Liebe - ist...

И каждый ставит свою запятую...

Я, как ни странно, вновь оказался нос к носу с Поттером. Причём в том же самом туалете, в котором по-прежнему из крана капала вода, и капли с громким, раздражающим звуком, разбивались о раковину. - Ты всё же пришёл… Я так и не понял, сказал я это вслух или то были лишь мои мысли, но были в этой простой фразе нотки некого облегчения и вперемешку с тем разочарования. - Ты хоть понимаешь, что творишь? – вздохнул парень, руками опираясь о подоконник за своей спиной. - Я не знаю, что мне делать, - почти прохрипел я. Что-то тоскливо-безысходное зарождалось в сердце. – Ты никому не рассказал, - прошептал я. – Почему? - Сам не знаю. – Он легко оттолкнулся руками от подоконника и подошёл ближе. Вот такой вот «разговор по душам» казался мне неестественно-странным. В голосе собеседника не мелькали больше нотки отвращения. Лишь жалость, сочувствие. Взгляд его то и дело странно метался, а брови были нахмурены, будто он вёл внутреннюю борьбу, будто что-то очень весомое осталось недосказанным. Я мучил себя догадками, и это было ужасно. – Пойми ты, мне не в радость причинять боль. Даже тебе. Я коротко хохотнул. Даже. - Ты же у нас вроде как спаситель угнетённых, - с ироничной улыбкой прошептал я. – Ты ненавидишь меня, я ненавижу тебя за то, что люблю. Хотя, скорее, себя, но не суть. В чём проблема? - Ты глупец, Драко, - сказал он, покачав головой. Развернулся, отошёл на пару шагов, а затем резко, неожиданно развернулся и с силой ударил в нос. Я тут же схватился за больное место, зажмурившись. - Ты не должен жалеть меня, - хрипло прошептал я, едва ли в силах связать слова. По губам стекала кровь из разбитого и, что вполне ожидаемо, сломанного носа. – Это… жалкое чувство. - Трусость тоже, - неожиданно произнёс он. Перед глазами резко вспыхнуло белое пятно света, а в сердце будто врезался осколок – так стало больно. В самую точку. Но даже так… я не ненавидел его, меня лишь сильнее тянуло дальше. Вновь я потерял над собой контроль, показав свои истинные чувства. Выражение боли на моём лице не заметил бы только слепой. И вот именно в этот момент в голове что-то замкнуло, что заставило меня признаться, наконец, себе во всём с полной откровенностью, и эти чувства топили меня. Они будто были ограждены барьером, который внезапно рухнул. На подгибающихся ногах я подошёл к всё больше недоумевающему парню и, прервав-таки затянувшийся взгляд, встал к нему совсем вплотную, положил руку на шею. Отчего-то мне это показалось грубоватым, но я решил начисто стереть все мысли и исполнить, наконец, затопившее меня желание. Я прильнул к его губам в осторожном поцелуе. Возможно, выглядело это нелепо, так как раньше мне не приходилось делать подобного, как ни странно. Я резко втянул в себя воздух и сильнее притянул парня за шею. Вторя моя рука безвольно повисла. Я чувствовал вкус собственной крови. Наверняка и Гарри её чувствовал. Я не умел быть нежным, но и слишком грубым этот поцелуй тоже нельзя было назвать. Казалось, сейчас всё так, как должно быть. Так, как хотел и не хотел того я. Чего я так боялся, в чём не смел себе признаться. Все мысли смешались в одну неясную кучу. Поттер едва лишь заскользил своими губами по моим, держа моё лицо в ладонях и то и дело меняя положение – то вдруг отходя, то, удерживаемый мною, вновь возвращаясь и с большим рвением отвечая на поцелуй. Признаться честно, это было очень приятно. Даже неожиданно приятно. Это длилось бесконечно, но закончилось слишком быстро. Я нехотя отстранился от его губ, виновато опуская взгляд. Ну, вот почему я чувствую себя виноватым? Так не должно быть, просто не может. Он слишком многого стоит, чтобы я мог что-то решать… - Кровь, - шепнул Гарри, смутившись. - Что? – Я непонимающе уставился на него, пытаясь отдышаться. Он облизнул губы. - У тебя кровь, - вновь заговорил он. - Я… - Я замялся. Подумать только, впервые в своей жизни. – Прости. - Ты путаешь меня, Драко, - прошептал с нотками печали он. – То ты хочешь ненавидеть меня, то целуешь. Что с тобой вообще происходит?! - Прости, - повторил я. – Я, правда, не знаю, что со мной творится. Когда ты рядом, мне и жарко и холодно. Это сильные чувства. Слишком сильные для меня и слишком… неправильные. Прости, правда. - Неужели мне не послышалось? – усмехнулся беззлобно парень. – Драко Малфой просит прощения? Это нужно запечатлеть. - Я прошу тебя, - взмолился я, – не рассказывай никому. Если ты и правда такой великодушный, как о тебе говорят, просто помоги мне уничтожить в себе эти чувства. Потому что жить так дальше невозможно, да и я не намерен. - Ты действительно этого хочешь? – со вздохом спросил Поттер. Во взгляде лишь на долю секунды промелькнуло какое-то странное чувство, до боли похожее на надежду. Я, закусив губу, коротко кивнул, надеясь, что не делаю себе этим хуже. - Что ж, тогда… Чувство недавнего странного наводнения отхлынуло, и я мог спокойно дышать. - Спасибо, - одними лишь губами произнёс я.