Not Superman

One Direction – Night Changes (ПОВТОР) POV Harry. Ну и где она? Либо я пришел не туда, либо не знаю что. Достаю телефон и пишу ей эсэмэс. Молодец, Гарри, именно эсэмэс сейчас здесь в тему. Ладно, ищем в контактах <Рене>. <Вызов>. Гудки мне кажутся долгими и их много, значит, она не поднимает трубку. Куда Оллфорд вообще делась? Я стою на том месте, где оставил ее, и тупо оглядываюсь по сторонам в надежде, что увижу ее. Но, блин, я не вижу ее. Ушла? Почему? Твою мать. Она же не могла услышать разговор, она бы не подслушала. Не-е-ет, Рене бы не стала этого делать. Хотя… Блин. Оллфорд все слышала? Господи, только не это. Пожалуйста. Я не хочу все испортить. Может, ей надо было срочно уйти или увидела кого-то, но она бы сказала мне. Черт, Рене не могла слышать разговор. Не мог я иначе сказать Малику, просто не мог. Я сказал то, что он хочет услышать, и снова все испортил. Получается, что так. А может, еще и нет. Руки слегка трясутся, от чего – хрен знает. Нажимаю снова <вызов> и жду, пока Рене возьмет трубку, но этого не происходит, как и в следующие несколько раз. В принципе, она могла забыть включить звук на телефоне, но все равно Рене написала бы мне. Ох, тогда пишу ей я и очень много. Пожалуйста, пусть она не слышала разговора. Пожалуйста. Я уже ее добился, сегодня хотел, чтобы Рене стала моей девушкой. Твою мать! Неужели все снова сорвалось? Чего мне стоило добиться ее внимания, чтобы она на меня смотрела с не ненавидящем взглядом. Боже, ну пожалуйста, пусть она не слышала. Я так стою долгое время, звоню ей, пишу эсэмэс, но по-прежнему игнор, по-прежнему мне никто не отвечает. Звонит Элеонор? - Гарри, что ты уже натворил? – она в ярости. - Что? – единственное, что могу сказать. - Почему Рене рыдает? - Что? – и сейчас на меня будто камни падают. Рене плачет из-за меня. Она слышала разговор… Господи, только не это. - Я звоню узнать, как прошло ваше свидание, и я была уверена, что все пройдет гладко, что ты не накосячишь. Стайлс, твою мать, что ты натворил? - Я встретил Малика. - Что? - Н-но Рене, она не была с нами. Возможно, что она подслушала. - Что ты наговорил Зейну. – если бы Эль была здесь, я бы валялся избитый на полу. - Ч-что… Я раскручиваю Рене на секс. – и самому так становится гадко. - Стайлс! Ты идиот, ты знаешь это? Ты же все испортил! ВСЕ испортил! Мог сказать, что Рене твоя девушка! - Н-но я не… - Нужно было сказать в любом случае! Почему Малик не стесняется Перри? Лиам Софи? В конце концов, Луи меня? Элеонор всегда права, а я всегда косячу, всегда все портится из-за меня, как и сейчас. Я снова все испортил. Рене плачет из-за меня. - Я не могу приехать к ней, потому что меня закрыл Луи. Но я уверенна, что Рене говорила бы мне, что ей теперь не с кем пойти на бал. Стайлс блин! Она хотела пригласить тебя! - Й-я, я все исправлю. - Только теперь… Гарри, запомни: девушки любят ушами. Она перестает на меня кричать, и уже нормально говорит, только мне все равно не спокойно. Я снова накосячил, снова виноват, снова нужно извиняться, только раньше я не хотел этого, а сейчас пойду на все, чтобы Рене снова простила меня. Все снова. Все повторяется. Я виноват – она страдает. Не справедливо. Но из-за того, что страдает она, мне становится ахренеть как неприятно, это чувство вины просто грызет меня. Рене дико на меня влияет, я не представляю теперь, как без нее. Просто не представляю. Я расскажу ей все завтра. Надеюсь, что она выслушает. Мне нужно все исправить. Я исправлю. POV Rene. - Рене, открывай! – кто-то кричит и стучит в дверь. Я уснула? Открываю глаза и понимаю, что долго плакала, после чего в чем была – в том и уснула. В пальто, в ботинках, в платье, с накрашенными глазами, хотя, от того что я рыдала, вся тушь и стрелки с тенями размазаны по всему лицу. - Рене, открой! – и только сейчас до меня доходит, что это Элеонор. Сажусь на кровать и ищу глазами свой телефон. Точно, он же валяется разряженный на полу. Перевожу взгляд ближе у тумбочки и замечаю свой клатч и… розу. Странно, но она все такая же красивая, как и вчера, хоть и пролежала ночь без воды. - Почему ты не открываешь? Эль входит в комнату, а когда видит меня, подбегает и крепко обнимает. - Все нормально, - лгу я, и она это замечает. Она гладит меня по волосам, а мне становится так приятно. - Прости, вчера не смогла приехать, меня Луи закрыл, потому что боится, что я выйду куда-то и еще больше заболею. - Как ты в комнату-то вошла? Колдер поднимает руку вверх и на пальце у нее висит небольшой ключик. - Ты прячешь его в коврике. Я улыбаюсь ей и перевожу взгляд на розу. Ком подступает к горлу. Как же хочется, чтобы мы вообще не встречались с… - Гарри просто придурок. Смотрю на нее, а глаза начинают слезиться, и закрываю лицо ладошками. Элеонор снова меня обнимает, а я плачу. Раньше было все наоборот: она плакала из-за Луи, а я ее успокаивала. - У него никогда не было серьезных отношений. Он глуп в этом. - Ничего он не глуп, - я шмыгаю носом и убираю ладошки с лица, - Гарри сначала был очень милым, мне с ним было очень хорошо. Мы пошли в кино, там тоже все было идеально, мы почти поцеловались, но помешал его телефон. Мы все время держались за руки, и его прикосновения просто нечто, Элеонор. А потом почти поцеловались второй раз, но там уже виноват ваш Малик и сам Гарри! Мне двадцать лет, а я не могу нормально с парнем поцеловаться! И вообще, с кем я пойду на бал? - С Гарри. - Я видеть его не хочу. - Так, мы договорим сегодня, обязательно, но сейчас мне нужно привести тебя в порядок. Она направляется в ванную, за всеми средствами, чтобы смыть с меня остатки макияжа. Что бы я без нее делала.