Мазохист?

Мелло поднял руку, заказывая еще одну порцию. Сегодня они снова удачно выполнили сделку с одной мафиозной группировкой и пошли праздновать в клуб. Однако Мэтт приболел и решил остаться дома, скрипя сердцем отпуская своего любимого одного. Теперь блондин отрывался с Хосе и остальными, выпивая все больше. Движения становились раскованными, мысли не хотели собираться в одну кучу, а язык будто стал в несколько раз длиннее. - Эй, немец! Ну а ты-то как со своими…хех, пассиями обращаешься? – весело прогоготал Хосе, хлопая парня по плечу. Кель усмехнулся, пьяно глядя на афроамериканца. - Ну, как-как… - он не успел договорить, как его резко перебили, насмехаясь. - Да ладно тебе, будто сам не знаешь! Наш андербосс, естественно, полностью владеет своими дамами! – Издевательских смех послышался со всех сторон. Возмущению немца не было предела, как так, в его могуществе и власти усомнились! Он резко встал, ударяя кулаком по барной стойке: - Молчать! Несомненно, я могу делать со своим… ми… девушками все, что захочу! И даже нечего сомневаться! Захочу – выпорю, захочу – хоть в клетку посажу! – Фантазия Келя пошла уже в совсем жестокие дебри, что не на шутку развеселило всех собравшихся. Посидев еще немного, мафиози буркнул, что ему пора к больному хакеру, и незаметно ретировался.

***

- Мэтт, ты как? – расслабленно облокотился на стену блондин, доставая плитку шоколада. - Да вообще супер, один день дома – и я как огурчик! Бляяяяять….. – достаточно бодрый голос Дживаса раздавался из спальни. На раздосадованный голос рыжего прибежал Мелло, взволнованный недавним состоянием друга. - Что такое? – спросил он, оказываясь рядом. Но волнения вышли напрасными. Его «больной» друг снова окунулся в мир игр, и разочарованное «блять» относилось именно к игре. Пьяный и уже злой Кель резко закрыл крышку ноута, с яростными криками: - Я тут за тебя волнуюсь, а ты играешь! Сука! Не устал свой больной хуй просиживать, полосатая ты тварь?! – речь пьяная, слегка несвязная, но все такая же гневная. - Эй, Мелл, ты охуел?! Ты чего вообще творишь, я же, блять, почти прошел этот лвл! – запричитал недовольный серб, пытаясь вновь дотянуться до игрушки, чтобы восстановить свое доблестное имя геймера. - Нет, это ты, мой друг, охуел! Вали спать немедленно! – проснувшийся диктатор не потерпит непослушания, Мэтт это, конечно, знал, но и у него было терпение, долгое, но все же не вечное. - Нет, знаешь, никуда я не пойду! Я тебе не раб, чтобы выполнять все твои прихоти! Когда захочу, тогда и пойду! И вообще, отвали, дай поиграть! – отмахнулся, как от назойливой мухи, Мэтт, наконец-то получая ноут, но не успевая его открыть. - Что ты сказал?! – прищуренные бирюзовые глаза смотрели прямо в синие, слегка раскрытые от удивления, глаза Дживаса, которого с чего-то вдруг притянули за грудки. - Что слышал! Отпусти меня, Мелл… Полосатый хакер не успел договорить, как полетел в стену, с силой ударяясь об нее. Зашипел от боли, голова закружилась, а взгляд помутился. - Ты что твор… И вновь ему не дали договорить. Мелло оказался рядом в мгновение ока, несмотря на свое опьянение, а может, даже благодаря ему. Схватив парня за плечи, он снова долбанул его об стену, на этот раз сильнее, пробуждая в себе мощь. - Ты обязан слушаться меня во всем, сукин сын! – рычал блондин, вновь и вновь одаривая серба ударами. Последний, самый сильный, пришелся в висок. После этого, итак вяло сопротивляющийся Дживас отключился, обмякая на руках немца, даже не догадываясь, что же теперь забрело в его светлую, но пьяную голову…

***

Очнувшись, Мэтт приоткрыл глаза. Голова жутко болела. Руки и ноги гудели и онемели. Хотел было поднести руку к лицу, но понял, что не может. Резко поднял голову, о чем тут же пожалел, а из горла вырвался короткий болезненный стон. Сотрясение, не меньше. Снова собравшись, он оглянулся. Комната. Его комната. Точнее, комната его и Мелло. Мелло… Немца не было видно, и хакер снова попытался сосредоточиться на движении. И вновь безуспешно. Все еще не понимая, он перевел взгляд на руку и тупо уставился на прикованную к стене конечность. Посмотрел в другую сторону – то же самое. Словно распят, вот только… Ноги-то тоже закреплены и раздвинуты. И еще одна деталька – рыжий абсолютно голый. Из-за удара, сейчас он соображал очень медленно, все плыло от резких движений. Но одно он понял точно – это только начало. Постепенно глаза привыкали к темноте, Мэтт теперь различал очертания предметов. Но Келя по-прежнему нигде не было. Собравшись с духом, серб решил, что висеть без дела глупо, и поступил, как он считал, наиболее разумно – с силой дернулся рукой. Как и следовало ожидать – результата ноль. Но тут хакер вздрогнул, ежась. Подуло сквозняком, а значит, кто-то зашел, а если кто-то зашел… - Ты, я смотрю, очнулся… - блондин резко наклонился над ухом друга, пьяно и пошло улыбаясь. Он обошел крест с Дживасом и оказался лицом перед ним. – А я уже начал скучать… - снова странноватая улыбочка. Но Мэтту было не до смеха. Он слишком хорошо знал Мелло, чтобы понять – тот зол. Сейчас немец еле сдерживал свою злость, пряча ее за улыбкой. Но в глазах стоял яростный блеск. Да, алкоголь ударил в голову, из-за этого возникла цель, которую блондин решил во что бы то ни стало выполнить. – Знаешь, Мэтт… Мы, конечно, друзья, но… Ты обязан меня слушаться. – последнюю фразу парень произнес жестко, тоном, не требующим возражений. У Дживаса по коже пробежали мурашки. Он смотрел на друга, по совместительству, и любовника, и трепетал. Но скорее не от страха. А от его реальной мощи, власти, которая висела в воздухе. Однако Мэтт не был бы Мэттом, не скажи он: - Эй, Меллс, завязывай! Я понимаю, блондинкам нравится играть в куклы, но ты слегка спутал – я не барби. – Прозвучало это несколько не так живо, как хотелось бы, ведь голос парня оставлял желать лучшего. Но наплевав на все свои болевые ощущения, рыжий надул губки, издеваясь. – Я куплю их тебе и даже один раз поиграю с тобой, но…. Договорить ему не дали. Резкий удар ладони по лицу, голова отлетела в сторону. Хакер сжал зубы, морщась. Да, наверное, не стоило шутить над Келем в таком состоянии. Но даже обернись время вспять, он бы снова это сказал. Дживас же. Мелло яростно метал молнии. Сжал кулаки. Подошел вплотную и схватил парня за подбородок, заставляя смотреть на себя: - Тебя лучше меня слушаться, Дживас! – грозно произнес, сузив глаза. Неожиданно что-то щелкнуло, блондин быстро шагнул назад, а до Мэтта медленно доходило – руки ничего не сжимает, значит…. Насколько смог быстро поставил руки в защиту, и основной удар пришелся на них, а не на лицо. Теперь его положение было весьма и весьма странным, ведь ноги-то еще связаны. Но и это продолжалось недолго. Мелло быстро их отвязал, позволяя телу распластаться на полу. - Встань на четвереньки, Мэтт. – Достаточно спокойно и рассудительно, для такого импульсивного человека, как он. Мэтт молчал. Лежал и не двигался. Сил не было ни на что, хотелось принять теплую ванну, блаженно закрыть глаза и… Тишину в комнате нарушил свист воздуха и скорое падение чего-то узкого и горячего на спину рыжего. Тот вскрикнул и выгнулся, пытаясь развернуть голову и понять, что это было. Кель стоял с опущенной рукой. В руке плетка. На губах ухмылка. - Понравилось? Я сказал, встань на четвереньки! – надменно дернул подбородок вверх, а руку уже поднимая для второго удара. - Стой! – хрипло выдохнул Мэтт. Морщась, приподнимая тело. – Стой, Мелл, что ты творишь? Мы ведь друзья, мы равны, я… - новая волна боли вновь заставила его упасть, оставляя на теле вторую полоску. Дыхание сперло, сердце будто поставило громкость на максимум, а чувствительность Мэтта поднялась до предела. - Я не собираюсь слушать тебя. Ты полностью принадлежишь мне, я хозяин. И ты обязан выполнять все мои приказы! – он схватил серба за волосы, заставляя поднять голову на себя, прожигая бирюзовыми глазами. – А раз ты этого не понимаешь, то тебя надо наказать! – хищно оскалился, дернул вверх. Мэтт зажмурился от боли, поднял руки, пытаясь отцепиться от Келя, но слабость не давала. Он безвольно висел, пытаясь вернуть свое хваленое спокойствие. И у него почти получилось, пока парень не почувствовал на запястьях веревку. Его бросили на кровать животом вниз. Попытка перевернуться была пресечена ногой на пухлых ягодицах. - Ты должен извиниться передо мной… - хлесткий удар сопровождал слова немца. Плеть пришлась прямо по ягодицам, окрашивая их в красный. А из Дживаса вырвался новый стон. – Ты должен меня слушаться… Еще удар. И снова. Они шли не прерываясь. С каждым новым ударом Мэтт выгибался, будто подставляя свой зад. Это забавляло Мелло, но не его самого. Боль была невыносимой. Однако, уже сбившись со счета, хакер почувствовал наслаждение вместе с новым ударом. И еще одно. А потом снова. Чем сильнее боль, тем сильнее отдавалось в голове это мазохистское удовольствие. Учащенное дыхание, мысли врассыпную, тело будто существует отдельно от разума. Но вот боль... Боль везде. Такая невыносимо сладкая, такая тягучая, заставляющая нервные окончания пульсировать, с каждым новым прикосновением возбуждая. Дрожь по телу, ощущение нереальности и мокрый пот. Холодная капелька протекла от виска к щеке, а оттуда упала на кровать. Дживас сглотнул: "Почему так хорошо? Этот... Этот Кель ублюдок. Я его за это не прощу..." Чувствуя себя последней шлюхой, парень принялся уже специально подставлять зад под удары, закусывать губу до крови, сходя с ума от кайфа. Теперь работали какие-то другие ощущения. Боль была той же, поменялось отношение к ней. Боль тоже своеобразное удовольствие, это что-то несравнимое с обычным сексом или дрочкой, непостижимое, непонятное тем, кто этого не испытывал. Эйфория накрывала с головой. Это… Рыжий не сдержался и громко простонал, когда удар оказался особенно сильным. А затем тут же зажмурился, понимая, что выдал себя. Теперь даже Мелло почувствовал перемену. - Тебе нравится? – нотки удивления проскользнули в голове. Но это было недолго. Торжеству Келя не было предела. Мэтту понравилось, Мэтт испытывает наслаждение от боли, разве это не прекрасно?! - Мелл.. Меллс… - учащенное дыхание не давало Дживасу нормально разговаривать. Он развернул голову, пытаясь увидеть своего «ублажителя». – Мелл, пожалуйста, пожалуйста.… Не останавливайся… Я хочу… Я хочу еще… Я хочу больше…. – парень молил, в глазах читалось желание. Новое, еще неизведанное ни Мелло, ни им самим…. Он ненавидел себя, презирал. Ведь они равны. Ни он, ни Мелло никогда не ставили себя выше. До этого дня. До этого гребанного дня! В сердце кольнуло уязвленным самолюбием. Да, оно было у всех, хоть как-то уважающих себя людей. А Мэтт уважал себя. И именно Кель научил его этому, иметь собственное достоинство. А теперь он пытается его отнять?!.... Развить мысль не дало желание, сковывающее разумные мысли. Не способный ничего с этим сделать, Мэтт лишь прикрыл глаза: "Не можешь изменить ситуацию - начни получать от нее удовольствие" - одна из его любимых фразочек. И конечно, немец не мог проигнорировать слова парня. Но и дальше продолжать одно и тоже было недопустимо. Блондин отложил плеть, любуясь на проделанную работу. Ягодицы его партнера горели, чем-то сливаясь с волосами хакера, в некоторых местах мелькали капельки крови. Только представив, как там сейчас горячо, как возбужден серб, как там все пульсирует и ждет, ждет продолжения. Представив, как он проведен языком по этим красным ягодицам, смакуя каждую нанесенную им царапину, куснет, вызывая легкий стон наслаждения, кружащий голову. Потом раздвинет, а ему двинутся навстречу и он... Теперь мафиози, ну, никак не мог успокоить свое учащенное дыхание, возбужденное тело и сознание, которое никак не хотело принимать такую важную новость, как мазохизм друга. Мелло положил тонкие прохладные пальцы на зад Мэтта, заставляя того всхлипнуть, вжаться в кровать еще больше. Он вновь что-то произнес, но Кель не слушал. Щелкнуло что-то такое знакомое, родное… И Дживас резко открыл глаза. Нож. Только его любимый ножик-бабочка открывался с таким щелчком. Затаив дыхание он ждал новых действий друга. Но теперь не было страха. Серб попросту не видел причин бояться своего лучшего друга, даже уже после сотворенного. Теперь он на него надеялся. Надеялся, что тот не оставит, ублажит, придумает что-нибудь такое, что понравится ему, Мэтту… Что-нибудь опасное, как сам блондин. Холодное и жесткое. Горячее и страстное. Прожигающее внутренности. Что-нибудь, что заставит дрожать от блаженства, стонать имя любовника, просить еще, захлебываясь желанием, кусать губы, чтобы лишь не кричать, сжимать руки до крови, впиваясь ногтями, чтобы хоть как-то помочь себе вытерпеть эту сладкую муку. Адреналин пробежал по коже, все нервы возбуждены, даже дуновение ветерка будет принято с огромной чувственностью. Мэтт затаил дыхание, ожидая. Холодная, просто ледяная и одновременно жгучая сталь пластом легла на горящие ягодицы, тут же вызывая бурную реакцию от расслабившегося было хакера. Он тут же выгнулся с негромким стоном, в полной мере ощутив всю гамму чувств, резкое соприкосновение разных температур, опасное и холодное, на многое способное лезвие. Острое, ведь за ним всегда следили, настолько острое, что одно неаккуратное движение и... Судорожно пытающийся восстановить сбившееся дыхание Дживас мученически повернул голову, пытаясь разглядеть партнера: - Мм, Мелли... Ты решил использовать на мне весь свой арсенал?.. - облизывая губы, нелепо пошутил парень, возобновляя в себе себя, вдруг остро понимая, что члену, уже стоящего или, правильнее, лежащего, прижатому телом хозяина, ну очень не хватает желания. Сперма вытекала из головки, та пульсировала, орган налился кровью. Сжав челюсти, хакер двинулся на кровати, пытаясь потереться пахом об нее. Андербосс мафии хмыкнул. От него не утаилось этого легкого движения. Он медленно положил руку на лезвие, заодно колко ущипнув за филейную часть, дабы услышать еще один ласкающий ухо всхлип. Ягодицы поджались, и в этот же момент Мелло оставил узкую полоску крови на теле Мэтта. Тот вздрогнул, понимая, что еще немного и он задохнется, не имея возможности вздохнуть полной грудью. Острые ощущения заполняли его с головой, он окунался в них уже не в силах противостоять, а тем более шутить. Пока его тело медленно, но верно исполосывали неглубокими порезами, он изредка дергался, но когда вдруг шершавый, мокрый и горячий язык Мелло коснулся одной из царапин, а вечно прохладные тонкие руки до боли сжали бедра, Мэтт томно, протяжно простонал, дрожа. Выпав из реальности, он всем сознанием сосредоточился на том, как медленно и тягуче горячая кровь слизывается не менее обжигающим языком. Как мягкие губы смыкаются на коже, маленькие острые зубки кусают.... Невольно Дживас попытался слиться с кроватью в единое целое, до дури желая удовлетворить себя, свой член, закончить муку. Но и Мелло был не железный. Естественно, он давно возбудился от такого Мэтта. Он тоже несдержанно теребил рукой пах, понимая, что этого недостаточно, что ему требуется большего. Горячая плоть серба, его солоноватая кровь, его стоны, движения, его желание... Он уже не контролировал свою мимику, эмоции, действия... Он лишь наслаждался. А Кель наслаждался им. Неуклюже от дикого возбуждения, максимально быстро он разделся, отбрасывая в сторону ненужные вещи. Вновь положил руки на бедра, ягодицы... Погладил. И тут же резко развинул, прижимаясь стволом, своей сочащейся головкой, принуждая своего любимого сходить с ума от возбуждения. Все это так мало походило на обычного Дживаса. Мало того, что он был не равнодушен, так сейчас он еще сам просил. Или... не так хорошо просил, как хотел бы этого Мелло? - Проси, Мэтт, умоляй меня!.. Ты должен слушаться, помнишь?.. – жарко выдохнул он напарнику в ухо, обжигая дыханием, зная, что даже если тот не признает свою вынужденную обязанность слушаться, блондин все равно возьмет его так, как понравится обоим. Ведь тогда есть шанс все это повторить... Эти слова пронзили током сознание рыжего. Парень, сдаваясь, несильно соображая, что он делает, сжав губы. Еще немного сомневаясь, пытаясь подобрать непослушные конечности.... Но крик души вырвался неожиданно для обоих парней: - Я… Мелло… Мелло, Михаэль… Прошу, умоляю, ты видишь?... Трахни меня уже, наконец!.. Слышишь?! Жестко оттрахай меня наконец, несносная ты блондинка! – ухмыльнулся хакер, резко переваливаясь на спину и широко раздвигая ноги, показывая так и манящую розовую дырочку, инстинктивно сжимающуюся, просящую... Тут не требовалось уже никакое дальнейшее приглашение. Блондин оскалился, оглядывая любовника, его жаждущее тело, поплывший взгляд, раздвинутые в приглашающем жесте ноги и наклонился, прижался всем телом к парню, обнимая руками его лицо, отыскивая его губы и целуя. Он целовал, кусая, окрашивая все кровью, целовал, буквально не давая возможности отстраниться. Целовал страстно, одновременно терся своим членом об орган Мэтта. А тот отвечал, тихо постанывая в ответ, не желая отстраняться, не желая ничего на свете, кроме этого стервозного блондина и его члена внутри себя. Он тоже рефлекторно терся пахом о пах Келя, возбуждая и себя, и его. Сперма текла из обоих членов, вся напряженная волна возбуждения теперь сосредоточилась именно там. Мелло грубо схватил друга за рыжую шевелюру, жестко дернул, заставляя откинуть голову назад. Он впился в его шею, оставляя засосы и капли крови, в которых были все его губы, будто у вампира. Он лизнул выделяющуюся венку, ловля довольный стон, а затем, не в силах более сдерживаться, выполнил совместное желание. Судорожно потерся концом члена об анус, резко дернулся и впустил головку внутрь. А затем перехватил поудобнее бедра рыжего и вошел. Вошел, раздвигая стенки прямой кишки, чувствуя обжигающее нутро, пульсирующую кровь внутри. Он вошел без растяжки, без смазки, резко и на всю длину. Полустон-полувсхлип был ему наградой от Дживаса, который принимал его в себе, путаясь в чувствах. Больно, разрывающая боль сначала резко охладила его пыл, а потом так же неожиданно помутила сознание, принуждая чувствовать головокружительный восторг. И ногами, и руками обхватив своего властного мучителя, хотя Мэтт его уже таким не считал, парень впился ногтями в тонкую кожу и дернулся навстречу, сквозь рвущиеся наружу горькие слезы боли. Дальнейших приказаний было не нужно, и мафиози начал движение: яростно, быстро, жестко, задавая свой собственный темп, не ориентируясь на Мэтта, который только и мог, что стонать в голос и оставлять кровавые полосы на спине Мелло, совсем немного пытаясь тоже насаживаться, получить больше, еще больше!... Толчок за толчком, нестерпимая, но в то же время такая сладостная боль. В висках стучит кровь, он ничего не видит и не слышит. Только член трется между телами, вот-вот готовый излиться. Задыхаясь, Дживас отдавал всего себя, а Кель его всего забирал. Губы в кровь, на лице слезы, пот… Еще один глубокий толчок, и головка члена блондина задевает простату, совсем немного, но и этого хватает. Мэтт с громким стоном тут же кончает себе на живот, всем телом сотрясаясь от оглушительного оргазма, не в состоянии прийти в себя. Запах секса, крови и пота витал в воздухе. Но Мелло еще не закончил, ему требуется еще несколько движений, чтобы и самому излиться. Толчок и еще один, в еще не до конца потерявшее ко всему интерес тело. Анус все еще сжимается, еще одно движение и вот он момент, к которому так стремился блондин. Его в свою очередь накрывает волна наслаждения, благодаря которой ты понимаешь, что это все было не зря, и игра стоила свеч. Тяжелое дыхание, судорожные сокращения ануса, вытекающая сперма… - всего этого Мэтт уже не чувствовал. Сознание наконец не выдержало, и бедный парень отключился, получая заслуженный отдых. Мелло же наоборот смог не только прижать к себе друга, но и обоих укрыть валявшимся неподалеку пледом. Однако и его не хватило на большее, в комнате повисла тишина…

***

- Ты, блять, аккуратнее можешь?! - Нахуй иди! Раньше тебе это нравилось! - А теперь нет!... Блять… Дай я лучше сам! Лучшие друзья с самого детства. Михаэль Кель, Мелло. Майл Дживас, Мэтт. Оба находились все в той же комнате, какие-то 10 часов спустя. Блондин опомнился, полностью пришел в себя. Чувство вины накрыло с голой и, немного приведя себя в сносное состояние, аккуратно начал промывать все еще спящего хакера влажной губкой, проветрил комнату, убрался... Но стоило ему коснуться первой царапины спиртом, за неимением других обеззараживающих средств, как раздался болезненный стон и шипение. Мэтт проснулся… - Сука ты, Кель, самая настоящая сука.