Трио нового мира. Сай Ютес Линеркон.

Ютес. Узкие улочки сменяются одна за другой, за спиной остаются невысокие каменные дома. Мой путь освещают высокие фонари, разгоняющие ночную тьму. Самый крупный из них на черном небе – луна. Полная, серебристо-серая с темными разводами, она дарит свой мерцающий таинственный свет. Хочется задрать голову к небу и завыть. Вязкий молочно-белый туман, опустившийся на город, забирается в нос, в рот, мешает дышать. Я продираюсь сквозь мутную стену, но она все никак не заканчивается. От мелких капель воды, повисших в воздухе, намокли волосы, и стала влажной одежда. Пот смешался с туманом. Бок нещадно колет от быстрого бега. Физические возможности человеческого тела в разы меньше. А сколько я уже бегу? Час, может больше? Не знаю. Давно потерял счет времени. Поворот, длинная улица, выложенная грубым камнем, ноги поскальзываются, спотыкаюсь, но удерживаю равновесие и продолжаю бежать, еще поворот, за ним еще. Но топот ног преследователей все так же отчетливо слышится за спиной. Они уже не кричат и не кидают угрозы в спину. Они устали, устал и я. Дыхание рваными хрипами вырывается изо рта. Я мог бы обернуться и бежать в своем истинном теле – теле волка, но не хочу возвращаться домой обнаженным, поэтому приходится выжимать последние силы из человеческой оболочки. Вместе с туманом в нос стал забиваться еще один запах. Он мне знаком. Это запах тьмы. Они гонят меня к территории вампиров. Все черти ада! В Колеоне нет открытой вражды, нет войны, но ночь – это время кровососов, никто из оборотней не решается зайти после заката на их территорию. Это самоубийство. Запах становится все ощутимее, он щекочет нос, он щекочет нервы, но я не могу остановиться. Знаю, что тогда пятеро моих преследователей затеют драку и победителем мне из нее не выйти. Пять против одного, я не выстою. Они ненавидят меня. Ненавидят за белый цвет шкуры, ненавидят за необычайно синий цвет глаз, ненавидят за то, что я не похож на них. От презрения и ненависти членов стаи меня не спасает даже то, что мой отец вожак. Зачем? Зачем мы вернулись сюда после стольких лет спокойной жизни в тихом пограничье? Из груди вырывается стон, на глазах слезы, во рту сухо, хочу пить, устал. Рывок вперед. Я на территории того, с кем оборотни враждовали долгие века. Эта вражда уже впиталась, въелась в кровь. Она передается каждому поколению. Мы люто ненавидим друг друга, хотя стараемся сосуществовать в мире. Очередная длинная улица приводит меня к высокой каменной стене. Тупик. Разворачиваюсь и облокачиваюсь о стену. Сердце бьется о грудную клетку в бешеном ритме, пульс зашкаливает, в висках стучит, вдохнуть воздух получается через раз. Сплевываю на грязные, мокрые от тумана камни под ногами. Перед глазами из мутной пелены возникают пять фигур. - Добегался, Белый?! – кричит Мар, самый старший и сильный из парней. Именно он затеял эту травлю, стоило мне только появиться в городе. Его голос напряжен, он тяжело дышит, но он не один, поэтому смело выходит вперед и быстро движется ко мне. - Катись ко всем чертям, Мар! – огрызаюсь я, но понимаю, что они порвут меня на куски. Мне страшно. Очень страшно. Я не трус и не слабак, но даже мне не справится с пятью оборотнями в подростковом возрасте, когда сила и энергия бьют через край. Мар стремительно приближается ко мне, остальные молча стоят за его спиной. Я вжимаюсь в стену и смотрю в желтые глаза своего врага. Смотрю неотрывно, поэтому пропускаю момент, когда в его руке появляется кинжал. Четкое, резкое движение и мой бок опаляет сильной болью. Стискиваю зубы, чтобы не застонать. Мар смеется, разворачивается, и они исчезают в тумане. Больно. Прижимаю руку к ране, чувствую, как горячая кровь течет по телу, белая рубашка намокает, тошнотворный запах забивается в нос. Сползаю по спине. С каждой каплей крови силы уходят из ослабевшего и измученного тела. Я так устал, что регенерация не справляется, нет сил. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь на том, чтобы не потерять сознание. Но концентрации не хватает, и я соскальзываю в темное небытие. Шенон - Сегодня слишком густой туман, герцог, - перед высоким черноволосым мужчиной склонятся лакей в низком поклоне. - Сегодня необычайно тихая ночь, - отвечает герцог, делясь со стариком своими наблюдениями, и выходит на прохладный ночной воздух. Ночь, и правда, была тихой. Казалось, что туман, так бережно укрывший город, поглотил все звуки. Они тонули в молочной белизне, растворяясь практически без остатка. Даже цокот копыт лошадей отдавался только маленьким робким эхом. Мальчишка подвел под уздцы черного высокого скакуна на длинных тонких ногах и с густой длинной гривой. - Ваша светлость, - мальчик склонился перед герцогом, передавая тому поводья от коня. - Постой, - мужчина отрицательно махнул рукой. Стоило герцогу только покинуть уютную и теплую обстановку клуба, как туман обхватил и его фигуру. Это марево приглушало не только звуки, но и притупляло запахи, делало их практически неосязаемыми. Но герцог почувствовал. Почувствовал посторонний запах на своей территории. Оборотень. Он четко это понял, как только тонкий аромат леса и хвои коснулся его носа. Но этот оборотень пах еще чем-то слишком притягательным, чтобы отсылать подданных разобраться с тем, кто осмелился нарушить границу в столь неподходящее время. Герцог медленно пошел за запахом, что так заинтересовал его. С каждым шагом понимая, что его манила кровь. Оборотень был ранен, и именно запах свежей, горячей крови привлек внимание главного вампира. Герцог ускорился, а вскоре и вовсе перешел на бег. Тонкая нить аромата привела его на одну из тупиковых улиц, но, что скрывалось в самом ее конце, не мог разглядеть даже вампир. Проклятый туман оказался слишком густой и плотный. Шенон быстро прошел вдоль улицы и уперся взглядом в стену. Обоняние говорило ему, что он на месте. Клыки слегка увеличились во рту, он почувствовал сухость и неприятные спазмы внутри. Вампир опустил голову. На грязной дороге, свернувшись клубком, лежал совсем еще молодой парень. Мягкие черты лица были искажены болью, глаза закрыты, дыхание тяжелое и рваное, светлые, отливающие серебром в свете луны, волосы, короткими прядями торчали в разные стороны. Мальчик был без сознания. Шенон подошел к оборотню, бережно поднял того на руки и отправился в сторону дома. До особняка вампира было пятнадцать минут хода, но герцог преодолел это расстояние втрое быстрее. Ютес. Ощущать себя, лежащим на мягкой постели, укрытым теплым легким одеялом, было крайне удивительно. Мне было уютно и комфортно, бок уже не так сильно болел, я чувствовал, как заживает рана под повязкой. Еще немного и там не останется даже тонкой полоски шрама. Я бы с удовольствием открыл глаза и ознакомился с окружающей обстановкой, но…. Здесь повсюду летал запах тьмы. Она обволакивала каждый предмет, я сам пропах этой тьмой. Поэтому я не осмеливался распахнуть глаза. Я лежал в тишине, пока не услышал, как открылась дверь. Тихие шаги, звуки которых скрадывал ковер, едва слышный скрип, кто-то отодвинул стул. Шелест бумаг, тонкий звон стекла. Чье-то дыхание, скрип пера по листу и снова шелест бумаги. Я был не один в этой комнате. Прошло примерно около получаса, прежде чем я решился показать, что пришел в себя. Открыл глаза. Первый, кого я увидел, был высокий черноволосый вампир. Он сидел за письменным столом и что-то увлеченно писал в толстой книге. Его огромный рост был заметен даже когда он сидел. Я отчетливо видел длинные стройные ноги, которые мужчина вытянул под столом. Черные брюки плотно прилегали к телу, показывая каждую мышцу, ступни мужчины были босые, он зарылся пальцами в высокий ворс ковра, кроме того, в помещение было очень тепло, я слышал потрескивание дров в камине. Торс вампира скрывала черная шелковая рубашка, но мне казалось, что он широк в плечах и большой, под стать его росту. Густые черные волосы открывали белую шею, лицо его так же было бледным, с аристократическими чертами, разбавленными жесткими нотками, он был красив. Так красив, как может быть только вампир. Он сидел близко ко мне, поэтому я смог разглядеть его необычный цвет глаз. Они были темно синие, словно небо в раннюю ночь, но этот цвет был разбавлен красным, делая оттенок совсем нереальным. Мужчина заметил мое внимание, он замер и перестал писать. Несколько ударов сердца и он поворачивает голову. Инстинкты срабатывают прежде, чем я могу о чем-либо подумать. Подскакиваю с кровати. И вот уже из дальнего угла комнаты на вампира скалится крупный белый волк. Из зубастой пасти вырывается злое утробное рычание, которое становится все более громким и угрожающим. Мужчина быстрым плавным движением встает со своего места и поднимает руки, чтобы показать зверю, что он не причинит тому вреда. За спиной вампира приоткрывается дверь. - Ваша светлость, все в порядке? – раздается оттуда тихий шепот. Я дергаю ушами и еще громче рычу. Мне не нравится, что кто-то вмешивается сейчас. Я не собираюсь нападать. Я всего лишь испугался. - Вон, - одними губами произносит вампир. Дверь захлопывается, и тишина поглощает комнату. Она физически ощущается в полутемном помещении. Мужчина спокойно смотрит на меня, его руки так и остались на уровне груди с раскрытыми в мою сторону ладонями. Сердце замедляет свой ритм, я успокаиваюсь. Вампир это видит и делает несколько маленьких шагов ко мне. - Тише, - шепчет он, - я не причиню тебе вреда. Верю ему, хочу верить. Его голос такой убедительный, такой теплый и спокойный. Перестаю скалиться и опускаюсь на лохматый зад. Лапы ставлю рядом перед собой. Черные длинные когти четко выделяются на фоне белоснежной шкуры. Смотрю вампиру в глаза, их цвет меня поражает. Никогда не видел ничего подобного. Они меняются, словно хамелеоны, от синего до фиолетового, иногда искорками вспыхивают красные блики. - Все хорошо, - это не вопрос, это утверждение, вампир продолжает заверять меня, что мне нечего опасаться. Верю окончательно и успокаиваюсь. Он подходит еще ближе и протягивает руку. Втягиваю мокрым черным носом воздух. Его запах забивается еще дальше. Он пахнет не только тьмой, но еще и чем-то безумно приятным. Хочется упасть на спину и подставить незащищенный живот под ласку. Борюсь с этим низменным желанием, я не омега в период течки, я не должен себя так вести. Но я не могу справиться с собой полностью, поэтому тыкаюсь носом в его ладонь, растворяясь в его запахе, вдыхая еще глубже, и наклоняю голову так, что он может погладить меня. Его пальцы сразу же зарываются в белый мех. Мне приятно, ему, видимо, тоже. Вампир садится рядом со мной на ковер. Мы сидим так долгие минуты, он медленно пропускает шерсть сквозь пальцы, гладит бережно и нежно, а я упиваюсь его запахом, хотя замечаю, что он тоже принюхивается. Порой воздух со свистом проскальзывает между его зубов, а потом вампир резко выдыхает. Он проводит языком по верхней губе, словно пробуя. Вижу его аккуратные клыки, но они больше не пугают, а вызывают интерес. Хочется дотронуться. Мне любопытно, правда ли, они такие острые, что стоит только коснуться, и проткнут кожу? Если так, то почему они не ранят самого вампира. Мое желание настолько велико, что не замечаю, как около вампира сидит не волк, а человеческий юноша и тянет руку к клыкам. Вампир усмехается и отстраняется от меня. Я обиженно вздыхаю и одергиваю руку. Мужчина окидывает меня взглядом и в мгновение его глаза вспыхивают каким-то жадным огоньком. Он пристально смотрит на меня, а мне кажется, что горячей кожи касаются его прохладные ладони. Вздрагиваю. И тут до моего разума доходит, что я сижу на ковре абсолютно голый в компании взрослого мужчины. Что за огонек горит в его глазах, становится предельно ясно. Вскакиваю и скрываюсь в ворохе оделяла. Слышу его смех, а сам горю от смущения. Я даже не знаю, кто он и как его зовут, а он уже рассмотрел все мое обнаженное тело. Сижу под одеялом и пылаю. Мне стыдно, жарко и становится нечем дышать, но я слишком смущаюсь, чтобы выглянуть из своего укрытия. - Эй, привет, - громко произносит он, а матрац прогибается под его весом. - Привет, - отвечаю все еще из-под одеяла. - Долго будешь прятаться? Скоро принесут ужин, а мы еще не знакомы, - грустно закончил он. Услышав об ужине, мозг дал быстрый сигнал желудку и тот громко заурчал, заставляя меня смущаться еще сильнее. Молодому и быстро растущему оборотню надо много, очень много еды. Мясо. Сочное, не сильно прожаренное мясо. - Как тебя зовут? – высовываюсь и без формальностей задаю вопрос, хотя, мне следовало обращаться к нему на «Вы», но мне не хочется. - Шенон, - отвечает он и медленно стаскивает одеяло с моей головы. Вампир улыбается, а я вновь хочу потрогать его клыки. - Ютес, - я назвал ему свое имя, ожидая реакции, все же я сын вожака стаи. Но наши имена ничего нам не сказали. Я так и не понял, кем является этот вампир, а он не понял, что к нему в руки попал отличный рычаг для давления на оборотней. Тем лучше. - Я сейчас вернусь, - произносит он и уходит. Я совсем раскрываюсь и складываю одеяло так, чтобы оно прикрывало пах и ноги. В комнате жарко. Смотрю на раненный бок, после перекидывания там ничего не осталось, только ровная гладкая бледная кожа. Провожу по животу рукой. Он впал, а я голоден. Дверь распахивается, неожиданно сильно, с громким стуком впечатавшись в стену. Я напрягаюсь, но в комнату входит Шенон с подносом. Ужин! От восторга хочется прыгать, но сижу и жду. Не хочу выглядеть нетерпеливым. Он ставит поднос передо мной на кровать и садится за стол, где сидел, когда я открыл глаза. Там на столе стоит бокал с чем-то густым и красным. Кровь. Вампир берет бокал и подносит его к тонким губам, делает глоток, не сводя с меня заинтересованного взгляда. Мне плевать, что он пьет. Каждый питается тем, чем считает нужным. В конце концов, я тоже ем сырое мясо, когда охочусь в волчьей ипостаси. Накидываюсь на еду. На большой белой тарелке лежит кусок мяса. Такой, как я люблю, с золотистой корочкой и не прожаренный внутри. Быстро расправляюсь с ужином. Хочу еще, но понимаю, что съел все слишком быстро и чувство насыщения придет немного позже. Выпиваю ягодный морс и отодвигаю от себя поднос. - Спасибо, - произношу я, когда вытираю губы салфеткой с гербом. Украдкой рассматриваю эту символику и понимаю, что попал в дом вампирского герцога Колеона. - На здоровье, - он отставляет бокал. А мне вновь становится страшно. Шенон не простой вампир. Он герцог, он хозяин этого дома. А какое положение здесь занимаю я? Гостя или пленника? Поднимаю вопросительный взгляд на вампира, но он молчит, не торопясь ответить на мой немой вопрос. - Ты отпустишь меня домой? – наконец тихо выдавливаю я. - Сейчас? – он кивает на окно, за которым притаилась глубокая ночь. - Нет, утром? – стараюсь не смотреть ему в глаза, боюсь прочитать там ответ. - Отпущу, - через некоторое время произносит вампир, но с неохотой. Он словно боролся сам с собой, кажется, ему тяжело далось это решение. Но главное оно, то, какое я хотел услышать. Расслабляюсь и откидываюсь на подушки. Одеяло сползает, открывая низ моего живота, там нет волос. Несмотря на то, что шерсти у моего волка много, человеческая оболочка лишена такой роскоши и волосы у меня только на голове и те растут очень медленно и плохо, поэтому предпочитаю ходить с короткими волосами. Вампир возвращается к своему занятию, а я лежу и рассматриваю убранство герцогской комнаты. Она оформлена в зеленых тонах, с росчерками золота. На полу мягкий ковер, на окнах тяжелые зеленые портьеры, перетянутые золотыми толстыми веревками с кисточками на концах. У дальней стены стоит стеллаж с книгами, напротив круглый столик на трех ногах и два глубоких кресла. Обивка кресел темно-зеленая, с золотистыми ажурными узорами. В противоположной стене две неприметные дверцы. Одна, вероятно, ведет в гардеробную, а вторая в ванну. Резко захотелось помыться, но лень и сонное состояние после еды взяли верх. Я прикрыл глаза и стал проваливаться в сон. Здоровый и крепкий, не тот, что был, пока я находился в полубессознательном состоянии. Засыпаю. Но через некоторое время из сна вырывает чувство прохлады и чужое тело рядом. Поворачиваюсь лицом к раздражителю, вдыхаю носом воздух и чувствую притягательный аромат вампира. Тут же расслабляюсь и засыпаю вновь, вплотную придвинувшись к герцогу. Утро начинается с громкого пения птиц в саду усадьбы. Звонкие переливы влетают в распахнутое окно и заставляют открыть глаза. Но мне лень. Я так сладко спал в эту ночь, что сонная расслабленность и нега не спешат покидать моего тела. Потягиваюсь, пригибаясь в пояснице. - Мне казалось, что вчера перед собой я видел волка, - раздается насмешливый голос Шенона, - а сегодня на моей кровати прогибается настоящий кот. Я только улыбнулся, закутываясь в одеяло, он снова заставил меня залиться краской смущения. Но прятаться в укрытии слишком долго не позволил запах свежей выпечки и аромат редкого напитка, который называется кофе. Мне очень нравился его насыщенный горьковатый вкус. Но такая роскошь в стае появлялась не часто. - Спасибо, - шепнул я, усаживаясь на кровати и принимая поднос с едой. - Когда ты хочешь уйти домой? – тихо спросил вампир. - После завтрака, - ответил я, но уходить от чего-то мне совсем не хотелось. От мысли, что я не увижу его потрясающих глаз, не почувствую больше его запаха, становилось грустно. - Жаль расставаться с тобой, - печально улыбнулся Шенон. - Спасибо, - только и сказал я, благодаря его за приют и помощь. Через час я шел домой. Город остался позади, его шум и суета тоже, и Шенон остался там. Перед глазами лежала утоптанная широкая дорога. Пыль не успевала оседать на землю, движение здесь было плотным. Проносились всадники, ехали телеги и в город, и из него. Много встречалось и пеших. Каждый спешил по своим делам. А я не мог заставить свои ноги идти быстро. Медленно тащился по краю, мечтая вернуться домой, и вернуться к вампиру. Гнал от себя мысли о нем. Но не смог побороть до конца. Даже когда я вошел в прохладу леса, вторая часть меня стремилась вернуться в город и остаться там. Что ждет меня дома? Вновь презрение старших оборотней. Злость, ярость и ненависть сверстников. Придирки и травля Мара. А там, в усадьбе Шенона, мне было спокойно, уютно, тихо. Там, я чувствовал себя на своем месте. - Ютес! Ютес! – крикнул отец из окна нашего дома. Он был самым высоким в деревне. Три этажа. Дом был выложен из сруба. Большое крыльцо и резные ставни. Мне нравился этот дом. - Пап! – я махнул ему рукой. Не успел и глазом моргнуть, как оказался в его крепких объятиях. Тепло отца вернуло радость жизни. Все же мой дом здесь. Здесь моя стая. Пусть я не такой, как все они, но я ее часть. Отец отпустил меня и тут же посмотрел злым взглядом. - Папа, я… - Мар? – тихо спросил отец. Он знал о наших взаимоотношениях, наказывал своевольного подростка, но тот все равно не унимался, поставив своей жизненной целью извести меня. - Да, - я не хотел жаловаться, но и оставлять поступок оборотня в тайне не собирался, он перешел границы дозволенного в ту ночь. Ведь, если бы мне попался не Шенон, который отчего-то решил спасти меня, а любой другой вампир, то я был бы мертв. Дома я рассказал отцу о своих приключениях, но умолчал о Шеноне. Почему-то мне показалось неправильным говорить о нем отцу. Мой вампир останется моей маленькой тайной. Мара отец наказал. Высек при всех. И никто из оборотней не смел перечить его воле, пусть они и не знали причины этого поступка. Папа обладал непререкаемым авторитетом, жаль, что это не спасало меня. Со дня моего возвращения вновь потянулись серые будни, наполненные горьким одиночеством, помощью отцу и свободным бегом по лесу в теле волка. Только тогда, когда под белыми лапами хрустели ветки, шуршала листва и приминалась трава, я чувствовал себя свободным и отчасти счастливым. Душа неслась впереди, прокладывая дорогу. Я чувствовал каждое дыхание леса, каждый шорох. Знал, где притаился заяц, спасаясь от меня, как от сильного хищника, знал, где медведь собирает малину. Это моя стихия, мой лес. А через неделю я вновь оказался в городе. Сегодня в Колеоне праздник. Городской парк и главная площадь были украшены яркими цветами и лентами. В воздухе повис сладкий нежный аромат. Толпа жителей гудела, смеялась, радовалась, аплодировала актерам, которые давали представление на сцене, специально собранной по такому случаю. День медленно превратился в вечер, а затем в ночь. Народные гуляния даже и не думали стихать, наоборот, набирали обороты. А я искал глазами высокую фигуру вампира. Я пришел сюда только с одной целью – найти его. Увидеть еще раз, почувствовать его запах, возможно, поговорить, так чтобы никто не увидел. Поймать его улыбку. Но как бы я не крутил головой по сторонам, нигде не мог найти Шенона. Я бродил по площади, смотрел представление, которое под покровом ночи стало развратным и слишком откровенным. Надолго меня не хватило. Настроение испарилось, надежда тоже. Я перебрался в парк. Узкие дорожки причудливо переплетались, создавая целый лабиринт между густых кустарников. - Жаль видеть тебя живым, Белый, - сочащийся ядом голос Мара, заставил вынырнуть из своей печали. - Что тебе от меня нужно? – я обернулся. За спиной стояла неизменная пятерка во главе с лидером, которого порка, видимо, ничему не научила. - Самую малость, - прошипел оборотень, - Чтобы ты испарился из стаи. Он начал медленно двигаться ко мне. Черты черноволосого парня смазывались, постепенно перетекая в волчьи. Будет драка. Отчетливо это понимал. Поэтому быстро перекинулся, принимая боевую стойку. Но Мар был не единственным, кто жаждал от меня избавиться, его дружки так же превратились в четверых рычащих волков с серой шерстью и желтыми глазами. Я развернулся и побежал. Здесь не место, для сражения. Наша возня будет слышна даже на площади, кроме того, здесь могут быть гуляющие. Но у этой драки не должно быть свидетелей. Я бежал быстро, под ногами мелькала трава, кусты, через которые я перемахивал в прыжке. Вскоре я вылетел на поляну за зданием городской библиотеки. Она находилась в старой усадьбе, и ее первый этаж был как музей, который оказался открыт в эту праздничную ночь. Замер на мгновение, думая, куда же мне бежать дальше. Это стало моей роковой ошибкой. Большой черный волк сбил меня с ног. Улетел в колючий кустарник, чьи длинные шипы тут же запутались в шерсти и царапали кожу. Пригнул морду, как можно ниже, чтобы не поранить глаза. Выполз на поляну, где меня поджидала вражеская пятерка в полном составе. Волки скалились и рычали, слюна капала из раскрытых пастей. Я встал напротив них, низко пригнувшись к земле, готовясь к прыжку. Я хотел перемахнуть за их спины… - Ютес! – раздался гневный рык отца. От неожиданности опустился на живот, пригибаясь еще ниже. Свора разбежалась в несколько секунд. Боятся, щенки. Я поднял голову и начал озираться по сторонам в поисках моего неожиданного спасения. Но первым, кого я увидел, был Шенон. Герцог стоял рядом с вожаком оборотней и о чем-то разговаривал. Они были далеко, и я не мог расслышать их шепот. Но взгляды оборотня и вампира то и дело задерживались на моей скромной фигуре, что так и лежала около кустов. Я был счастлив видеть моего вампира, ведь я ждал этой встречи так долго.