Наследник и Кукла

За окнами дворца во всю царила осень. Кукла Наследника любила пройтись по засыпанным разноцветными листьями аллеям, вдохнуть пахнущий предзимней прохладой воздух. А еще она уже устала надеяться и ждать. Иногда Кукле казалось, что ее дом и вправду в этом дворце, что ее сердце отвечает на странные порывы Тутти, что ей взаправду нравится быть его игрушкой... Суок оглянулась на приставленную к ней компаньонку. Дама неспешно следовала за фавориткой правителя на почтительном расстоянии, не мешая, но и не спуская глаз. Кукла вздохнула, мечтая о том дне, когда сможет сама решать, куда ей отправиться, когда перед ней будут расстилаться тысячи дорог: выбирай любую. - Барышня! - окликнул задумавшуюся Суок звонкий женский голос, - Помогите циркачам на новую кибитку! Кукла вздрогнула и перевела взгляд на девушку в пестром платье, которая стояла за резной оградой парка, вызывающе уперев руки в бока. Судя по всему, эта циркачка наслаждалась свободой: ее грубые ботинки знавали пыль множества дорог, а лоскутное платье, явно тесное в груди, выдавало абсолютное пренебрежение к дворцовым реверансам и манерам. Но не это поразило Куклу. Она смотрела на собственную копию. Неужели Мэл все же выполнил свое обещание? - Подождите здесь! - велела Суок своей компаньонке и, подхватив тяжелые юбки, быстро направилась к ограде. - Вы... - Меня прислал друг, - ответила циркачка, окинув Куклу Наследника насмешливым и жадным взглядом. - Мне говорили, что колдун взял мое лицо и мою судьбу! Какая жалость! - Я давно искала... - Не трудись, - произнесла артистка и зябко передернула плечами. - Мэл рассказал мне все. И знаешь, я согласна тебя заменить. Это гораздо веселее, чем таскаться по раскисшим дорогам всю зиму. А вот ты дурочка, игрушка! Суок несколько опешила от этой нахальной манеры циркачки вести беседу и впервые в ее голову закралось сомнение относительно того, насколько удачной была идея заменить себя другой куклой. Кажется, Наследник без труда разберется, что его обманули, едва эта светловолосая артисточка попытается что-то сказать. Но, может, Кукле удастся хотя бы уйти как можно дальше, пока Тутти разберется с обманом. - Я распоряжусь и тебя проведут во дворец, - тихонько сказала она и быстро направилась в сторону центральной аллеи, благословляя плохое зрение своей компаньонки. - В город приехал цирк, - как бы между делом сказала она своей охраннице. - Проводите ко мне девушку из труппы. Она должна ожидать. - Не слишком ли ты щедра, деточка? - пожала плечами мадам. - Им нужен новый шатер, а я могу помочь, - впервые соврала Кукла, втайне радуясь тому, что не способна краснеть. - Как пожелаешь, - пожала плечами компаньонка. - Сейчас схожу за этой оборванкой. Суок сбросила с плеч подбитый мехом плащ и уселась в кресло, в волнении сжимая маленькие ладони. А что, если циркачка передумала и ушла? Что, если она откажется... - А хорошо ты тут устроилась, - раздался голос светловолосой артисточки, едва она вошла в опочивальню. - Если бы не ты, я бы давно жила здесь. Столько лет потрачено зря! - Я не рвалась жить здесь и не просила, чтобы меня создавали, - тихо сказала Кукла, встав перед собственной копией. - Твои глаза голубые. Я боюсь, что хозяин заметит подмену... - Даже если и заметит, - хохотнула артистка и с жадностью коснулась серебристой вышивки, которая украшала платье Суок. - Неужели ты думаешь, что я не смогу развлечь мужчину? - Но Тутти... - Кажется, ты хотела уйти отсюда? - осведомилась циркачка, усаживаясь перед зеркалом. - Помоги мне переодеться и ступай себе, куда пожелаешь. Твой Мэл ждет у парадного входа. Суок вздохнула и повела свою копию смыть с себя пыль и грязь старого балагана. * * * -Неплохо, а? - усмехнулась циркачка, разглядывая в зеркале свои чисто вымытые и завитые в локоны волосы. Живая игрушка с тоской смотрела на то, как поддельная кукла надевает одно из платьев, примеряет изящные туфельки с пряжками-бантиками и усаживается перед зеркалом, чтобы взглянуть на получившийся результат. - Теперь можешь уходить, - сказала блондинка, взмахнув длинными ресницами. - Поверь, без тебя правитель скучать не будет! Суок потянулась было за плащом, но циркачка остановила ее властным окриком: - Оставь! Это больше не твоё! Кукла пожала плечами и подхватила с пола пыльную одежду артистки цирка. - Переоденься и исчезни, - велела новая фаворитка, не оглядываясь больше на Суок. - Только, умоляю, побыстрее! Живая игрушка натянула платье, состоявшее из разноцветных лоскутков. Оно оказалось ей чуть великовато, но кто во дворце станет обращать внимание на какую-то бродяжку. Спрятав волосы под шапочку, Кукла Наследника тихонько выскользнула из опочивальни, бросив последний взгляд на широкую постель, которую этой ночью Тутти станет делить с другой. На душе Суок было совсем не весело. Девушка подбадривала себя тем, что уже сегодня у ее ног будут лежать все дороги и она будет вольна выбирать свой путь. Она будет свободна. Вот только счастлива ли? - Суок! - радостно встретил ее Мэл, едва бывшая забава Наследника спустилась с широкой дворцовой лестницы в сгустившийся мрак осенней ночи. - Ты свободна, Суок! Идем! - торопил девушку кузнец, ухватив за ледяные руки и покрывая их поцелуями. - Я так ждал, мы отправимся в другие страны и... Кукла даже не делала вид, что слушает, полностью погрузившись в собственные мысли. Вот только сейчас она поняла, как ей будет не хватать Тутти, его всегдашней властной манеры обнимать ее. Как она станет жить, не чувствуя рядом его несгибаемой воли, не борясь с его упрямством, не наслаждаясь его любовью? Как она могла добровольно уступить его другой, да еще выдав ее за саму себя?! Перед внутренним взором живой игрушки замелькали картины их общего детства, она вспоминала, как впервые повзрослевший Наследник начал играть с ней в совсем другие игры. Вспомнила, ненавидела, боялась и ревновала. Вспомнила, как в отчаянии покинула дворец и как Тутти заявил, что теперь желает, чтобы Кукла любила... - Мэл, я не пойду, - шепнула Суок и попятилась, все еще пребывая плену своих воспоминаний. - Ты был прав тогда. Я люблю своего хозяина. Пусть я всего лишь игрушка. Знаешь, игрушки тоже умеют любить. Развернувшись на месте, Кукла бросилась бежать вверх по лестнице. Она знала, что Наследник уже должен возвратиться в их комнату. К другой, к поддельной, к ненастоящей! - Что я наделала? - всхлипывала Кукла, пробегая по темным коридорам дворца. - Если он и она... Если они... Суок не хотелось даже представлять, что могло происходить за дверью опочивальни Наследника. Она только надеялась, что еще не поздно и она успеет вернуться. * * * - Где моя игрушка?! - разнесся под сводами коридора гневный голос Наследника Тутти. - И кто впустил во дворец эту девицу?! Суок, задыхаясь, промчалась к распахнувшимся дверям и замерла на пороге, пытаясь отдышаться. В полумрак коридора выскочила растрепанная циркачка, прижимая к груди разорванный корсаж платья. Судя по выражению страха на ее лице, гнев правителя заставил ее бежать прочь из опочивальни. Наследник появился на пороге в расстегнутой рубашке. Суок подумалось, что он наверняка вначале начал раздевать свою забаву, прежде чем понял, что его обманули. Полный ярости взор Тутти метнулся по сжавшейся в уголке циркачке и остановился на тоненькой фигурке возвратившейся Куклы. - Подойди сюда, - приказал он, чуть прищурив глаза. Суок мгновение помедлила, глядя на любимые, гневно поджатые губы, на светлые пряди волос, упрямо спадающие на лоб Наследника. В сердце игрушки не было ни сомнения, ни страха. Она любила своего хозяина. Кукла бросилась к Наследнику и прижалась к нему так сильно, как только могла. - Прости, прости, - шептала она, целуя его в плечо, в шею, куда только могла дотянуться. - Я больше не уйду, не покину тебя, прости... - Так, значит, это была твоя идея? - спросил Тутти, не пытаясь обнять непослушную собственность. - К кузнецу своему бегала? Зачем вернулась? - Не рычи, - выдохнула Суок, наслаждаясь теплом его тела. - Я вернулась потому, что люблю... - Да неужели? - усмехнулся Наследник, но все же притянул живую игрушку к себе поближе. - Тебе придется доказать мне это. - С радостью, - ответила Кукла и приподнялась на цыпочках, чтобы поцеловать, но Тутти отстранился, пытливо всматриваясь в лицо своей забавы. - Не так нужно доказывать, - произнес он. - Ты знаешь, что я хочу делать с тобой. - Почему ты выгнал ее? - спросила Кукла, едва за ними захлопнулась дверь спальни. Тутти промолчал и лишь брезгливо отшвырнул в сторону цветастые одежды циркачки, заставив Куклу дрожать от предвкушения. Интересно, почему же Наследник не коснулся поддельной куклы, а рванулся на поиски своей пропажи? И не ответит ведь, если нужным не сочтёт... Жадные ищущие ладони сжали грудки девушки, чуть сильнее, чем было необходимо. Кукла застонала в ответ на эту болезненно-сладкую ласку. И вот уже под нею мягкая перина, а губы Наследника скользят по ее телу, находят остренькие сосочки, забирают их в рот, снова отпускают на волю. Суок вцепилась в его волосы, подставляясь под поцелуи, вздрагивая от легких, едва ощутимых укусов. - Еще, еще, - шептала она, когда Наследник втолкнул в нее пальцы и принялся ритмично двигать ими в теле своей игрушки. - Моя, - шепнул Тутти, наконец, целуя стонущую девушку. - Я сразу понял, что та кукла - не ты. - Почему? - выдохнула Суок, запрокинув голову и наслаждаясь волнами удовольствия, которые расходились внутри ее тела. - Потому что она стонет и просит иначе, - ответил Наследник, ускоряя темп. - Кричи, ну же! Кукла не могла сопротивляться мучительному наслаждению. С губ игрушки сорвался вскрик, а Наследник еще крепче придавил свою забаву к постели, впитывая в себя ее желание, ее томление. Иногда девушке казалось, что Тутти пьет те чувства, что вызывает в ней, словно мучимый жаждой путник припадает к чистой родниковой воде. Пусть так. Ей нравится быть живительной влагой для своего хозяина. Когда тело игрушки перестало содрогаться от удовольствия, хозяин опустился на нее сверху. Суок вздрогнула, едва Тутти наполнил ее собою. Наследник сжал руки девушки и поднял их вверх, полностью превратив игрушку в свою пленницу. - Люблю, - шептала Кукла, лихорадочно целуя Наследника. - Я люблю тебя, так люблю... Отдаваясь своему хозяину, живая игрушка впервые чувствовала себя дома, впервые благословляла тот миг, когда обрела жизнь по воле последнего чародея этой страны. Кроме сладко-терпкого удовольствия, что владело ее телом, сердечко Куклы плавилось от всепоглощающей любви к мужчине, который сделал ее живой. И она не боялась признаваться в этом. - Моя, - простонал Наследник и обессиленно опустился на подушки, прижав к себе покорное тело своей забавы. - Знаешь, маленькая, мне кажется, что и железное сердце способно любить. Суок потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать услышанное, а затем она еще сильнее обхватила Тутти за плечи, спрятав на его груди слезы счастья. - И мы будем жить... - Мы будем, - ответил Наследник, до боли сжав Куклу в объятиях. - И уж поверь, больше я не позволю тебе убежать. - Привяжешь? - улыбнулась заплаканная игрушка, вытирая слезы. - Намертво, - подтвердил Тутти, нежно коснувшись губами ее губ. - Я большой мастер в этих делах. - Не понадобится, - шепнула Суок, натягивая на них обоих одеяло. - Я вся твоя. Насовсем. Потому что люблю.