Колесо фортуны

- Дедушка, расскажи опять! – умоляющий взгляд широко распахнутых детских глаз. - Да, расскажи! - Расскажи! – доносится с разных сторон. Старик обводит обреченным взглядом толпу детишек, которые каждый вечер собираются вокруг него и просят рассказать историю. Самой любимой у них была «сказка» о сотворении мира – ее ему приходилось рассказывать как минимум раз в семицу*. Тяжелый вздох. Ох, уж эти дети! Они, в силу своего возраста, не понимают, что в основном его рассказы вовсе не сказки, а реальные истории, пусть и не во всем правдивые. Марл снова оглядел детей и встретился взглядом с глазами, в точности такими же, как у него – синими, с легким намеком на зелень. То была Софь, его алиньэ**. Софь легонько кивнула в сторону. Старец посмотрел туда и увидел мальчика, который, в отличие от остальных, не скакал вокруг него, а стоял в стороне и хмурил брови. - Тебе неинтересно послушать, Хайлиэль? – припомнил Марл имя ребенка. Все-таки бывает удобно, что до совершеннолетия дети носят имя одного из родителей. Деревня у них была небольшой, поэтому запомнить всех труда не составляло, но Хайлиэль со своей матерью переехали всего неделю назад. Их появление было загадочным и породило множество слухов. Во-первых, Хайлиа прибыла только с сыном, без своего алиньэ, что было просто немыслимо! Во-вторых, сразу по прибытии она скрылась в доме мага, чтобы спустя некоторое время выйти вместе с ним и предстать перед любопытствующей толпой жителей, которые делали вид, что им совсем неинтересно, и они заняты своими делами (только вот какими делами можно заниматься такой оравой фактически на крыльце мага?!). - Жители! Поприветствуйте Хайлиа и ее сына Хайлиэля. Прошу их ни о чем не спрашивать, они переживают трудные времена… Надеюсь, вы подружитесь! – и «словоохотливый» маг скрылся за дверью. Люди возбужденно загомонили, сгорая от любопытства, но слово Вердра – закон, поэтому Хайлиа ни о чем не спрашивали, а приняли со всеми ее тайнами. *** - Интересно! – вырвал старика из воспоминаний серьезный не по годам голос мальчика. – Я хочу послушать! Марл улыбнулся: - Тогда подходи поближе, кайа***. Тебе же плохо слышно оттуда. - Я не маленький! – возмутился Хайлиэль, всем своим видом опровергая данное заявление. Старик едва заметно усмехнулся – он своего добился: заставил ребенка выбраться из своей скорлупы и шагнуть к другим детям. - Раз мы все в сборе, то я начну, - сказал Марл. Речь его изменилась, стала плавной, голос завораживал своей чистотой и звучностью, он даже внешне изменился – словно помолодел. «Давным-давно (сейчас уже никто даже и не знает, сколько времени прошло) на месте нашего мира не было ничего, только Тьма господствовала вокруг…» - Тьма? – тихий, завороженный шепот Хайлиэля. - Да, Тьма. Это Высшая Сущность. Понять ее суть не дано даже богам, - пояснил старец. – Но ты меня перебил, больше так не делай, - он строго взглянул на мальчика, тот поспешно закивал. «Никто не знает, что послужило причиной, но однажды Тьма решила, что будет новый мир. Она создала четырех богов, наделила их силой и дала имена: Ирк, Сорн, Миракл и Салья. «Появись, Свет», - прошептала Тьма, и все озарилось светом. «Добро пожаловать, Аэйлиа (так Тьма нарекла свое создание)», - и появился наш мир. Боги, словно дети, побежали смотреть на это чудо. Миракл рассмеялся, и смех его рассыпался звездами вокруг, а улыбка осветила землю месяцем. Салья радостно захлопала в ладоши, и на этот звук земля откликнулась гулом – травы и деревья приветствовали свою богиню. Ирк залюбовался улыбающимся Мираклом, странное чувство кольнуло его – захотелось видеть эту улыбку всегда. Тогда он собрал все свои силы и выплеснул их наверх в безотчетном желании сотворить еще одно чудо. И оно случилось – взошло солнце. Миракл вновь улыбнулся, а Ирк ощутил, что его наполняет безудержная радость. Глядя на своих братьев и сестру, Сорн тоже хотел что-нибудь сделать, но ничего не придумывалось. В порыве раздражения он топнул ногой, и земля, повторно вздрогнув, исторгла из себя чудовищ. Ирк и Миракл были испуганы, Сорн разочарован, и только Салья сказала: «Почему вы испугались? Они нестрашные, просто… знаю! Их надо раскрасить, чтобы они больше подходили нашему миру!» Каждый поддержал ее идею, и они взялись за дело. Вскоре весь мир заиграл красками. Со временем боги окунулись и в свой внутренний мир, тогда произошло самое великое из чудес: Ирк и Миракл, Салья и Сорн поняли, что их связывает нечто большее, чем просто дружба. Они дали название этой связи – алиньяр****, и стали друг для друга алиньэ. Спустя некоторое время у них появились дети. Чудесный мальчик у Ирка и Миракла – Мирк, и прекрасная девочка у Сальи с Сорном – Сорна». - Сейчас вы знаете их детей под другими именами: Михриэл и Сарана. Михриэл отвечает за смену времен года, Сарана за смену дня и ночи. Кто мне расскажет о предназначении других богов? – сбился на учительский тон Марл. Дети задумались, некоторые неуютно заерзали, избегая взгляда старика. - Да в самой истории все сказано, - самодовольно протянул Хайлиэль, снисходительно взглянув на сверстников. – Ирк – повелитель неба, солнца и, как следствие, огня. Миракл – ночи и ночного светила, а также отвечает за стихию воздуха. Салья – покровительница земли и природы. Сорн отвечает за жизнь на нашей планете, его стихия – вода. - Верно, - кивнул Марл. – Но я отвлекся, продолжим. «Радости богов не было границ, вот только… Сорн чувствовал странную неудовлетворенность – он тоже хотел сына. Однажды он сидел рядом с Мираклом и наблюдал за детьми. Злая усмешка исказила его лицо, и он проговорил: «Красивый у тебя сын, но какие-то слишком уж тусклые у него глаза для нашего сияющего мира… а давай это исправим», - какой-то злой азарт охватил бога, и он, не задумываясь о последствиях, схватил краски и плеснул их в глаза ребенку. «Что ты наделал», - закричал Миракл и, пылая жаждой мести, так же плеснул девочке краски в глаза. Боги вспыльчивы и непредсказуемы, но они всегда знают, когда совершили ошибку, поэтому они очень быстро поняли, что натворили, но было поздно… Ночью Ирк увидел сон. Тьма явилась к нему. «Я могу простить вам вашу несдержанность, но такого отношения к детям – никогда. Божественные краски не просто раскрасили глаза детей – они проникли в душу. Дабы вы поняли всю тяжесть совершенного, я накажу весь ваш род. Потомки ваши постепенно утратят бессмертие, знания, что вы получили от меня, также. Но все же они не виноваты, поэтому я дам шанс на искупление. Отныне каждый будет рождаться вместе с тем, у кого душа окрашена в те же оттенки. Ни один не сможет существовать без другого. В этом будет благословение и проклятие!». - Вот так, дети, - вернулся к своему обычному тону Марл. – Никакой плохой поступок не может остаться безнаказанным. Тьма сдержала обещание. От потомков богов произошла раса скайринов, наша раса. Мы все можем наблюдать последствия того давнего проклятия, - с этими словами он грустно взглянул на свои морщинистые руки. – С каждым новым поколением срок жизни нашей расы сокращается, а знания утрачиваются. Когда-то наши предки могли творить невероятные вещи, теперь же… самый сильный маг не сможет создать даже яблока, не прибегнув к сложному заклинанию… - А как же шанс на спасение? – тихо раздалось рядом. Старик обернулся – ну конечно, вопрос задал Хайлиэль. - Не знаю, кайа. Говорят, существует пророчество, в котором говорится об этом самом шансе, но никто никогда его не видел. Оно записано на неких Скрижалях Тьмы, которые безуспешно ищут уже тысячи лет. Мальчик серьезно кивнул и задумчиво прикусил губу: он явно о чем-то размышлял. Старик с интересом ждал итога этих размышлений. Наконец, ребенок сердито тряхнул головой, встал и раздраженно буркнул: - Эти боги дураки! Ну кто их просил ссориться?! Почему мы из-за них должны страдать? - Неужели ты думаешь, что боги не поплатились за свою ошибку? Представь, каково родителям, бессмертным и вечно юным, наблюдать за медленным угасанием собственных детей. - Вот и поделом этим дуракам, - разозлился мальчик. Брови Марла удивленно поползли вверх, он посмотрел в глаза Хайлиэлю и испуганно отшатнулся. Этого просто не могло быть! На миг ему показалось, что в серых глазах вспыхнула радуга, только состоящая из стольких оттенков, что не сосчитать. Он прекрасно знал, что это значит, а потому, разогнав детей, поспешил к Хайлиа. Дети разбежались кто куда. Только Хайлиэль все еще стоял, уставившись в никуда, и чуть слышно ругал богов-дураков. * Неделя ** Связанная душой и сердцем *** Маленькая пугливая пташка ****Связь души и сердца