Первый шаг

- Нашел. Наконец-то, - Армин с облегчением выдохнул и аккуратно вынул из ящика несколько листов ватмана. Вот они, эти чертежи. Теперь-то он разберется, что же разладилось в системе маневрирования. Конечно, еще в те времена, когда Арлерт и его друзья были кадетами и учились всему необходимому, чтобы стать солдатами, им читали лекции о том, как устранить мелкие неполадки или что-нибудь заменить в приводе. Но, даже учитывая этот факт, сейчас одними базовыми знаниями обойтись невозможно. Ведь кадетов обучали только самому основному. Армину тогда несказанно повезло. Просто фантастически. Мало того, что каким-то чудом подоспел Эрен и помешал гиганту сожрать несчастного стратега, но и отделался паренек всего лишь ушибами и небольшим сотрясением. Что называется, в рубашке родился. Та вылазка оказалась на редкость неудачной, разведчикам не только не удалось проверить теорию майора Ханджи, но и вернулось за стены меньше половины. И теперь, когда на дворе ночь и все уже спят, Арлерт чинит пострадавший аппарат. На первый взгляд, принцип, по которому делают УПМ, кажется простым. Но только на первый взгляд. Иначе что такого разладилось у Армина, что повреждений, кроме вмятин, вроде бы и нет, а работать не хочет ни в какую? Для того ему и дали доступ к этим самым чертежам. Именно на них изображено самое главное в системе установки пространственного маневрирования. Тому, как устроено это, курсантов не учат. Не считают необходимостью, ведь если разломано «сердце» привода, помещенное в специальной коробке из какого-то сверхпрочного металла, то, скорее всего, его хозяина постигла такая же участь, а значит, и УПМ ему больше ни к чему. Только тем, кто изготовляет приводы известно, как сделана самая важная деталь, да командирам Легионов. Ну, и теперь еще Армину… В виде исключения. Командир Эрвин считает, что парню можно доверять. Придвинув свечу поближе к чертежам и справочникам, чтобы лучше было видно, Арлерт вгляделся в рисунки и пояснения. Сами схемы оказались вовсе не такими сложными, всего несколько элементов. Теперь бы только понять, как они соединяются. Но прочитать пояснения и комментарии, как выяснилось, задача не из легких. Почерк просто ужасный, текст вообще невозможно было разобрать. «Может, тот, кто это писал, рассчитывал на то, что, если чертежи украдут или они потеряются, то никто все равно ничего не поймет, потому что попросту не сможет прочесть, что тут написано?» - Глупая до смешного мысль пронеслась где-то на задворках сознания и тут же исчезла. Стратег снова оторвался от схем и посмотрел в окно. Уже глубокая ночь. Засиделся же он здесь. Армин поднялся со стула и размял затекшую спину. Он порядком устал, только читая инструкции, точнее, пытаясь понять, что в них написано, а привод еще и не трогал. Эх, сколько еще работы… Свечка, будто нарочно, медленно затухала, стекая в незамысловатый подсвечник горячим воском. Как же спать хочется… Глаза давно уже щипало, и голова начинала болеть. Все-таки, он ужасно устал. Наверное, не случится ничего плохого, если Армин позволит себе вздремнуть. Самую чуточку. … - Армин, елки-палки, да сколько можно! Она же тебе нравится, разве нет? – Возмутился Эрен. - Ну… Д-да, но… - Замялся Арлерт, нервно теребя пуговицу на рубашке, которая готова была оторваться. - Ну, вот! Так чего тогда ждать? Вы же уже столько времени вместе ходите, что тебе мешает? – Как же это бесит. Шестнадцать лет, а хуже маленького. - Эрен, я же не умею целоваться. Я в жизни этого не делал, - Жалобно пробормотал Армин, краснея, как рак. - Думаешь, я умею, что ли? Главное – это сделать первый шаг. Там по ходу дела как-нибудь научишься, - Йегер постарался приободрить друга. - А что, если… … - Армин! Армин, проснись, - Микаса уже пять минут будила блондина, но тот никак не хотел просыпаться. - Э… Микаса? Д-доброе утро, - Рассеянно отозвался парень, кое-как сообразив, что происходит и где он находится. Да, долго же он спал. За окном уже совсем светло, и свежий утренний воздух врывается в открытое окно. Армин зябко поежился, все-таки, прохладно. - Вот, возьми, - Девушка сняла с шеи свой любимый шарф и заботливо укутала им паренька. – Тебе же холодно. Почему ты не закрыл окно? - Тогда было бы душно. - Так ты всю ночь тут сидел? – Ужаснулась Аккерман. - Угу, - на автомате ответил юный стратег, не понимая, почему она спрашивает очевидное. Пошатнувшись, Армин поднялся на ноги. Все-таки, бессонная ночь принесла свои плоды. И сейчас перед глазами все плывет, голова гудит, а мозг напрочь отказывается соображать. - Ты что? – Микаса с тревогой заглядывает ему в глаза. – Тебя от сотрясения шатает? Не пугай меня, я и так вчера чуть с ума не сошла… - Какое сотрясение? – Переспрашивает Армин, не понимая, почему от одного прикосновения девушки сердце бьется в два раза чаще. - Ну, сотрясение мозга, - Краснея, бормочет Микаса. «Армин, соберись! Соберись сейчас же, тряпка! Даже Эрен тебе говорил во сне, что надо взрослеть!» - голос в голове настойчиво требовал от парня решительных действий. «Сейчас или никогда!» - Микаса… - теперь на ярко-красном фоне видно только голубые растерянные глаза. Зажмурившись от страха и небывалого смущения, Армин подается вперед и несмело прикасается к губам девушки своими. Они неожиданно теплые, сухие и потрескавшиеся, все в мелких ранках, - когда Микаса нервничает, она всегда закусывает губу. Не зная, что делать дальше, Арлерт просто прижимается к ней всем телом, обнимая за талию. И, как ни странно, ему это нравится. Такое необычное спокойствие и тепло… Впрочем, как и всегда, рядом с Аккерман по-другому и не бывает. Только теперь они еще немножко ближе. - Я тебя люблю, - Улыбается Армин. - И я тебя тоже. Очень-очень. Армин счастлив. Целиком и полностью. И если виной случившемуся – сотрясение, то он совсем не прочь стукнуться еще раз, хотя знает, что это не потребуется. Потому что первый и главный шаг сделан.