Детство джинчурики

Журчание быстрой речки успокаивало нервы и умиротворяло душу. Проплывающие листья радовали своим насыщенным, ярким цветом. Простор, покой, свобода. Это место всегда пустое, здесь так приятно уединиться особенно в такой прекрасный летний день. Густая листва отбрасывала прохладную тень, а излюбленный камень находился на самом солнцепёке. Он нагрелся и даже через ткань штанов обжигал кожу. Обжжёгшись в очередной раз Хан решил не упорствовать и, пожалев свою заднюю часть, слез с камня. Он был уже давно не ребёнком, но детская забава кидать плоские камушки в реку, считая сколько раз камень отскочит от воды, была его любимой игрой вне работы. Вообще он часто приходил в это место, чтобы отдохнуть от людей, работы и мирской суеты. Это место он считал лично своим и не хотел никому его показывать, боясь, что сюда нагрянут люди и всё испортят. Но однажды он показал это место одному человеку, которому он доверял. Считал, что ему можно доверять. Да и как-то странно они встретились. *** Этого ребёнка привели сюда для того, чтобы сделать из него джинчурики. Он вырывался и упирался. Жалобные заплаканные голубые глазёнки глядели на окружающих людей, но сердца шиноби остались равнодушны. Этот взгляд почему-то разжалобил девятнадцатилетнего Хана, хотя он всегда был ко всем холоден. Он заступился за ребёнка и добровольно согласился стать сосудом для пятихвостого, ни секунды не жалея о своём выборе. *** С тех пор это место стало общим. Им нравилось там гулять, отдыхать и соревноваться в кидании камешков(Хан до сих пор не может побить рекорд поставленный его другом). Здесь они стали друзьями. В жаркую погоду они укрывались в тени и рассказывали друг другу много интересного, осенью пускали бумажные кораблики, весной любовались сакурой, зимой просто дурачились. Благодаря этому ребёнку Хан научился радоваться жизни, правда его улыбка всегда скрывалась под никогда не снимаемой маской. *** -Опять сидишь один?- раздался знакомый голос. -А ты опять рискуешь быть пойманным?- Хан не обернулся. -Ты же знаешь: это место только наше. -Да, Дейдара. Только наше,- вздохнул Хан, садясь рядом с парнем в чёрном плаще.