Причина моих бед

В моей семье всегда все было черт знает по какому. Вместо твердой руководящей руки отца в доме всем заправляла мать, энтузиазму которой можно было лишь позавидовать. Характер ее был достаточно сложный, она всегда могла добиться чего хочет, любыми способами. Отец же всегда был слабохарактерным и порой даже слишком добрым, позволяя мне то, что обычно запрещали другие. Он всегда был надежной опорой во всей моих начинаниях и мягкой жилеткой во всех неудачах. В момент, когда он зашел в квартиру, я сразу понял – он ВСЕ знает, иначе откуда этот оценивающий взгляд, а доля скептики в выражении лица? Не могу сказать, что мнение отца стоит пропустить мимо, ведь иногда и он мог дать мне хороший нагоняй. Но все же в таких случаях гнева матери я боюсь больше. И все эти ее песни по поводу «когда же у меня появятся милые маленькие внуки?» я до последнего пытался игнорировать. И вот с хера ли им надо было навестить меня именно сегодня? Пожимая руку отцу, Теон лишь взглядом дал тому понять насколько может быть серьезен. Когда они улыбались друг другу, у меня аж мурашки по коже забегали, настолько напряженной вдруг стала атмосфера. Между мужчинами блеснула легкая искра, давая понять, что сближение будет не таким простым, как мне казалось. - Что за смешное имя, ты иностранец? – выдавил из себя отец Виктор. Мать лишь легонько толкнула мужа в бок, как бы намекая о невежливо поставленном вопросе, но тот и глазом не моргнул вовсе. Несмотря на легкую грубость и презрение в интонации, молодого оппонента это нисколько не зацепило. Он сам знал на что шел, и в каком направлении стоило держать русло. - Можно и так сказать, - все еще продолжая улыбаться, ответил на незримый выпад Теон. Борись дорогой, борись до последнего, иначе эти звери переломают нам с тобой не только кости, а и счастливые супружеские будни. - Что же мы стоим, давайте чай пить, - пытаясь сгладить неловкую ситуацию, мама отдала мне снятую с себя легкую кофту и вручила пакет с кучей сладостей. Ее потуги попасть на кухню были очевидны как божий день. Мать вашу, нельзя! Только не туда. Теон заметил мой обеспокоенный взгляд, в ответ лишь понимающе кивая, и собственными руками впустил гостей. Я подумал, что это конец, но предусмотрительность возлюбленного удивила меня сполна. Открытое окно давало возможность за столь короткое время проветриться помещению, ну а в кухне был идеальный порядок. Теон поспешил поставить чайник и достать подарочный сервиз из шкафчика. Похоже, на работу он тоже не пойдет сегодня. Мое лицо слегка скривилось, когда мама стала раскладывать всякие вкусности на столе. А ведь пару минут назад этот стол служил мне идеальным траходромом, и даже удивительно, что я не нахожу ни одного следа нашей «пылкой любви». Это заставило поменять направление моих мыслей и широко улыбнуться. Выражение моего лица не осталось незамеченным Теоном, и он ответил той же монетой. Родители лишь непонятно переглянулись, когда возлюбленный подошел ко мне вплотную, слегка потрепав макушку, и усадил на белоснежный диван. Стояк незамедлительно напомнил о себе легкой болью в паху, и я мысленно поблагодарил себя за то, что одел именно халат. Интересно, а как ему приходится в таком положении? Я ведь даже не дал ему кончить. Улыбка снова расползлась по моему лицу, когда я задержался взглядом на его стратегически важном месте. - Так чем, ты говоришь, занимаешься? – пытливо поинтересовался Виктор, отпивая из чашки обжигающе горячий кофе. Почему у меня ощущение, будто скоро начнется гражданская война на территории моей квартиры? Одна лишь мать не сводит своих восхищенных глаз с Теона. Да-а-а, он точно запал ей в душу. И умеет же гад производить впечатление на оба пола! Так нечестно. Я начинаю жутко ревновать его к любому встречному при каждом появлении на улице. - Работаю в крупном издательстве. Книги – это мое хобби, - ответы короткие, но содержательные. На лице не дрогнул ни один мускул, а ведь напору отца можно только позавидовать. Их взгляды периодически встречаются будто при яростной схватке, выискивают слабости в характере друг друга, брешь, через которую можно найти лазейку, для выхода из сложившейся ситуации. - И давно вы живете в одной квартире? - 4 года, - мгновенный ответ заставляет слегка поморщиться Виктора, и услышать удивленный возглас матери. - 4 года? Так много? – кажется, она только что подавилась тортиком. Партизан из Теона никакой. Все стратегически важные тайны врагу сдаст или это у него тактика такая? Как не кстати возбуждение начало вдруг напирать с удвоенной силой. Меня так заводит эта ситуация? Или же я просто восхищаюсь его идеальной выдержкой и терпением? - Почему же ты ничего не рассказывал нам? Мы-то думали, что ты тут один-одинешенек, - начала напирать мама. Она была явно расстроена тем фактом, что не узнала о существовании Теона раньше. И СЛАВА …БО…кхм, что-то я повторяюсь. - Да как-то повода не …, - отец скосил свой взгляд на меня, заканчивая реплику. - Не было? А если ты женишься, то мы тоже об этом последними узнаем? - женишься? Ха, как же! Уже бегу просто! Мне вон еще навязанной невесты не хватало. - Не стоит лишний раз беспокоиться, - голос Теона был низким и до умопомрачения сексуальным. От такого только импотент не заведется. Нужда застала меня в самый пикантный момент, и я заранее извинившись, направился в сторону туалета, даже не дослушав конца его реплики. Ох как зря, ох зря.

***

Нужда была слишком сильной, так как закрывшись в помещении, я тут же снял халат и принялся ласкать рукой страдающий от перевозбуждения орган. Закусив губу, я начал с медленных поглаживаний, и заканчивая резкими хаотическими движениями. Внутри все было все еще влажным и липким после секса. Я сдерживался как мог, лишь бы не издать ни одного подозрительного звука из своих уст, поэтому приходилось даже кусать руку, чтобы не быть позорно разоблаченным. Как только я закончил с удовлетворением своих мужских потребностей, тут же решил принять душ, и поэтому как то не сразу услышал шум, исходящий из ванной комнаты. Войдя внутрь, я увидел сквозь стекло душевой кабины размытые образы знакомого и родного тела. Не успев опомниться, как крепкая рука выскользнула из кабинки и втянула меня внутрь, обдавая жаром горячей воды и напряженного от возбуждения мужского тела. Как же не вовремя я подвернулся под руку! Глаза словно у голодного пса, готового растерзать свою жертву при первом же мгновении. Меня быстро раздели и зажали между стеклом и его мокрым, обнаженным телом. Внушительного размера стояк терся о мои бедра, в надежде завершить начатое еще рано утром дело. Его носик уперся мне прямо в шею, а обжигающее дыхание заставило не просто заалеть щеки, а также тереться об него, стонать и извиваться от сладкой дрожи, пронзающей до кончиков пальцев. - Погоди Теон…мы не можем, ведь отец с матерью все еще…аааах, - он спешно развернул меня к стене лицом, принуждая вплотную прислониться к ней телом и судорожно хвататься пальцами за совершенно плоскую поверхность. Несколько мягких и в тоже время дерзких поглаживаний по внутренней стороне бедра, заставили спину прогнуться от удовольствия, а когда его ловкие пальцы как бы ненароком коснулись члена, сознание уплыло вместе с уходящей водой куда-то вглубь. Мой приоткрытый и жадно стонущий рот тут же заполнили его пальцы, а что-то твердое вплотную остановилось прямо у входа. Не выдержав напряжения, я сам насадился на член, и начал резко двигаться, чувствуя невосполнимый жар внутри и активно посасывая пальцы, которые хоть как-то пытались сдержать громкие стоны, рвущиеся наружу с удвоенной силой. Сначала он трахал меня медленно, сладко, растягивая удовольствие и тем самым мучая мое зависимое от секса тело. Затем резко сменил темп, вбиваясь с утроенной силой, принося легкую боль. Но даже эта малая капля жестокости завела меня еще больше. В жизни не думал, что буду стонать как последняя шлюха, так же бесстыже громко и пафосно. Каждый кончик пальца при соприкосновении с мокрой от воды кожей создавал маленькие электрические разряды по всему телу. Он стал еще больше внутри, поэтому движения давались немного с трудом. Так жажду его поцеловать, но рука, прижимающая голову к стеклу, никак не дает это сделать. Не могу больше ни о чем думать, кроме как о его губах. Кажется, он услышал мои немые мольбы, так как развернул ставшее безвольной куклой тело к себе и впился в губы яростным поцелуем, сминая их до боли, желая полностью показать свое превосходство, подавить меня силой своего мужского эго. Почувствовав, как внутри растекается вязкая горячая жидкость, тело начало биться в судорогах, словно израненный зверь, готовый к смерти. Вот только я не животное, и процесс этот подобен высшей стадии человеческого наслаждения. Закричал я уж как-то совсем по-девчачьи во время мощного, пронизывающего каждую нервную клеточку оргазма. Его руки жадно прижимали меня к себе, продолжая терзать губы с тем же напором. Казалось бы, Теон никогда не будет удовлетворен, так как член все еще находился в боевом состоянии, а по глазам было видно, он хочет большего. Разум понимал, что на это самое БОЛЬШЕЕ меня уж точно не хватит, поэтому я, перехватив на себя инициативу, опустился перед ним на колени, вбирая огромны взбухший орган в рот. Облегченный вздох был сорван с его уст, а руки уже активно насаживали голову на себя, заставляя принимать в себя глубже и глубже. Он выгнулся в экстазе, когда язык последний раз похотливо прошелся по скользкой головке его члена, а аккуратные пальчики, будто ненароком задели мошонку. Было приятно ощущать терпкий солоноватый вкус, растекающейся по небу спермы. Сегодня он был горяч как никогда.