Сказ о том, как Леголаса женили

                    Звуки свадебного пира не утихали ни на минуту. Каждое мгновенье над столами проносились тосты, славящие принца, короля (который поспешил вернуться с охоты), невесту, и, о Эру, даже гнома! , который помог состояться этому празднику.       Во главе стола сидел король. Изрядно поднабравшись, он одним из первых произносил тосты за здоровье молодых, не забывая многообещающе улыбаться сидевшим рядом эллет, ловившим каждое его слово и призывно выгибающимся под его взглядом. Эти красавицы успевали, казалось, всё — и улыбаться королю, и бросать завистливые и хищные взгляды на новую принцессу, и отбиваться от поклонников, которых немало появилось за время состязаний.       Леголас не сводил глаз с прелестной жены, поминутно целуя кончики ее пальцев и нежно заглядывая в глаза. Любовь, нахлынувшая на него так внезапно, до сих пор приводила в изумление. Никогда еще он не чувствовал такого блаженства, просто находясь рядом с любимой. Его избранницей оказалась простая эльфийка из пограничного селения, ничем не примечательная девушка. Вся ее жизнь заключалась в том, чтобы помогать матери по хозяйству и отцу с братьями в охоте. На праздник она попала случайно, за компанию с подругой. Ее звали Лоринэль, и она даже мечтать не могла, что среди знатных красавиц, составляющих большую часть невест, она сможет привлечь хоть какое-то внимание… Время от предложения до свадьбы промчалось стремительно, и теперь, сидя в окружении важнейших особ королевства, Лоринэль смущалась, тихо улыбаясь своему счастью, ведь Леголаса она полюбила сразу же, как только увидела.       В конце главного стола, грустно подбоченясь, сидел Гимли, прикладывая к щеке огромный кусок говяжьей вырезки. Вокруг него суетилась Дис, поминутно отнимая кусок от его лица и тревожно вглядываясь в расползшийся под глазом синяк.       — Ненаглядный мой бочоночек! Ну, прости меня, киянку неуклюжую! — Дис в который раз пыталась вымолить прощение у своего возлюбленного.       — Нет тебе прощения! — мрачно произнес Гимли, с отвращением на лице попивая ледяной эль. На самом деле он не только не злился на Дис, но и с громадным удовольствием наслаждался каждой ее просьбой, как бальзам проливавшейся на его душу.       — Погребок мой винный, сколько можно дуться! Подумаешь, погорячилась немного! — голос Дис все больше приобретал визгливые оттенки, пропорционально выпитому вину.       — Погорячилась немного?! — Эль в Гимли дал о себе знать. — По поляне при всем королевстве с секирой за мной гоняться нормально?       — Нет, сладкий, прости, не разобралась в ситуации! — голос Дис сочился, как мед.       — А хлестать меня в лесу хворостиной — это нормально? — еще больше повышал голос Гимли, радуясь произведенному на любимую эффекту. — Мне, между прочим, больно было!       — Я — твой глупый медвежонок, бочоночек, прости! — Дис снова пустилась в извинения.       — А по лицу меня бить нормально было?! — Гимли решил поставить точку и на этом помириться, но сделал тактическую ошибку — напомнил любимой, с чего все начиналось.       — По лицу тебя бить?! — выражение лица Дис стремительно сменилось с благодушного на устрашающее. — По лицу тебя бить, охальник?! Да ты же в девках валялся, когда я пришла!       Гимли только и успел бросить мясо в одну сторону, стакан в другую и резво помчаться в сторону балкона…       Свадебный пир медленно подходил к своей кульминации. Вот уже и Трандуил, забыв о приличиях, отплясывал с очередной прехорошенькой эллет какой-то людской танец. Вот уже и Леголас, надеясь, что за ними не наблюдают, осторожно целовал плечики своей жены, которая мило краснела при каждом его прикосновении. Вот уже и Гимли с Дис, помирившись, пили вино…       В общем, всё удалось — Леголаса женили.