Опасный вояж

      Вечерний перезвон колоколов громкой мелодией возносился над всем дворцом Аква Лагуны. Его яркий звон зазывал к себе придворных господ и оповещал жителей города о долгожданном событии – королевском бале.       Оживший и словно сбросивший до этого тяжёлые оковы напряжения и суеты, белоснежный дворец сиял изнутри, наполненный светом сотен зажжённых ламп в коридорах и, конечно же, в главном зале дворца, где сейчас оповещали о приезде господ с других архипелагов.       Внутри было шумно, даже несмотря на то, что главный зал славился высокими потолками и не менее просторной площадью, вмещавшей в себя более трёхсот людей. От пышных, слишком ярко наряженных людей немного кружилась голова, от чего неприятно сводило судорогой желудок.       От обилия льстивых слов тошнило неимоверно, и Зоро требовалось огромного усилия, чтобы не сорваться на глупых изнеженных господ. Его взгляд то и дело цеплялся за группу этих самых дворян, сейчас больше похожих на мелких дворовых собачек, что крутятся у ног хозяина и пытаются привлечь к себе внимание. Главный виновник - иностранный принц – совсем не замечает их, он сейчас смотрит на витражные стёкла, больше не ловящие последних лучей весельчака Джека.       Его белый фрак, украшенный золотом, сидит на нём как влитой, и этот чёрт Санджи знает, что выглядит отменно.       Санджи, конечно, знал. В конце концов, ему не раз говорили, что белый цвет идёт ему, как никакой другой. А побывать на пышном приёме, устроенным в его честь, для принца было одним из самых любимых занятий.       Что может быть прекрасней томных взглядов баронесс и герцогинь? Изгибах женского тела в легком танце, кокетливых взглядах и обещаниях жаркой ночи? Он мог ночи напролёт танцевать на балах, ухаживать за очередной красавицей и получать в ответ трепетные, а иногда и совсем не невинные поцелуи.       Он мог… но не сегодня.       Не сейчас, когда спину то и дело обжигает взгляд серо-зелёных глаз человека, который преследует его в кошмарах… Санджи провожает взглядом прошедшую мимо него темноволосую красавицу в белоснежном платье, кокетливо бросившую на него взгляд. И он бы обязательно как привязанный последовал бы за ней, если бы случайно не встретился взглядом с мрачным мечником у противоположного стола.       - Чёрт возьми, - бурчит принц, тут же забывая о баронессе и вновь отворачиваясь, думая о том, что это, пожалуй, самый худший в его жизни королевский бал. ***       Робин появляется позже, к ночи, выглядя роскошно в пышном платье цвета лазурного моря, с заплетёнными локонами в высокой причёске. Она больше не выглядела цыганкой, и принц теперь отчетливо понимал, что всё это время смущало его - Робин никогда не была простолюдинкой, даже если большую часть своей жизни провела на Гранд Лайне.       Гремит оркестр, до сих пор только действовавший на нервы, вознося первые нотки бального танца, и принц, как околдованный, ступает вперёд, к поджидающей его женщине, сейчас поистине выглядящей королевой. Он сжимает её тонкую прохладную ладонь и почтительно выводит Робин на танец в центр зала, тем самым начиная торжество.       Первый шаг, и рука дрожит, придерживая королеву за талию.       - Вы очаровательны, Робин-тян, - без всякой лести, искренне шепчет Санджи, - я даже забыл все те комплименты, которые хотел сказать вам.       Робин улыбается, глядя поверх плеча мужчины, в толпе господ выделяющегося, как солнце на сером небе. Санджи аккуратно ведёт её в танце, достаточно умело, что говорит о его немалом опыте. Она пропускает мимо ушей очередные милые слова, казавшиеся именно «милыми», как если бы ребёнок восхищался подаренной игрушкой хвалясь ею перед мамой. Он кружит её в танце, и женщина вновь вдыхает лёгкий аромат мужского одеколона, на секунду встречаясь с ним взглядом и видя, как принц торопливо смотрит куда-то в сторону.       - Быть откровенным, Санджи-сан, - прерывает она его, - я вступила на воды Гранд Лайна не ради брата. Когда я впервые побывала на корабле Луффи, то, казалось, ожила. Его мир огромен и прекрасен и не заключен стенами дворца.       Черноволосый мальчишка за огромным столом, наполненным яствами, уплетает еду за обе щёки, совсем наплевав на какие-либо правила приличия, и пальцем утрамбовывает мясо во рту, чем вызывает отвращение на восковых лицах придворных господ. Его наспех надетый фрак уже заляпан соусом и даже где-то порван, но мальчишка совсем не замечает этого. Его не увлекает и королевский танец. Единственное, что занимает ум пирата, всерьёз намеренного покорить Гранд Лайн, так это горы еды на столе, которые нужно попробовать.       - О чём вы?       - Просто поверьте мне, - улыбается королева, - неважно, кем вы родились и чья кровь течёт в ваших жилах. Жизнь заключена далеко не в том, как хорошо будут писать о вас в летописях.       - Но у меня обязанности, Робин-тян…       - Поэтому вы отказались возглавлять пиратов?       Санджи натянуто улыбается:       - Моей целью было объединение двух королевств, а после того, как эта цель достигнута, я должен вернуться домой… как вы знаете, есть ещё две стороны света, с которыми контакт не налажен.       - Или вы просто боитесь, - перебивает его Робин.       Санджи дёргается.       - Я не трус, - серьёзно говорит он. - Но должен.       Робин тихо смеётся, снова встречаясь с непонимающим взглядом принца, и объясняя:       - Я буду очень рада, Санджи-сан, если мой брат станет таким же убежищем для вас, как для меня корабль Санни.       Санджи хмурится, не находя сейчас каких-либо слов, но похоже, Робин и не ждала от него ответа. Она больше ничего не говорила, таинственно улыбаясь так, как могла улыбаться только она. Гремела музыка, в округе уже было достаточно много танцующих пар, когда их танец, наконец, закончился.       Санджи целует костяшки пальцев, оставляя лёгкое прикосновение на загорелой коже женщины.       - Вам не обязательно здесь оставаться, принц-сама, - шепчет ему Робин, приобнимая принца за плечи.       - Почему я должен покинуть столь прекрасное общество? – не понимает Санджи, ещё пребывающий в задумчивости от слов Робин.       Королева указывает головой в сторону, тихо поясняя:       - Потому что мой брат скоро не выдержит и обнажит оружие. А нам ведь не нужны проблемы?       Она чувствует, как Санджи вздрагивает, тут же отводя взгляд куда-то поверх её плеча и скорее всего натыкаясь на Зоро.       - Вы не должны на него злиться, - продолжает говорить Робин, - то холодное поведение Зоро связанно со мной. Это я попросила его отпустить вас.        - Как думаете, - хмурится Принц, - мне стоит уйти сейчас?       - Думаю, да.       Санджи на несколько секунд замирает, продолжая держать её руку в своей, затем придя к какому-то своему решению, снова целует и теперь отпускает её.       - Спасибо за столь великолепный танец, прекрасная мелорин, - учтиво улыбается он. - Позвольте мне сопроводить вас до трона?       - Идите уже, кок-сан, - шутливо называет его Робин, придерживая подол платья, и первая уходит с танцевальной площадки к возвышающемуся королевскому помосту, уже приевшемуся ей за многие годы.       Санджи, весело улыбаясь другим дамам, быстро взбирается по ступеням главного зала, в спешке покидая его. Точно зная, что мечник последует за ним, как тень. ***       Зоро уже практически петлял по бесконечным коридорам дворца, в котором когда-то вырос, когда понял, что Санджи давно исчез из вида. Оставалось только идти вперёд и думать о том, что логически выход из этого чёртова лабиринта должен быть где-то рядом.       - Эй, потерявшийся рассадник для мха, - слышит он недалеко от себя знакомый до боли голос.       Зоро разворачивается, тут же находя принца, прислонившегося к дверям чьих-то апартаментов. Он победно оскаливается.       - Потерялся так, что даже мне пришлось искать тебя, - жалуется Санджи, строя кислую гримасу. - Похоже, играя в прятки, ты был всегда в выигрыше.       - Так ты искал меня? – ухмыляется Зоро, аккуратно, как хищник, подступая к своей жертве.       Санджи хмыкает, открывая дверь, и первый заходит внутрь.       Тёмный полумрак чьей-то спальни освещён парой зажжённых светильников.       - Хочешь поговорить? – спрашивает его принц, медленно отступая назад и на ходу так же медленно расстёгивает пуговицы камзола.       Ему неожиданно резко становится душно.       Зоро делает шаг вперёд, аккуратно прикрывая за собой дверь и дожидаясь щелчка замка. Он склоняет голову, когда оттягивает на шее повязанный по этикету платок, что как удавка душил свободолюбивого мечника.       - Нет, Завитушка, - улыбается он одной из тех своих улыбок, что очень похожи на оскал. - У меня к тебе более весомое предложение.       Санджи натыкается на угол кровати, останавливаясь, когда понимает, что отступать больше некуда. Он скидывает с плеч пиджак и поспешно расстёгивает перламутровые пуговицы рубашки, сейчас слишком маленькие и неудобные, с которыми так много возни.       Зоро отстёгивает мечи, кладя их на пол и следом сбрасывая куда-то в сторону свой зелёный харамаки, даже не глядя, куда он упал. Он не отрывается взглядом от худощавой фигуры Санджи, в этом чёртовом белом фраке раздражающий мечника всё больше и больше. В груди тугой узел, завязан с такой силой, что становится трудно дышать, и Зоро в спешке выкидывает рубашку себе за спину, снова делая шаг вперёд.       - Хочу надрать тебе зад, - медленно разъясняя, хрипит Зоро не своим голосом. Санджи неожиданно смеётся, сбрасывая рубашку себе под ноги, и, выставив вперёд руки, подзывает к себе.       - Так иди ко мне, - улыбается он белозубой улыбкой Дэйви Джонса, - чёртов Маримо. ***       Скрипит кровать, когда Санджи падает, придерживая ушибленную руку. Зоро вытирает тыльной стороной руки кровь с разбитой губы, залезая следом и тут же получая сильный удар в грудь.       Он почти падает, но удерживается на ногах, снова разворачиваясь и успевая подставить руку, когда Санджи, подобно кобре метнувшийся вперёд, с размаху бьёт подсвечником, как шпагой. Ломаные свечи летят в стороны, разбрызгивая воск и тут же затухая.       Зоро не чувствует боли, в ушах бьёт колоколом адреналин, и лишь завтра он обнаружит на руке ожог, но сейчас, выбив из руки принца импровизированное оружие в сторону, он вновь уклоняется от сильного удара в плечо.       Санджи снова падает на кровать, когда Зоро подло сдергивает под ним одеяло, не давая встать. Принц грязно ругается, чувствуя, как мечник хватает его за пояс штанов и коротким рывком подтягивает к себе… за что тут же получает коленом в челюсть.       Принц часто дышит ртом, его разбитый нос, уже перестав кровоточить, до сих пор забит кровью, и Санджи чувствует, как горячие капли вместе с потом скатываются по подбородку.       Зоро что-то сквозь зубы рычит, по привычке потянувшись к поясу, где должны были быть мечи.       - Что? – Улыбается окровавленной улыбкой принц. - Не можешь справиться без своих железок?       - И это говорит мне тот, кто постоянно проигрывает? – В ответ ухмыляется мечник. - Господин второе место.       Он уворачивается от прямого удара принца, подхватывая его под коленом, зная, что за это поплатится ощутимым болезненным ударом по спине. Но его замысел не раскрыт, и Санджи злобно ругается, когда мечник, с силой вцепившись в него, не отпускает.       Блондин лишь успевает на секунду понять и услышать, как сбилось в груди сердце, когда чужие губы накрывают его, а чужая рука с силой сжимает волосы на затылке.       Принц возмущенно мычит, дёргается, когда Зоро сжимает ещё сильнее, наплевав на все фальшивые протесты, которые направлены на то, чтобы раззадорить и так голодавшего все эти дни мечника. Зоро недовольно рычит от того, что Санджи так сильно стиснул губы, не позволяя углубить поцелуй, не разрешая то, что раньше было дозволено.       Похоже, с Санджи всегда будет так – без боя Зоро вряд ли получит желаемое.       Это одна из тех треклятых черт в ублюдочном эро-коке, что заставляет мечника смотреть на него раз за разом. Он знает, что этот сукин сын может пнуть в спину, когда Зоро будет невнимателен, и поплатится за это не только ядовитой улыбкой морского дьявола, разрезающей гордость на куски, но и возможностью проявить слабость. И в то же время мечник полностью уверен в Санджи, когда без колебаний будет подставлять свою спину в тот момент, когда сам будет слишком занят. И он точно знает, что этот блондинистый чёрт с завитушками на бровях будет отвлекать старуху-смерть своими пошлыми, а порой и грязными шуточками.       Широкие и горячие руки Санджи хаотично шарят по плечам, сжимая пальцы так, что наверняка останутся синяки, но сейчас Зоро кажется, будто там горят ожоги.       Липовые сопротивления вскоре отброшены в сторону, и мечник жадно касается в дозволенном поцелуе чужих губ, шероховатых, со сладким привкусом виноградного вина, немного опухших и чертовски нужных как никогда. Его пьяное дыхание смешивается с чужим, не менее пьяным, ещё больше завораживая и заставляя покусывать раскрасневшиеся губы, и чувствовать колючий ёжик тонких усиков, что сейчас корябают лицо Зоро.       Санджи шумно выдыхает, поспешно сглатывая и заставляя себя приоткрыть отяжелевшие вмиг веки. Он встречается взглядом с затуманенным взглядом серо-зелёных глаз, сейчас потемневших и кажущихся практически чёрными. Секунды хватает, чтобы сопротивление было окончательно смято, и с глубоким вздохом Санджи вновь закрывает глаза, как воочию видя Зоро перед собой.       Он чувствует, как мечник кончиком носа водит по линии скул, и Санджи не может с собой ничего поделать, когда медленно, вслед за касаниями, откидывает голову, открывая шею и с трепетом ощущая, как мечник зарывается рукой в его волосы, заставляя кровь ещё быстрее циркулировать по венам.       Он задыхается от духоты, прижимая мечника к себе с силой на которую сейчас способен, ощущая уже вставший чужой член, недвусмысленно упирающийся в бедро. Откуда-то изнутри вырывается приглушенный смех, и он чувствует, как Зоро в непонимании застывает, но всего на секунду, прежде чем с силой сжать ему шею.       Горячий шепот касается дыханием его искусанных губ.       - Что смешного, кок?       Санджи улыбается, растягивая губы в длинной улыбке, и с усилием приоткрывает один глаз. Взгляд не изменился, всё так же колеблется где-то на грани рассудка и страсти. И принц невольно скользит взглядом вниз, очерчивая скулы, линию носа и останавливаясь на губах.       Последние вытеснили все мысли в голове. И он резко подаётся вперёд, впиваясь в шершавые, обветренные морским ветром губы, с привкусом крови (последнее, конечно же было по его вине). Зоро горячий. Его руки, тело, намерения – сжигают, разрезают решительность, как лезвия его катан. Ничего другого не остаётся, как подчиниться, когда его так нагло заставляют повернуть голову, чтобы было удобнее углубить поцелуй. Мокрый язык, соленые губы, жгучее дыхание, крепкие объятия и соприкосновения взмокших тел друг к другу. Черт возьми, как же Санджи этого хотел.       И срывающийся с губ первый стон стал отличным подтверждением.       Обо всем этом можно подумать позже – сейчас важно только то, как далеко зайдут эти руки и спустятся ли они наконец вниз. Зоро словно слышит отголоски мыслей, и неожиданно для Санджи перехватывает его запястье. Он отстраняется всего на секунду, глядя в раскрасневшееся лицо, намного лучшее, чем из его последних грёз, и настойчиво опускает чужие руки вниз.       Санджи снова улыбается, немного тяжело дыша с подтеками крови около опухшего носа. Он сжимает пальцы вокруг стоящего колом члена мечника, вспоминая его жар и запах и от этого возбуждаясь ещё больше.       Хриплый вздох, распознанный как стон, срывается с обветренных губ. Санджи заставляет себя открыть глаза, зная, что не может пропустить этого вида: Зоро откидывает голову назад, приоткрывая рот и закатывая от наслаждения глаза. Его тонкие серьги тихо звенят, словно озвучивают отголоски внутреннего стона хозяина.       Грубые ладони ещё сильнее сжимают Санджи, словно предостерегая, но, похоже, принцу было на это совсем плевать. Он прижимается к нему ещё сильнее, позволяя почувствовать собственное распаленное состояние, наклоняясь и касаясь языком темной кожи шеи. На вкус такой же, как и поцелуй.       Зоро отклоняет голову, тихо что-то бурчит, отчего Санджи кажется, что из груди мечника вырывается рычание. Ему нравится, когда Зоро доверяет ему. В какой-то мере он считает его равным.       Неожиданно Зоро резко отстраняется, одёргивая чужую руку, и прежде, чем Санджи поймёт, что случилось, мечник без особых усилий подхватывает его, заставляя парня удивленно охнуть. Он чуть подбрасывает его снова, ухватывая поудобнее, пока Санджи не догадывается обхватить ногами талию мечника. Он пару раз видел, как женщины делают это, хотя сам предпочитал держать их на руках совсем другим способом.       Но это был Зоро, и его терпение заканчивалось очень быстро.       - Кровать, - тихо командует принц куда-то поверх зеленоволосой макушки, точно зная, что мечник с ним согласится.       Он закрывает глаза, облизывая пересохшие от частого дыхания губы, слыша, как оглушительно громко бьётся в груди мечника сердца, практически в таком же оглушительном такте, как и у него.       Больше не хотелось терпеть, в сундук Дэйви Джонса бы послать все нежные и ласковые прелюдии и заняться тем, чем они всегда занимались в каюте. Как мужчины. Как равные друг другу соперники. Как накама, испытывающие друг к другу чуть больше чувств.       Зоро делает уже пару больших шагов, но, похоже, не может найти потерявшуюся в комнате кровать. Санджи вновь улыбается, обнимая чуть сильнее, показывая, как сильно он не хочет ждать.       Ещё пара уверенных шагов, и принц в предвкушении снова облизывает губы, слыша, как дрогнуло сердце и, ощущая, как падает.       Слишком долго падает.       Громкий грохот наполняет комнату, когда жалостливо скрипнувший пол принял на себя удар двух тел. На секунду повисла тишина, а затем громкий стон, когда Санджи начинает приходить в себя, ощупывая руками голову.       В тишине комнаты разносится короткое ругательство:       - Чёрт… возьми, маримо!       Зоро не шевелится, уткнувшись носом куда-то в грудь парня и молча принимая этот предательский удар судьбы. Лишь руки с крепкими объятиями разжимать не собирается. Тихо пыхтевший вначале кок, вскоре не смог больше сдерживать себя.       Комнату потряс громкий заливистый смех. ***       Тихо щёлкает замок покоев, и Зоро, первый заслышав посторонний звук, дёргается, резко вскакивая с постели, совершенно не заботясь о своей наготе. В полумраке комнаты всё отчётливее различается высокая фигура, остановившаяся недалеко от кровати.       Тяжело дышащий Санджи приоткрывает слипающиеся глаза, сейчас смутно различающие что-либо. Зоро выпрямляется, как обычно, натянув на лицо маску безразличия.       - Чего тебе надо, Айсберг? – хрипло спрашивает он, стараясь говорить ровно, хотя голос немного подрагивет, а грудь то и дело нервно вздымается.       Чиркает спичка в руках незнакомца, и Санджи морщится, отводит взгляд, не до конца расслышав сквозь шум в ушах слова Зоро. Он пытается приподняться на локтях, хотя онемевшее тело отказывается подчиняться.       Тлеет огонёк в руке мужчины, выхватывая светом черты его лица. Он взмахивает, туша спичку, и, наконец, произносит:       - Не подумайте ничего личного, - говорит он тихим голосом управляющего, - но я вернулся в свои покои и не ожидал увидеть здесь кого-либо… ну что же, приношу свои извинения, не буду больше отвлекать.       Ошарашенный Санджи, до которого медленно доходит смысл сказанных слов, коротко сквозь зубы выругался, посылая в спину Айсберга не одно проклятье.       Рядом прогибается матрас, когда Зоро забирается обратно, с удовольствием растягиваясь на прохладном покрывале.       - Надеюсь, он ничего не скажет, - кряхтит принц, поднимаясь и наугад ощупывая разбросанные вещи, пытаясь найти свой камзол и то, что спрятано во внутреннем кармане.        - Не скажет, - мечник подкладывает под голову руки, - он не идиот.       Чиркает спичка в затянувшейся паузе между ними.       - Завтра ты отплываешь вслед за Луффи.       Санджи ждёт, что Зоро что-то скажет ему, но мечник молчит. Слишком долго молчит, и Санджи нарушает затянувшуюся тишину.       - А я вернусь домой.       Он смеётся в сторону, выдыхая дым тлеющей сигареты.       - Наконец-то я избавлюсь от одного грязного варвара, бастарда, чурбана с проросшим на голове мхом вместо мозгов. Человек-маримо далеко не ровня принцу Олл-Блю.       - И это говорит тот, у кого завитушки на бровях и извращённые мысли в голове, - в ответ парирует мечник.       - Мохоголовое чудовище.       - Бровастый пижон и показушник.       - Бесполезная двуногая водоросль.       - Принц королевства дураков.       - Топографический кретин.       - На ещё одну драку нарываешься, ксо-кок?       Зоро даже приподнялся, глядя на сгорбленную спину сидящего рядом парня. Долговязый кок мерно курит, выдыхая дым в сторону и глядя куда-то перед собой. На светлой спине видны выступающие позвонки и уродливый красный шрам, вновь вспыхивая в воспоминаниях Зоро мёртвым синим коком на своих руках.       Он хмурится.       - Несешь всякую чушь.       - Придурок, - в ответ совсем тихо бурчит Санджи.       И вновь повисшая пауза между них затянулась. И ведь не было сейчас ни двери, ни обещаний, ни социальных неравенств и уж тем более лжи, что всё это время постоянно пропастью разделяли их. Сейчас здесь, в этой комнате, пропахшей сексом, не было тайн между двумя мужчинами. Зоро смотрит на отвернувшегося от него принца, понимая, что ему слишком сложно просто приподнять руку и коснуться белой спины, точно зная, что Санджи жив и совсем не прочь разделить с ним Гранд Лайн.       Душный воздух спальни давит, затрудняя дыхание и чёрными кругами возникая перед глазами. Зоро лежит не двигаясь, ощущая, как у него кружится голова. От всего. Нет, он не устал. У мечника всегда полно сил. И нет, он не боится, это не свойственно Ророноа Зоро. Просто сейчас так сильно закружилась голова, что просто хочется лежать на мятой постели, в тишине, не слышать шума прибоя за стенами кают и осознавать, что можно всего пару часов не бояться оказаться на дне морском.       - Тебе… - слышит он, как кок неожиданно запинается хриплым голосом, прочищая горло и спустя пару секунд продолжая, - тебе есть что мне сказать?       Конечно, Зоро есть что сказать. И так чертовски много слов, что он даже не знает, с чего начать. Наверное, с главного, что он чувствует себя ублюдком. Даже больше, он и есть долбаный ублюдок, который спокойно плюёт в открытую для него душу.       Он хотел бы сказать, что не смог бы убить его, даже если бы изначально знал, что он принц ОллБлю. Что он стоял бы с ним спина к спине, будь он хоть самим проклятым сыном морского дьявола. Что он принял его как накама ещё тогда, когда бросился следом за ним в морскую пучину, гребя из последних сил и откачивая его в лодке от морской воды.       Он сказал бы ему… "Останься"... "Останься со мной".       Скрипит постель, когда принц разворачивается, облокачиваясь рукой рядом с плечом мечника и встречаясь с ним взглядом. Крохотное пламя свечи освещает лишь малую часть лица и отблеском отражается в глазах, цвет которых теперь никогда не сотрётся из памяти Зоро.       - Маримо… - начинает кок, и снова запинается.       Зоро протягивает руку, всё так же пристально глядя.       - Тебе идёт быть принцем, - неожиданно твёрдым шёпотом произносит он.       - Ты… ты, - мотает головой Санджи. - Поросший мхом кочан капусты… Тебе не говорили, что ты слишком сложный?       Он тушит окурок об угол стола.       - Тупой гордец, не видящий ничего, кроме своей эгоистичной цели. Знаешь, маримо, надо быть проще.       Он второпях одевается, надевая рубашку наизнанку и совсем не понимая этого. Зоро позади молчит, но его тяжелый взгляд буравит спину хлеще самой смерти. И это подгоняет Санджи ещё быстрее.       Он останавливает себя только тогда, когда застёгивать оказалось больше нечего. И застыв в комнате, как изваяние, он долгие секунды стоит в тишине, нахмурившись.       - Знаешь, маримо… - хриплым голосом говорит принц, - как капитан, ты отличный накама.       Санджи оборачивается через плечо, всё так же глядя серьёзно и немного устало.       - Но как любовник ты дерьмо.       Зоро молчит, даже когда Санджи уходит. Так и не найдя, что сказать в ответ. ***       В это время, мерно вышагивая по коридорам дворца, Айсберг не может сдержать усмешки на губах. Он скрещивает за спиной руки, почтительно кивая головой прошедшим мимо подвыпившим дамам, про себя думая совершенно о другом.       Теперь он знает, почему такой кровожадный пират, как Ророноа Зоро, не убил принца БлегЛега. И, посмеиваясь над увиденным, он, пожалуй, оставит эту тайну при себе, ведь королева наверняка об этом уже давно знает. ***       Морской бриз приятно холодит кожу, а солёный запах ностальгией пробирает вдоль всего позвоночника. Гранд Лайн тихо свистит напутственную песнь и зовёт моряков в свои опасные объятия.       Зоро вдыхает полной грудью, стоя у перил и глядя, как заканчиваются последние приготовления. Его любимое и единственное судно «Санторю» мерно покачивается у пристани и вселяет ужас своей громадой кровавой аурой.       Капитан ласково и нежно водит рукой по тёплым, нагретым лучами Джека, перилам корабля, вновь приветливо здороваясь со своим любимцем и обещая новые, куда более интересные приключения.       Белокаменный дворец, словно звезда, сияет на вершине Аква Лагуны и кажется холодным и чужим. Для Зоро домом навсегда стал корабль, а дворец так и остался неприятной ошибкой детства.       Королевский эскорт тянется к маленькому фрегату с львиной пастью на корме, на палубе которого даже отсюда слышен звонкий голос капитана. Похоже, единственный, кто радовался празднику, был Монки Ди Луффи, которого забавлял не только город, но и перспектива нового путешествия.       Зоро и сам был бы рад, но отчего-то чувствует себя скверно.       Он всматривается в палубу корабля Луффи, зацепляясь за светловолосые головы и понимая, что не может с собой ничего поделать. Санджи не будет ни на одной пиратской палубе, он должен отплывать сейчас от северной пристани, домой.       Но почему-то оставалась слабая надежда на то, что он сейчас увидит его здесь, как обычно ехидно улыбающегося и готового загрузить любого дармоеда на корабле работой в камбузе.       - Зоро… Зоро! Кактус!       Мечник вздрагивает, когда громкий окрик разносится совсем рядом.       - Чего тебе, Нами? – недовольно бурчит он, глядя на рыжеволосую девушку рядом с собой.       Навигатор, вновь одевшись в свой привычный наряд, смотрит на него с укором.       - Луффи уже отходит от пристани, и нам пора поднимать якорь.       Она получает задумчивый кивок, и, хлопнув его плечу, вновь уходит, оставляя капитана снова одного. Зоро замечает, что корабль Луффи действительно уже отходит от пристани, а крики и напутствующие голоса становятся громче. Их провожают не как пиратов, а как неких героев, хотя ещё пару недель назад в их спины разносились бы проклятья и летели бы пули.       Зоро снова оглядывает пристань, ища в толпе того, которого скорее всего уже никогда не увидит.       Никогда.       - Отдать швартовы! – злобно кричит Зоро.       Шум на палубе взрывается боевыми криками и проклятиями на голову Дэйви Джонса. Скрипит палуба корабля, словно подхватывая тот самый боевой клич команды. Пиратам уже хочется выпить рома и наконец остаться один на один с Гранд Лайном, покинув огромный архипелаг.       Громко скрипит якорь, корабль чуть качается, словно пёс в нетерпении, готовый сорваться с цепи.       Он слышит смех Усоппа и Нами, но сейчас совсем не разделяет их радость.       Пристань отходит, и всё, что он успевает понять, это то, что они уплывают. Чёрт возьми, они действительно сейчас уплывают!       Тело действует быстрее, чем разум даёт команду, и Зоро запрыгивает на перила корабля. Под удивленные вздохи позади прыгает вперёд, твердя себе, что он ещё успеет. Ноги несут по мостовой, по давно изученной старой пристани, и подвернувшаяся мчавшаяся карета была как никогда кстати.       Он не может сказать, как добрался до северной пристани, только в груди сердце вырывалось, и одышка резала легкие. В округе много зевак, таких неповоротливых и как назло стоящих на пути, что это так сильно злит Зоро, что он готов обнажить оружие и расчистить себе путь, и пускай он будет кровавый.       Но каждая секунда сейчас решает всё.       Всё.       Корабль с флагами Олл Блю уже отошёл, мерно и целенаправленно направляясь к дому. Зоро расталкивает зевак, оказываясь на самом краю пристани. Его немного ошалелый взгляд всматривается вдаль.       - Не успел, - тихо выдыхает пират, - чёрт возьми, я не успел…       Зоро заламывает руки, громко и грязно ругаясь следом. Он крутится на месте, отчаянно ища варианты, как остановить корабль, но воспаленная голова ничего не подсказывает.       - Не успел… - снова повторяет он, скидывая тяжёлые сапоги.       Летит следом пояс с револьвером, его любимый пиратский сюртук… в голове только одна мысль: он успеет догнать, бросившись сейчас в воды. Надо только снять ещё эту чёртову рубашку, пока корабль не уплыл от него ещё дальше.       - Если ты собрался закончить жизнь самоубийством, то можешь попросить меня об этом, - раздаётся позади мечника.       Зоро что-то грубо отвечает, сдёргивая рубашку с плеч и, потрясённый, застывает, немного придя в себя от знакомого голоса.       - Чёрт возьми, - ругается мечник, сминая рубашку в руке, понимая, что он сейчас сходит с ума. Нет смысла раздеваться, чтобы потом броситься в воды и попытаться догнать корабль. Он наверняка сейчас похож на отчаянного человека, совершающего суицид. Пальцы сжимаются с силой, и мечник медленно опускается на корточки, опуская голову на руки.       Чиркает спичка над головой, а затем раздаётся стук шагов.       Шум пристани громким шквалом обрушивается на голову мечника, запах старых прогнивших досок, крики чаек и приливы волн. Люди шумят, то обсуждая его, то громко шепча имя принца ОллБлю.       И снова запах никотина. Надоевший, но чертовски нужный.       Санджи за его спиной молча курит, глядя на удаляющийся корабль, который должен был вернуть его назад, в прошлое.       - Какого чёрта ты здесь? – Тихим, но вполне уверенным голосом спрашивает Зоро.       Санджи пожимает плечами, чуть щурится, приподнимая голову и глядя на небо.       - Мне кажется, я что-то забыл, - вполне серьёзно говорит он. - И это что-то слишком важно, чтобы я оставил сейчас всё и уплыл домой.       С самого утра он не мог найти себе места, постоянно в голове прокручивая вчерашние моменты и непроизвольно трогая шрам на груди. Ему казалось, что он совершает огромную ошибку и оставляет здесь, на водах Гранд Лайна, большую часть себя.       Та огромная каюта на борту линейного корабля ОллБлю была слишком неуютной, и последнее, что заставило его покинуть палубу, было собственное отражение в зеркале. Это был не он, наряженный, как кукла, потерянный между собственным эгоизмом и долгом, прошедший смерть и вкусивший вкус настоящей свободы. Тот принц, отплывающий домой, был не он.       Со стороны Зоро раздаётся хрип, очень напоминающий смех. Санджи хмыкает, они оба идиоты.       Совсем не тихий гвалт разносится на пристани, смешиваясь с криком чаек и плеском волн. Внутри некая легкость, описать которую сложно словами. Словно всё это время Санджи носил на спине тяжелый мешок с камнями, а сейчас скинул его и впервые распрямил плечи.       - Эй, маримо.       - Чего тебе?       - Хочу спросить.       - Слушай, Завитушка... не начинай. У меня голова не варит что-либо тебе отвечать.       - Маримо…       - И уж тем более спорить. Просто заткнись и иди сюда.       Он не уверен, что сделал правильный выбор. Да и кто из них знает, поступают ли они верно, но лишь в одном они с Зоро уверены точно: им снова предстоит встретить рассвет на Гранд Лайне. И именно это вызывает улыбку и трепет в груди.       - Нет, это ты заткнись.       - Начинается…       - Это не твой там корабль отошёл от пристани?       Зоро резко вскидывает голову, узнавая родные паруса, сейчас ловящие ветер и устремляющие корабль в дальнее плаванье. Его секундное замешательство сменяется грязным ругательством. Санджи рядом хмыкает, докуривая сигарету и кидая её в жадные холодные воды.       Его смешит то, как отчаянно Зоро заламывает руки за голову, как громко ругается, посылая проклятия в сторону пиратской команды. А Санджи смешно, ему почему-то кажется, что это судьба заставила начать их приключение с той смертельной недели в лодке и снова скрестить их пути, усадив в лодку, только на этот раз, похоже, грести им придётся не так долго.       Но чтобы быть честным с собой… все невзгоды он готов отправить к чертям.       И Зоро его в этом полностью поддержит.