяй своим словам, мистер, - рассмеялась она и вышла из кафе.  Я не оборачивался. Эта прощальная игра была нашей общей. Она объединяла нас, поэтому я не хотел от нее отказываться. Когда я сам вышел из кафе, я продолжал чувствовать её прикосновение к своей руке, её руки у меня на плече, её запах в пару сантиметрах от меня. А мой галстук так и остался с ней.