С севера

Поглощённая снежными бурями да метелями Ты есть на севере, но на моём ли севере? О тебе я наслышан от птиц, воспевавших трелями Твоё страстное рвение, в упрёк моему безделию. Птицы пели, что есть на окраинах дева нежная, На других не похожая, словно принцесса снежная - Одна из таких, что вселяет в меня надежду: Высоконравная, вся в белых летящих одеждах. Некая барышня из какой-то забытой уж повести, В детстве рассказанной да воспринятой терпкой сладостью. Я научился на севере знаться с совестью, Но, к сожаленью, разучиться не смог вязнуть в радости. Сердце ломилось, так рвалось за предел материи, Жаждой ведомое скинуть былые тернии Да обогреться хоть кем-то за вечность времени, Что я скитался один средь каирнов северных В поисках неких ответов, как велено стражами. Ну а деле лишь сломленный жизнью бумажною, Стопкой лежит что в каморке чернильными залежами, Не нашедшими адресата, лишенными важности… Но ты есть на севере. На единственном в мире севере. Значит я смею жить преисполненный хрупкою верою. Если есть ты, совсем не важно течение времени: Я отыщу тебя, ту бесстрашную в схватке с метелями. Я отыщу тебя, ту воспетую трелями птичьими, Я отыщу тебя, одержимую мыслями чистыми. Я отыщу тебя и под стать своей грязной личности Обогреюсь тобою, обогреюсь до неприличности! А на Севере слишком тоскливо и слишком ветрено, От того ли я в путь отправляюсь с пьянящим трепетом? От того ли тебя я уже возлюбил в своих грёзах, слепят что. Нашей встречи я жду, Дорогая, с сердечным лепетом… Только жаль, вы, возможно, и вовсе плод чьи-то выдумок - Птицы часто трезвонят легенды, что стражи-изверги Извлекают из пастей холодным потоком воздуха, Что на севере песней дивной есть в каждом шорохе.