Perfect

Наверно, мне не стоило закатывать такую шумную вечеринку. Нужно было просто напиться в пустом номере гостиницы. Но...ведь не это было моей целью, в конце концов. Моей целью был он. Всегда он. Я выманила тигра из его убежища.

***

- В честь чего праздник? Клаус довольно-таки безвредно стоял посередине танцпола, склонив голову набок и с каким-то жадным интересом разглядывая фигуру девушки. Кто-то выключил музыку, и люди, словно почуяв что-то неладное, затихли, потихоньку начав движение к выходу; проходившие мимо троицы в замешательстве и с некоторой боязливостью смотрели на них. Руки Кэролайн всё ещё лежали на груди Лоренцо. Она с совершенно бескровным лицом смотрела на Клауса. Сейчас она как никогда была похожа на куклу - прекрасная, без эмоций, без чувств. Безжизненная. Неожиданно сердце стало медленно ускоряться, ритм биения сбился, а дыхание стало беспорядочным. Больно. Очень больно!.. Дверка под напором небывалого урагана грозилась разлететься на куски, а частички чувств, что просочились сквозь щели в ней, вдарили в голову, заставляя её неприятно кружиться. Кэролайн ухватилась за Лоренцо, боясь, что ноги могут нечаянно подогнуться из-за накатившей усталости. Почти все люди вышли из бара; Кэролайн могла заметить Стефана и Бонни, задержавшихся у стойки и с непонятным выражением смотревших на троицу. - Что с тобой? - обеспокоенным тоном спросил Лоренцо, ласково убирая упавшие на лицо пряди и вглядываясь в её глаза. Клаус усмехнулся. Кэролайн сжала рубашку Лоренцо в ладонях и, резко потянув его вниз, порывисто поцеловала. - Всё хорошо. Иди домой. Лоренцо с сомнением посмотрел на девушку и перевёл настороженный взгляд на Клауса. - Нет, Лоренцо. Я бы попросил тебя остаться, - первородный вампир положил ладонь на плечо парню; было слышно, как что-то неприятно хрустнуло. Лоренцо выругался и сбросил с плеча руку Клауса; тот, уже не скрывая раздражения, сквозь сжатые губы произнёс: - Лоренцо... Тебе не хватает моей сестры? Кэролайн вскинула подбородок, смертельно холодным голосом сообщив: - Я его позвала. Клаус склонил голову набок, досадливым взглядом блуждая по лицу девушки, которая нарочно отвернулась. - Что это значит? Кэролайн, не ответив, направилась к барной стойке и к затаившимся в молчании ведьме и младшему Сальваторе. Все, кроме них и бармена Хэнка, покинули здание, оставив после себя горы мусора. Лоренцо послушно последовал за Кэролайн; Клаус обогнал девушку и встал напротив неё. - Посмотри на меня. Кэролайн подняла одну бровь и обошла его, не обратив на него ровным счётом никакого внимания. Она подошла к молчавшим всё время Стефану и Бонни; конечно, они были здесь только ради того, чтобы не позволить ей совершить какую-нибудь глупость. Вроде убийства. А она жаждала этого, можете поверить. И одновременно ей было глубоко плевать. - Хэнк, налей, пожалуйста, бурбона. - Ты уже и так много выпила, тебе не кажется? - спросила Бонни; весь её вид был озабоченным состоянием подруги. - Нет, всего каких-то пару - тройку стаканов!.. Что это значит для вампира? Кэролайн усмехнулась и уже собиралась пригубить поданный ей стакан, как тот был нагло вырван из рук. - Отдай. - холодно произнесла она, немигающим взглядом уставившись в синие глаза Клауса. Если бы можно было убить лишь взглядом, первородный уже давным-давно превратился бы в сгоревшую кучу пепла. - Зачем? - он поставил стакан на стойку и указал на Бонни, - Она тебе правильно сказала: ты уже выпила больше, чем достаточно. - Отдай мне стакан. Ни один мускул на лице первородного не дрогнул, и он всё так же, не мигая, смотрел ей в глаза. - Нет. - Ты не имеешь права... - Имею, - просто сказал он и повернулся к Стефану, - Где тот щенок? - В подвале Локвудов, - ответил тот. Кэролайн переводила взгляд с одного на другого и обратно. Горько усмехнувшись, она поразилась своей неосведомлённости. За её спиной разрабатывался какой-то план, касающийся её, а она считала, что сама выманила Клауса на вечеринку. Однако, один фактор они не учли - Лоренцо. - И ты в этом замешана? - уже ни чему не удивляясь, спросила Кэролайн ведьму. Нельзя было угадать, что чувствовал обладатель вопроса. Правильно. Ничего. Чувств-то нет. - Я не знала ничего, Кэролайн, - устало сообщила Бонни, - Так же, как и Елена. - И Деймон, - дополнила Кэролайн. Стефан покачал головой. - Нет. Он знал. Просто не смог устоять перед выпивкой: у него сейчас тяжёлый период. - Итак, - вздохнул Клаус, беря под руку Кэролайн; та округлила глаза и попыталась вырваться. Безуспешно, - Вы ведь понимаете, у вас не остаётся никакого выбора, кроме как отдать её мне. Этот идиот - волчонок испортил всё дело, а она не сможет справиться c этим сама... - Да, мы знаем - знаем, - перебила его Бонни, неодобрительно косясь на него, однако не предпринимая никаких попыток помещать Клаусу держать девушку. Что они задумали? - Ты уже сотни раз нам об этом говорил... - Значит, я беру её с собой. - Нет. Кэролайн не сдержалась; голос дрогнул, как стекло под напором ветра. Это было выше её сил. Его прикосновение!.. - Я никуда не пойду с тобой. - А кто тебя спрашивает? - серьёзным тоном заметил Клаус; его глаза раздражённо засверкали. - Кэролайн, - мягко произнесла Бонни, беря в свою руку холодную ладонь девушки; та одёрнула руку. Бонни вздохнула, - Отключить человечность - это очень и очень опасно для тебя. - Почему? - усмехнулась Кэролайн, однако настороженно слушала слова ведьмы. - Я нашла старую книгу заклинаний, в ней говорится, что все, кто обращён в вампира двойником, может умереть, отказавшись от чувств. - А ты обращена Кэтрин Пирс. - сказал Стефан. Кэролайн сглотнула. Жить без боли - это да. Она и сама отключила чувства только из-за того, чтобы не умереть. Обоюдоострый камень. Если бы они знали!.. - И... - Стефан покосился на Бонни; та кивнула в знак согласия, - Мы всё знаем. Кэролайн вырвалась, наконец, из железных тисков руки Клауса и метнула во всех, кто стоял рядом, испепеляющий взгляд. - Что вы знаете? - сквозь зубы прошипела она. - Тайлер нам кое-что рассказал, - сообщил Стефан. - Я лично пытал его, если это хоть как-то усмирит твой гнев, - усмехнулся Клаус, снова беря девушку под руку, - Ты ведь знаешь, - зашептал он ей на ухо, - Что гнев - это тоже чувство. Первые шаги уже сделаны. Девушка невозмутимо отодвинулась, бросив при этом на вампира хмурый взгляд. Тайлер. Кэролайн решила посмотреть глубже в себя, чтобы понять, как отреагировали её разум и чувства на данное заявление. Опять ничего. Кэролайн облегчённо расслабилась. Бесчеловечность работает. - Я не испытываю гнева, - спокойно сказала Кэролайн; дверца, обещавшая разломить всё внутри в пух и прах, уже не норовила распахнуться, - Скорее, мне глубоко плевать. И, даже если вы хотите "включить" мне чувства, - она выделила слово включить знаком кавычки, - То почему сразу бессмертный гибрид, который так и называется: "Общеизвестный враг Мистик Фолс №1"? Все остальные переглянулись. - Что именно сказал вам Тайлер? - спросила Кэролайн, уже начиная терять терпение из-за постоянных недомолвок. - Он оказался намного упрямее, чем я думал, - издевательски усмехнулся Клаус, - С его грязного рта не слетело ничего за всё время истязаний, кроме "Ты - ублюдок. Теперь ты будешь страдать так же, как и она". Во всяком случае, - пожал плечом первородный, окидывая взглядом группу, - он сознался. Кэролайн была довольна. Упрямство Тайлера сыграло ей на руку. Было намного легче, когда никто не знал истинной причины. - Но вот почему ты отключила чувства - это нам ещё предстоит узнать, - склонился к лицу девушки Клаус и тут же, отпрянув, дёрнул её в сторону выхода. Нет. Это было очень рискованно - остаться наедине с Клаусом. Надо было что-то предпринимать. Первородный преодолел почти половину расстояния до входной двери, как можно крепче стискивая её ладонь в своей. Тёплой. Сейчас же! - Так значит, вот как вы поступаете! - приняв укоризненный вид, воскликнула Кэролайн, оборачиваясь на ходу к Стефану и Бонни, - Сами не в силах справиться со мной? Считаете, он сделает это лучше? - презрительно добавила она, кидая уничтожающий взгляд на держащего её за руку Клауса. - Никак нет, я так не считаю, - раздался холодный голос позади неё. Резко обернувшись, она увидела Лоренцо, про которого все забыли, преграждающего им дорогу, - Отпусти её. Зелье. Почему оно ещё не выветрилось? Он исподлобья смотрел на Клауса. Тот бросил: - Тебе не стоит появляться на моём пути. - Убери от неё свои грязные лапы! - угрожающе произнёс Лоренцо, мгновенно сгруппировываясь, как заправский боксёр. - А то что? - усмехнулся со зловещей улыбкой первородный, а потом потянул Кэролайн вперёд, - Хочешь, чтобы я надрал твою задницу? Рыцарь, - хмыкнул он, проходя мимо вампира и задев того плечом. - Я не отдам её! - с боевым кличём Лоренцо кинулся на Клауса, довольно мощно ударив правым апперкотом в лицо. Голова того лишь дёрнулась. Клаус посмотрел на вампира; его глаза полыхали безудержным гневом а скулы яростно задвигались. Он отпустил руку Кэролайн и что есть силы обрушил удар в грудь противнику. Лоренцо, проделав огромное расстояние до стены, глухо ударился о неё, смяв под собой упавшую штукатурку. Лоренцо!.. Да, она была виновата в произошедшем, но вины как таковой не испытывала. Чертовски удобно, когда тебя больше никто не удерживает. Кэролайн в мгновение ока оказалась на улице. Поздний вечер. Сумерки. Свежий, чуть разряженный воздух, предвещающий грозу. Посмотрев вверх, девушка увидела, как небо заволокло тяжёлыми чёрными тучами. Обернувшись, она заметила сквозь стекло бара, как Клаус быстро окидывает помещение ищущим взглядом. Стефан что-то говорит ему, и Клаус разворачивается. Надо бежать, срочно. Хорошо, что она почти не пила. Кэролайн, скинув босоножки, сорвалась с места. *** Но, не проделав и пары метров, она была заключена в крепкие тиски рук, намертво заключившие её талию в стальные объятия. - Куда ты, милая? - нежно прошептали губы, еле дотрагиваясь до уха, - Ты ведь не хочешь замёрзнуть? К тому же, теперь тебе не следует далеко убегать от меня. Да ты и не сможешь. - коротко хохотнул Клаус приятным баритоном. - Что это значит? - положив ладони на талию, Кэролайн с силой разжала его руки и развернулась. - Ведьмочка Беннет немного поколдовала. - он с лёгкой улыбкой скользил взглядом по её лицу, ища что-то. Затем Клаус вмиг помрачнел и довольно раздражительно добавил, - Не пытайся даже отойти от меня больше, чем на десять метров. - Это почему? - криво усмехнулась Кэролайн, делая несколько шагов назад. Первородный с серьёзным выражением лица сделал тоже самое. - Сейчас увидишь. Они всё шли и шли, пока каждый из них не наткнулся спиной на своеобразный невидимый барьер. Кэролайн сжала губы и недовольно выдохнула через нос. Ровно десять метров. - Ну, что? - Клаус подошёл к девушке, пристально всматриваясь в неё, - Убедилась? А теперь идем к машине, я отвезу тебя. - Куда? - без капли эмоции поинтересовалась та. - В мой дом. Пойдём. Девушка застыла в одной позе, не выявляя никакой реакции. Клаус, вконец потеряв терпение, метнулся к ней, в доли секунды оказавшись рядом, и закинул к себе на плечо, придерживая за ноги. - Отпусти меня! - завопила она, растерявшись от такого смелого шага. Затем начала больно колотить кулаками по спине первородного. Куда уж там!.. Его мышцы были словно из железа. - Не голоси, - попросил Клаус, двинувшись к парковке. - Я убью тебя, - прорычала Кэролайн, безвольно опустив руки. До её слуха дошёл тихий издевательский смешок. - А вчера в лесу ты думала совсем иначе.

***

Всю дорогу до дома Клауса я не проронила ни слова, отвернувшись к окну и игнорируя все вопросы. - Зачем ты позвала Лоренцо? Молчу. - Хотела досадить Ребекке? Снова молчу. Хотя, должна признать, ход его мыслей шёл в правильном направлении: просто меня тошнило то, с какой нежностью обращались эти двое друг с другом. Зависть... Нет, простое раздражение, не более. Мне было совершенно плевать, что я еду домой к Клаусу и, судя по полученной информации о моей возможной смерти, буду жить у него. Я не понимала, зачем он возложил на себя такую ношу, как бесчувственный вампир, но мне и было всё равно. Поэтому я сразу выкинула все не важные для меня мысли из головы. Вот только это заклятие... Бонни, ты ещё пожалеешь о том, что отняла мою свободу. Его вопросы продолжались. Так же, как и моё молчание. Однако, я замечала, как после каждого предложения вампир поворачивается в мою сторону, пристально вглядываясь. Не может быть, чтобы он мог читать по моему лицу. И ещё удивляло то, что Клаус ни разу не позволил себе каких-нибудь вольных действий; ни разу не прикоснулся, будто бы нечаянно, к моей руке, когда переключал скорость; он даже смотрел не с тем желанием, что явственно читалось в его глазах при вчерашней встрече. При том, что я была в откровенно коротком платье, а декольте было глубоким настолько, что еле-еле прикрывало бюстгальтер. Но больше всего я впадала в замешательство от того, что он не обращал на моё идеально наплевательское отношение ровным счётом никакого внимания, способное вывести кого угодно из спокойствия. Он даже пару раз улыбнулся, встречаясь со мной взглядом. Меня это бесило. Дверца, скрывающая чувства, жалобно поскрипывала, а сердце в груди, несмотря на мои увещевания, гулко отбивало дробь. Я пыталась не смотреть на него, но, как ни старалась, находиться в замкнутом пространстве с ним было хуже любой пытки. Я была равнодушна. Ко всему, кроме предательства. Пусто. Жутко одиноко. Он и я в одной машине, а казалось, словно за тысячи километров друг от друга.

***

- Почему ты не хочешь со мной разговаривать? Клаус остановил автомобиль напротив трёхэтажного белого особняка, по обе стороны к которому шли две широкие белые лестницы. Кэролайн открыла дверцу машины и вышла, не глядя на вампира. - Догадайся сам. Это была её первая фраза, которую она произнесла за все время их поездки. - Что ж, этим я и займусь в ближайшее время, - уверил Клаус и пошёл вперёд, - Пойдём в дом, ты, наверно, уже замерзла. Кэролайн упрямо не сходила с места, сложив руки на груди, пока, словно притягиваемая за ниточку, не дернулась вперёд. Клаус повернулся с наглой усмешкой на губах. - Так и будешь упрямиться? Кэролайн сжала кулаки и двинулась вслед за вампиром.

***

- Итак, Кэролайн, давай побеседуем. Они сидели в очень уютной гостиной; после того, как Кэролайн приняла душ и спустилась вниз в неизменном сопровождении Клауса из-за заклятия, первородный развёл огонь в камине, и теперь комната была освещена ненавязчивым мягким светом. Клаус расслабленно сидел в кресле, прямо напротив Кэролайн, которая с ногами забралась на диван; она отказалась переодеваться, а вампир не настаивал. Девушка медленно потягивала колу, которую вежливо предоставила прислуга этого дома; хозяин поместья наотрез запретил своим подчинённым давать Кэролайн напитки, в той или иной степени приводящие к опьянению. - Тебе когда-нибудь всё равно придётся начать говорить со мной, - заметил вампир, со вздохом откидываясь на спинку кресла. Девушка молча, немигающим взглядом глядела на пляшущие языки пламени в камине. Клаус с каким-то наслаждением, ему самому не понятным, смотрел на неё; её волосы, будто расплавленное золото, сверкали в неярком свете, отчего в комнате словно становилось светлее; выражение лица было сосредоточенным, словно она думала о чём-то важном, ведомом ей самой. Неожиданно для себя Клаус понял, что захотел бы узнать, о чём она думает. - Огонь... Он красивый. И очень опасный, - вдруг тихо прошептала Кэролайн с отсутствующим выражением лица. Клаус тут же подался вперёд. - Да, - сразу же согласился он, разглядывая её профиль, - Это стихия, её сложно укротить. - Невозможно. Кэролайн оторвалась от созерцания огня и в упор посмотрела ничего не выражающим взглядом в глаза вампира. - Невозможно укротить. - Что ты хочешь этим сказать? - медленно произнёс Клаус; только сейчас он заметил, до какой степени её глаза были в тон ткани платья - такие же синие. Такие же холодные. - Чувства, - пояснила девушка, не сводя взгляда с его лица, - Чувства подобны огню; некоторые настолько неудержимы и стихийны, что иногда просто нет возможности удержать их. И тогда остаётся лишь одно, - Кэролайн пожала плечом и поднесла стакан к губам, снова поворачиваясь к камину, - просто загасить их. - И ты отключила чувства, - закончил Клаус, кивнув, - Что сказал этот чертов Локвуд, что заставило тебя сделать это? Кэролайн хранила молчание около минуты, сжав до побеления костяшек стеклянный стакан. Что, если она скажет истинную причину? Что, если эта правда потрясёт вампира до глубины души? Он наверняка не рассчитывал, что она узнает об этом. Девушка мысленно злорадно рассмеялась, игнорируя щемящее чувство в груди. - Как поживает твоя беременная волчица? - ядовито скривилась Кэролайн. Тишина. Абсолютная тишина, прерываемая только чьим-то тяжёлым учащённым дыханием. С запозданием Кэролайн поняла, что оно принадлежало ей. Она безотрывно смотрела на Клауса, следя за его меняющимся выражением лица. Непонимание. Осознание. Удивление. Раскаяние. И боль. - Ох... Кэролайн! Он вмиг оказался рядом с ней, заключая её в душащие объятия. А она совсем ничего не понимала. Её плечи напряглись и она пыталась сделать вдох, чтобы успокоить рвущееся наружу сердце. Клаус отпустил её, спустив ладони на запястья девушки. Он твёрдо посмотрел ей в глаза, облегчённо вздохнув. - Ребёнок - не мой. Его отец - кто-то из знакомых оборотней этой волчицы. Кэролайн несколько раз моргнула, а потом почувствовала, как перед глазами стало мутно. - Что?.. - дрожащим голосом спросила она. - Та девушка выдавала своего ребёнка за моего, а Локвуд услышал об этом. Всё вдруг стало спокойно. Тихо. Она ждала его признания. Именно такого. Вдруг она заметила, как по щеке щекотно заскользила слеза. Она моргнула, а потом подняла руку к лицу. Внезапно рука была остановлена; лёгким поцелуем по коже слеза растворилась на губах Клауса, с необъяснимым выражением лица наблюдающим за Кэролайн. Она ещё никогда не замечала, чтобы он так смотрел на неё. Ни разу. Даже тогда, в лесу. Облегчение, смешанное с надеждой и восхищением. - Кэролайн... Он сглотнул и осторожно, невесомо, словно крыло бабочки, коснулся её мокрой щеки. Девушка судорожно выдохнула, схватив его за руку. Клаус внимательно всмотрелся в неё, заглядывая словно прямо в душу. А затем, резко наклонившись к ней, быстро схватил её за руки. - Включи чувства, - пробормотал он, сжимая тонкие запястья. Кэролайн прикрыла глаза. Глубоко вздохнув, она целую минуту неподвижно восседала на диване с болезненно выпрямленной спиной. Клаус в волнении наблюдал за ней. Не открывая глаз, Кэролайн прошептала: - Я не могу... - Что? - Клаус ещё сильнее сжал её ладони; его глаза безумно скользили по её лицу. - Я не могу чувствовать. Она распахнула глаза. Холод. Непреодолимая пустота. И ничего. *** Признание заставило моё сердце учащённо забиться. Но я не почувствовала привычного оживления, которое было неизменным спутником при жизни с чувствами. Не передать словами, что я испытала, уверившись в словах Клауса. Словно груз нескольких столетий, будто прожитых мною, наконец, был сброшен с плеч, и я смогла свободно вздохнуть. Но затем я замерла. В груди всё неприятно съёжилось: я не испытала радости. Я не почувствовала ничего. И Клаус... Я никогда не видела, чтобы он был таким. Но я знала, что он являлся. Всегда. Дверца под напором изнутри грозилась разорвать скрепившие моё сердце цепи. Нерушимые. Я поняла, что пошло что-то не так, когда попыталась сбросить с себя оковы после слов Клауса. У меня не получилось. И тогда я заплакала. Невольная слеза скатилась с моей щеки, неожиданно остановленная поцелуем. Боже!.. Я попыталась ещё, а потом ещё и ещё, но дверь, казавшаяся такой хрупкой вначале, теперь была наглухо заперта. Я оказалась в собственной ловушке. Это было бы смешно, если не было бы так грустно. И если бы я могла бы смеяться. Отчаянный взгляд синих глаз заставил меня отвести взгляд. Я не могла позволить ему страдать. Ведь скоро я умру. Кэтрин Пирс. Если бы я была способна ненавидеть, то это чувство бы сожрало меня заживо.

***

Клаус сидел на диване напротив девушки, держа её за руки. Кэролайн неподвижно уставилась на их переплетённые пальцы, а потом резко выдернула свои ладони из его. Он было потянулся к ней, но девушка вскочила с дивана. - Прости... - прошептала она, силясь почувствовать хоть что-то, хоть капельку вины. - Ты ни в чём не виновата, - хриплым голосом пробормотал Клаус. Кэролайн закусила губу, увидев его окаменевшее лицо. Затем вдруг он воспрянул, вскакивая вслед за ней; его глаза радостно заблестели. - Я знаю, что можно сделать! - сообщил он, приближаясь. Кэролайн задержала дыхание, смотря на его отчаянное лицо. - Что? - Ты не можешь вернуть все чувства разом, - сказал он увлечённо, - Но наверняка сможешь по одному. - Не знаю... - Тебе нужно попробовать, - тихо сказал Клаус, сделав ещё шаг, - Я... помогу тебе. Кэролайн нерешительно пожала плечами, а потом, подняв голову, медленно кивнула. - Хорошо. - а потом добавила, - Я ведь не хочу умирать. Она сама не понимала, почему согласилась. Клаус усмехнулся. - Ты не умрёшь. Уверенность в его голосе значительно успокаивала, даруя надёжную опору. Кэролайн удивилась тому, насколько могла положиться на него. И, самое главное, - она ему доверяла. Теперь она понимала, почему Сальваторе приняли решение отдать её на его попечение: Клаус как никто другой мог уговорить любого. Упрямцы находят друг друга.