Mon frere

Все-таки корсет, который был украшен бриллиантами, являлся ужасно неудобной вещью. Филипп едва мог дышать в нем. Но, все же, это стоило того. Покрутившись у зеркала, принц улыбнулся: несомненно, он произведет сегодня впечатление. Ведь наряды, которые подобрала его кузина, были просто восхитительны! Платья были сделаны из серебристого полотна – с розовым кантом, с черными бархатистыми передничками и с различными вставками в виде золотистых и серебристых кружев. Воротнички и манжеты же были обрамлены тонким венецианским кружевом, а волосы были зачесаны как у крестьянок, но при этом голову прикрывали бархатные шляпки с белыми перьями. Дополняли же все это лакированные красные посохи с серебряной отделкой. Юный Месье не мог налюбоваться собой. В этом наряде, как ему казалось, он был очень похож на прелестнейшую пастушку. Верно, Луи это очень позабавит! В отличие от Филиппа, графу де Гишу, зашедшему в покои принца, не по душе был свой костюм. Ему казалось, что в этом он похож не на пастуха, а на какого-нибудь шута. Но, увы, возражать герцогу было бесполезно: сколько его не проси, он все равно останется при своем мнении. -Ах, мой милый Арман, вы так чудесно выглядите! – звонкий голосок Пило заставил задумавшегося де Грамона вздрогнуть и обратить свой взор на брата короля. Все-таки принцу очень даже шли женские наряды. Граф ни один раз думал о том, почему же Его Высочество не родился девушкой, ибо мадемуазель из него была бы прекрасная. -Не чудеснее Вас, - и улыбнувшись, де Гиш взял кисть Месье, оставляя на ней поцелуй. Он знал, как юный герцог Анжуйский любит, когда ему целуют руки, да и вообще, когда с ним обращаются как с девицей. -Вы мне льстите, Арман, - Филипп коснулся кончиком указательного пальца его носа и рассмеялся. -Совсем нет, мой принц. Вы действительно выглядите восхитительно! Я диву даюсь с того, какое же Вы все-таки нежное создание, - молодой граф не переставал улыбаться.- И позволите ли мне сопроводить это нежное создание на сегодняшний маскарад? -Позволю, - сказал Месье, взяв посох и надевая серебристую маску. Потом же он подхватил под руку своего миньона, удаляясь из покоев. Филипп, стоявший рядом с Великой Мадемуазелью и со своей матушкой, с восхищением смотрел на пышно разодетых дворян. Скоро должен был появиться король, который, несомненно, затмит тут всех. И он действительно затмил: вошедший Луи был разодет под прекрасного Аполлона, хотя, в глазах младшего брата он таковым и являлся. На молодом монархе была золотая туника, золотые латы, такая же золотая обувь, роскошная маска, закрывающая половину лица и, конечно же, меч в ножнах. -Солнце…- затаив дыхание, прошептал Месье, глядя на своего короля. Его Величество подошел к своей семье, оглядывая герцога Анжуйского. Принца это немного смутило, и он опустил глаза в пол. -Я вижу, Вы вновь решили всех шокировать, мой брат. Что же, у вас это получилось, - и, сухо произнеся это, монарх повернулся к придворным, довольно громогласно объявляя танцы. Пило думал, что старшему брату должен был понравиться этот костюм, ну хотя бы чуть-чуть. Ведь старался он так только ради него. -Ваше Высочество, отчего Вы так грустны? – подошедший граф де Гиш взял любовника за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону его ладони. – Не желаете станцевать менуэт? Вы же так любите этот танец. -Нет, милый Арман, идите, веселитесь. Мне что-то нездоровится, - и Филипп, убрав руку миньона, подхватил юбки платья, удаляясь из роскошного бального зала. Де Грамон удивленно смотрел вслед уходящему принцу. Это было совсем не похоже на него. Чтобы вечный любитель кутежа и балов Филипп Анжуйский вдруг соизволил раньше всех покинуть празднество, которое так долго ждал и к которому готовился. Граф хоть и не любил этого капризного юношу, но именно сейчас его насторожило такое необычное поведение Месье. Но все же бежать вдогонку за Его Высочеством Арман не собирался. Филипп выбежал в парк, снимая с себя чертову маску, а следом за этим милую шляпку и откидывая это на ухоженный газон. Все зря. Его милый король вновь был недоволен костюмом, который Месье надел специально для него. Было обидно. Даже слишком обидно. И отчего-то на глаза наворачивались слезы. Но принцы не должны плакать. Даже если им девятнадцать лет, и они наряжены в женское пастушье платье. Его Высочество прогуливался по аллее в мрачном парке, оглядывая силуэты кустов. В детстве он до жути боялся их и всегда бежал к Луи, который мог бы защитить, как ему казалось, от этих чудищ. Услышав позади себя шорох, герцог Анжуйский обернулся. -Ваше Величество?! Вы разве не должны быть на балу, танцуя свой излюбленный балет, или же заигрывай с прехорошенькой фрейлиной матери? - право, Филипп никак не ожидал увидеть тут старшего братца с накинутым на плечи плащом. - Пило, что ты тут делаешь? – спросил король, смотря на принца. – Обычно это ты у нас всегда любишь быть в центре внимания на подобных увеселениях. И вообще, тут довольно прохладно вечером. Как ты еще не замерз? -Мне нездоровилось, и я решил, что небольшая прогулка на свежем воздухе приведет меня в чувство. Но Вы так и не ответили на мой вопрос, почему же король не веселится сейчас со своими придворными? -Не так официально, Филипп. Мы с тобой одни, так что можешь называть меня на «ты», - молодой монарх отвел взгляд от Его Высочества. – Не будем стоять на месте, пойдем же, - и он небыстрым шагом двинулся вперед. – Мария не смогла явиться на маскарад. А я так желал, чтобы она пришла, - негромко произнес Луи, вздыхая. -Погоди-ка, я хочу показать тебе кое-что, - и, не спрашивая на то разрешения, Месье взял короля за руку. Его Величество тут же дернулся. – Тут есть одно местечко, пойдем. Тебе понравится, обещаю. Филипп вел его за собой, держа за руку. В детстве он тоже делал так, когда хотел показать что-то интересное старшему брату. В эту ночь лишь полная луна освещала им путь. Они шли по дорожкам, выложенным из камня, а потом Пило ступил на газон, увлекая за собой монарха. Обойдя небольшую стену из ровно стриженых кустов, братья вышли на довольно небольшую полянку. - Вот, здесь, - принц отпустил его руку. – Чудесное место, - и, совершенно не страшась замараться, Филипп опустился на траву. – Сегодня безоблачная ночь и можно посмотреть на звезды. Ну же, садись рядом со мной! – он улыбнулся, глядя на своего короля, который все-таки присел рядом. -Я повторюсь, Пило. Сегодня довольно прохладно, – и после этих слов, Луи снял с себя плащ, накидывая его на плечи Месье. - Я благодарю, - немного покраснев, Его Высочество поплотнее укутался в плащ, поднимая голову вверх и смотря на небо, усыпанное множеством сияющих звезд. Филиппу приходилось читать про различные созвездия, и сейчас он рассказывал старшему брату о них, указывая ладонью. Луи же, слушая, иногда посматривал на Месье. Все же он был довольно мил в лунном свете и чем-то напоминал нимф из древнегреческих преданий. Словно поддавшись какому-то импульсу, король приблизился к лицу принца, прикасаясь своими губами к его губами, прерывая рассказ о звездах. Филипп едва ли мог о чем-то думать. Неужто несбыточные мечты стали реальность? Или это всего лишь сон? И если это все-таки сон, то пусть он никогда не заканчивается. А Луи и не догадывался, что у его брата могут быть такие сладкие губы. Они, кажется, пьянили намного больше любого вина. Оторвавшись от них, монарх навис сверху и тут же принялся покрывать белоснежную шею поцелуями, а так же часть груди, открытую в вырезе платья. Пило рвано дышал, переместив свои ладони на спину короля. Латы были довольно холодными, но он не замечал этого, подставляясь под поцелуи. Его Величество запустил руку под не такое уж и пышное платье Месье, вновь целуя его в губы. Филипп вздрогнул, когда пальцы Луи коснулись самого сокровенного. Он не боялся, нет. Все-таки и раньше у него были мужчины. Но не было короля. Столь любимого и милого сердцу короля. Это происходило слишком красиво: двое лежали на ночной поляне, которая освещалась лишь лунным светом. Принц старался не стонать громко, чтобы кто-нибудь не услышал их даже в этой отдаленной части парка.