"Каникулы" в Мексике

      После выдвижения террористами требований возле отеля все были в состоянии, близком к панике. Мэри Йорки, мама Эрика, увидев сына и осознавая, что захватчикам его поведение едва ли показалось идеальным, не могла больше сдерживать слёз. Её дочь, Тиа, как могла, пыталась успокоить мать, но в глубине души уже готовилась к самому худшему: к тому, что любимый брат не выживет. Рядом с женщинами стоял брат Анжелы, Бенджамин, сердцем чувствуя какую-то странную связь с этой семьёй. В конце концов, не выдержав слёз беззащитной женщины, парень осторожно погладил Мэри по спине и промолвил:       - Пожалуйста, не плачьте, с вашим сыном всё будет хорошо. Военные обязательно освободят их всех, и наши родные снова будут с нами.       - Спасибо, - тихо произнесла Тиа, смущённо взглянув на незнакомца. - Мой брат ведь имел ввиду вашу сестру, да? У них, похоже, роман...       - Да, кажется, - кивнул Бенджамин. - Кажется, тот парень, Эммет, намекал на это...       - Надеюсь, с вашей сестрой всё будет в порядке, - робко улыбнулась девушка.       - Спасибо, - тяжело вздохнув, улыбнулся и парень.       Отец Элис, полковник Алистер Брендон, в это время пытался доказать что-то военным. Он нервно переминался с ноги на ногу, стоя перед начальником готовящейся спецоперации по освобождению заложников, и гневно доказывал что-то:       - Вы понимаете, что там находятся невинные люди? Дело не только в моей дочери, а во всех них... Думаете, они оставили в живых того парня? Как бы не так! - нервы полковника сдавали, когда он наталкивался на глухую стену со стороны собеседника. - Мы не имеем права потакать их условиям. Вы обязаны начать штурм!       - Я ничего вам не должен, полковник, - отрезал военный. - Здесь вы такой же гражданский, как и остальные родственники. К тому же, насколько я понимаю, вы давно в отставке, так что не советую выдвигать здесь условия. Успокойтесь и дайте поработать профессионалам!       - Да таких, как вы, профессионалов на войне... - Пробормотал отец Элис так, чтобы его услышали.       - Вы что-то сказали, мистер Брендон? - вскипел военный.       - Нет, вам показалось, - фыркнул мужчина, отходя в сторону и доставая сигарету.       Отец и мать Розали, Гарри и Сьюзен, стояли чуть дальше, и мужчина до сих пор пытался привести жену в чувства. Женщина пребывала в полуобморочном состоянии от происходящего вокруг. Её муж казался намного более спокойным и сильным. Мама девушки всхлипывала, не в силах простить себя за прошлое поведение:       - Гарри, ты ведь и сам понимаешь, что это мы во всём виноваты... Это из-за нас наша девочка приехала сюда и попала в лапы этих убийц... Мы отказали ей в приюте, когда она в нём так нуждалась...       - Милая, мы ведь не просто так запретили ей возвращаться, - пытался убедить и её и себя отец. - Вспомни, как мы испугались, когда Розали сбежала от нас в Нью-Йорк... Помнишь, как тогда ты плакала целыми днями? Мы вынуждены были преподать ей урок...       - Ты же сам в это не веришь, - покачала головой женщина. - Мы контролировали каждый её шаг только потому, что сами упустили Феликса... Её жизнь с нами стала невыносимой...       - Уверен, она всё понимает, - опустив голову, пробормотал техасец. - Всё будет хорошо, Сью, я тебе обещаю.       - Надеюсь. А этот парень, Эммет, он, интересно, кто?       - Кажется, новая пассия нашей дочери, - закатил глаза мужчина. - Видимо, без поклонников ей скучно живётся...       - Надеюсь, ты не будешь её этим попрекать, как только увидишь?       - Не буду, - отрицательно покачал головой Гарри.       Эммет стоял как вкопанный, не отрываясь глядя на дверь отеля, где совсем недавно скрылся главарь с Эриком. Он настолько устал от бездействия и постоянного нервного напряжения, что ему начинало даже казаться, будто эта холодная железная дверь притягивает его к себе незримыми нитями. Казалось, будто, стоит футболисту только войти туда, как-то попасть, и всё будет хорошо. Навязчивые мысли об этом сводили парня с ума, он не мог думать ни о чём другом, лишь только о том, как проникнуть внутрь. Постепенно в голове стали возникать некоторые смутны соображения, почти ни на чём не основанные. Но и они придавали внутренних сил спортсмену, как единственный шанс на спасение любимой девушки. Конечно, он понимал, что, скорей всего, ничего из этого не выйдет, но попытаться, как ему казалось, стоило. Тогда, не придумав ничего лучшего, Эммет уверенно направился к Сету, стоящему рядом с ограждением.       Увидев, что главарь террористов вернулся в столовую один, а руки у него выпачканы кровью, все заложники без слов поняли, что Эрик стал его следующей жертвой. Белла вздохнула с облегчением, когда заметила, что Анжела задремала и не знает ещё, что парня больше нет. Она лежала на полу, положив голову на колени Эдварду и отвернувшись от захватчиков. Актриса видела, что подруга вряд ли долго ещё проживёт, готовясь к худшему. Наверное, она даже завидовала учительнице, которой не придётся больше сидеть и ждать того, чего, скорей всего, уже не случится... Не придётся ждать спасения... Ведь их никто не спасёт. Это девушка знала теперь наверняка. Нет, их никто не освободит, потому что они никому не нужны. Они все умрут здесь, в этом отвратительном отеле, как умерли многие их товарищи по несчастью. И теперь Белла безумно завидовала тем, кого застрелили при захвате, потому что они не видели и не слышали всего того ужаса, который пришлось пережить живым. Сейчас актриса совершенно определённо понимала значение фразы, которую так любят произносить маньяки из неправдоподобных фильмов ужасов: "...И живые позавидуют мёртвым". От усталости она закрыла глаза, чтобы попытаться уснуть.       Элис сидела рядом с Розали и чувствовала, как её тело бьёт мелкой дрожью от нервного и физического истощения. Очень хотелось пить, настолько, что во рту не осталось ни грамма слюны. Губы её, как и остальных, потрескались, а то, как террористы с аппетитом поедают остатки еды из холодильника, вызывало теперь лишь тошнотный рефлекс. Радиоведущая, как и другие девушки, с отвращением ждала, когда главарь выберет себе следующую жертву, чтобы отвести наверх. Каждой казалось, что это стало бы худшей из всех возможных смертей. Все мечтали, чтобы их застрелили, как Эсми. Даже смерть Рене и Виктории теперь не казалась им такой уж ужасной. В ушах Элис до сих пор звучали душераздирающие крики Марии, которую, избивая, протащили за волосы по всему отелю, чтобы окончательно запугать заложников.       - Элис, ты в порядке? - услышала радиоведущая рядом с собой немного напуганный, заботливый голос и открыла глаза. - Ты такая бледная...       - Да, Роуз, просто немного знобит. Ничего, это пройдёт, - не веря самой себе, кивнула девушка. - А ты как?       - Нормально, - модель чуть улыбнулась. - Про Эммета думала... Хорошо, всё-таки, что он успел уехать...       - Да, хоть он будет жив, - улыбнулась и Элис. - Как Джас?       - Злится, - усмехнулась Розали. - Винит себя, что ничего не может предпринять... Как будто он может что-то...       - Узнаю его, - слабо скривилась брюнетка.       Разговаривая, девушки не обращали внимания, как на них смотрит главарь глазами, налитыми кровью. От отсутствия возможности получить наркотики, его психика была на грани расстройства, перед глазами теперь были не люди, а фраги, как в компьютерной игре. Присутствие же блондинки, которую он давно хотел заполучить в свою постель, накаляло атмосферу до предела. Не в силах больше бороться со своим воспалённым мозгом, Сантьяго решил удовлетворить свои желания, но перед этим подошёл к своему приятелю:       - Серхио, я так больше не могу. У меня уже крыша едет. Я подумал, ничего страшного не произойдёт, если я разочек оприходую эту... Хейл... Если ей жизнь дорога, потерпит... Не буду её скидывать в окно, просто развлекусь и вернусь вместе с ней.       - Сантьяго, ты совсем помешался на этой американской шлюхе? - поморщился второй. - Да, я понимаю, очень аппетитная тёлка, но ты из-за неё совсем придурком стал... И Пабло туда же... Вам с ним захотелось членами помериться, а мы из-за вас в такое дерьмо угодили...       - Во-первых, она не шлюха, - вскипел главарь. - А во-вторых, это моё дело. Я первый заметил её и имел на неё прав больше, чем этот урод!       - Очнись, парень, эта подстилка трахалась со своим МакКартни, а ты вообще для неё никто, и звать тебя никак!       - Отвали, я всё решил! Следи чтобы никто ничего не натворил.       Мужчина подошёл к перепуганным Розали и Элис и дёрнул первую резко за руку, заставляя подняться на ноги. В ту же секунду на него бросился разъярённый Джаспер, вцепился в горло и стал душить.       - Бегите, - буквально прорычал бывший боец, не выпуская шеи своей жертвы из рук.       Как только испуганные девушки попятились к выходу, их сразу схватили двое мексиканцев, не давая возможности двигаться. Главный помощник Сантьяго, Серхио, замахнулся прикладом и одним ударом "вырубил" блондина, слабого от долгой голодовки. Парень на подкосившихся ногах повалился без сознания на пол. Увидев это, обе девушки заорали не своим голосом, безуспешно пытаясь вырваться. Бандит, державший радиоведущую, разжал пальцы, давая возможность ей передвигаться.       - Беги, - тут же закричала модель, но соседка, никого вокруг не слыша, бросилась на колени перед любимым человеком, рыдая и покрывая его лицо поцелуями.       Тогда главарь, с красным от удушья лицом, подошёл к Розали, не оправившейся ещё от шока, и грубо схватил за руку, потянув в холл. Девушка, как могла, сопротивлялась, хватаясь за дверные косяки и истошно крича. Но ничего из этого не помогало, так как блондинка была намного слабей своего обидчика, к тому же, физически истощена. Тогда она стала орать, словно это могло что-то изменить:       - Ублюдок, что, не можешь добровольно уломать кого-нибудь на секс?! Только и можешь, что силой брать! У тебя, похоже, там и похвастаться нечем! Ну, сколькие смеялись после секса с тобой, признайся!       В следующую секунду девушка почувствовала, как её резко развернули, и кровавые глаза вперились ей в лицо. Главарь почувствовал, как ярость вскипает где-то внутри: она задела его за больное. В его голове всплыли воспоминания, о которых он так старался забыть. Да, его любимая девушка, с которой он провстречался на протяжение пяти лет, изменила ему с Пабло Барроса. Свой поступок она объяснила тем, что Сантьяго ничего не умеет в постели, и ей ничуть не стыдно. Мариса была блондинкой, после чего подсознательно преступник желал как можно грубей обращаться с каждой из них. Розали Хейл была похожа на ту девушку, и мужчина маниакально стремился овладеть ею. Но теперь, когда она сказала ему те же слова, ему захотелось вдруг убить её, чтобы она знала, как ошибалась.       Модель вскрикнула, когда почувствовала тяжёлую пощёчину. Ещё один удар кулаком в скулу, и она отлетела к стене, упав на колени. Тут же девушка почувствовала ладонями что-то липкое и тёплое. Розали перевела взгляд на свои трясущиеся руки и закричала от ужаса: это была кровь. Медленно, безумно медленно она поворачивалась туда, куда упала, а душу с каждым мгновением всё сильней сковывал леденящий страх. Да, она не ошиблась. Модель сидела в огромной луже человеческой крови, а совсем рядом лежало тело Эрика с перерезанным горлом. От такого зрелища красавица почувствовала, как к горлу подкатывает ком, грозящий перерасти в тошноту. Поледеневшими вмиг пальцами она судорожно вцепилась в медальон, подаренный недавно Эмметом, и стала едва различимо молиться. Только теперь Розали поняла, как страшно ей умирать. Умирать в двадцать три.       - Эммет... Пожалуйста... - Прошептала блондинка белыми как мел губами, прочитав молитву.       Пришедший немного в себя главарь вновь двинулся к ней, и девушка испуганно забилась в дальний угол, уже не обращая внимания на тело Эрика, которое плотно зажала между собой и стеной. Одежда её уже напиталась его кровью. От испуга модель крепко зажмурила глаза, не переставая беззвучно молиться.       Когда Эммет подходил к Сету, ему вдруг показалось, что он услышал собственное имя. Он машинально обернулся, пытаясь найти источник звука, но никого, кто мог бы позвать его, рядом не было. Тогда футболист продолжил пробираться к молодому военному. И в тот же миг зов повторился, и он был теперь намного отчетливей, чем в первый раз. По спине парня побежали мурашки, когда он понял, кому принадлежит этот голос. Ещё пытаясь убедить себя, что ему лишь мерещится голос Розали из-за нервного перенапряжения, спортсмен уже мчался к Сету, боясь опоздать. Добравшись до него, Эммет попытался придать своему лицу обычное выражение. Рядом он заметил Барнза, стоящего рядом с другими военными, которые не особо его охраняли. Пытаясь сосредоточиться на своей цели, футболист обратился к Сету:       - Слушай, я тут подумал...       Когда парень обернулся на звук его голоса, брюнет, воспользовавшись его замешательством, вырвал из его рук автомат и одним махом перемахнул через ограждение вокруг отеля. Не оборачиваясь и не обращая внимания на разъярённые крики полиции и военных, он помчался ко входной двери, на ходу молясь, чтобы его предположения подтвердились. Ещё пару шагов... шаг.. и... Да, дверь оказалась незапертой. Главарь, втащив Эрика внутрь после неудавшихся переговоров, забыл запереть её, стремясь разделаться с веб-дизайнером.       Гаррет, увидев необдуманный порыв Эммета, недоумённо закатил глаза и, со словами: "О, Господи, МакКартни", воспользовался суматохой и отобрал оружие какого-то нерасторопного военного. После он помчался в отель вслед за спортсменом.       Эммет, распахнув дверь, растерялся, заметив Розали, испуганно жмущуюся в стену рядом с телом Эрика, и мексиканца, нависающего над ней с окровавленным кулаком. Мгновенно сообразив, что любимой грозит опасность, брюнет длинной очередью из автомата прорешетил тело её обидчика.       Тут же трое террористов, находившихся в холле, нацелили на него оружие. Один даже успел выстрелить и попал парню в бок. Но Эммет, как нельзя кстати, бросившись к перепуганной модели, поскользнулся в луже крови и упал на пол, избежав тем самым смертельных ранений.       В тот же момент в здание влетел Гаррет, мгновенно начав поливать дождём из пуль всех троих с криками:       - Суки, это вам за Кейт!       Один за одним, все трое упали замертво под его яростью, но один из них успел пустить пулю, попавшую военному в сердце. Умер он почти мгновенно.       Розали, онемевшая от всего, происходящего вокруг, во все глаза смотрела на того, кого считала теперь лишь плодом свей больной фантазии. Когда в отель ворвались военные и помчались в столовую, девушка окончательно решила, что помутилась рассудком. Даже почувствовав, как футболист, бросив автомат, прижал её к груди, не давая упасть, модель всё ещё была уверена, что всё это не по-настоящему.       Когда в столовой заложники услышали за дверью какое-то странное движение, никто ничего не мог понять. К счастью, террористы, которых в комнате сейчас оставалось лишь десять человек, тоже сначала растерялись, решив, наконец, что это их главарь что-то задумал. Потом, когда раздался топот огромного количества тяжёлых сапог, бывшие постояльцы испугались, не ожидая для себя ничего хорошего. Странное движение сопровождалось автоматными очередями, что ввергло всех в состояние ужаса. Каждый боялся пошелохнуться, чтобы не привлечь внимание к себе и своим близким. Оказалось, умирать было страшно.       Анжела, минуту назад ненадолго очнувшись, сама переползла поближе к стене и теперь лежала, подогнув колени, не открывая глаз и не обращая ни на что больше внимания. Белла, испугавшись непонятных звуков, повернулась к Эдварду и тихо спросила:       - Эд, мы умрём, да? Нас ведь сейчас убьют?       В её шоколадных глазах было нечто такое, что вымотанный голодом и обезвоживанием телеведущий понял, что сейчас лучше сказать девушке правду. Неуверенно кивнув, парень ответил:       - Наверное... Белз, я хочу, чтобы ты знала, - отчаянно цепляясь за последнюю возможность, начал он.       - Поцелуй меня, - перебив его, попросила шатенка. - Мне страшно...       Замешкавшись лишь на мгновение, Эдвард уверенно потянулся к её губам, стремительно сокращая дистанцию. Желая помочь ему, Белла обхватила его за шею, отвечая на поцелуй. Плотно прижимаясь друг к другу телами, они чувствовали, что так умирать им будет не так страшно. Вокруг, уже совсем рядом, гремели выстрелы, была слышна грубая ругань на испанском, но парня и девушку теперь мало что волновало. Они, наконец, осознали то, что старательно гнали из головы тогда, когда всё было хорошо, и им не угрожала смертельная опасность. Всё на свете, даже страх перед близкой гибелью, отошло теперь на задний план. Ни один из них не знал, сколько прошло времени прежде, чем они услышали совсем рядом голос, говорящий на английском:       - Белла...       С трудом оторвавшись от телеведущего, актриса обернулась и замерла: возле них стоял её родной брат Джейкоб. Повертев вокруг головами, бывшие заложники заметили, что в столовой много народа, в основном, военных, которые выводили из здания нескольких террористов, оставшихся в живых после перестрелки. Других заложников, в основном, вели или несли на руках люди в гражданском, скорей всего, родственники, как решила для себя Белла. Ещё минуту повертев головой, она вдруг обернулась вновь к брату и кинулась ему на шею, зарыдав.       - Джейк, Боже, я так испугалась...       Парень подхватил сестру на руки и понёс к выходу. Телеведущий смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду, а затем, покачиваясь, сам побрёл на улицу. Там творилось что-то невероятное: толпы полицейских, военных, медиков, журналистов и прочих людей окружили бывших заложников, родные которых безуспешно пытались защитить их ото всех, кроме врачей. Услышав, как его кто-то зовёт, парень обернулся и оказался в объятиях родного отца.