Вода сквозь пальцы
25 апреля 2014 г., 22:26
Дверь приоткрылась, впуская в темную комнату все произошедшее. Оно потянулось к силуэту, лежащему на кровати. Оно протянуло свои длинные пальцы к ее голове, запуская в ее мозг корни разочарования, боли, страха и ужаса. Мирроу свернулась в клубок, обхватив руками колени. Девушка смотрела в одну точку все это время, пытаясь понять, как она могла такое сделать, была ли это она или кто-то другой. Вопросы складывались между собой в интерференционную картину, составляя собственные максимумы и минимумы. Джоанну била мелкая дрожь при малейшем шуме. В такие моменты девушка впивалась ногтями в кожу, покрывало, или во все что попадалось под руку.
Каркаров шел в свою комнату на ватных ногах. Он не мог найти себе места, потому что сомневался. Ему было невыносимо, потому что он не знал, чему верить или кому. Он только чувствовал, что тот, кто напал на его друга — ему враг. В его сердце боролись две стороны: за Джоанну и против. И кому верить, он еще не знал. Только потом, когда он будет с ней разговаривать, он поймет насколько неуравновешенна ее психика, и сделает соответствующие выводы.
Ящик Пандоры открылся - сделав один шаг, через порог переступил Андрей. Он, молча, не отрывал взгляда от Мирроу несколько секунд, пока ему не почудилось какое-то движение.
- Ты спишь? - сдавленно произнес Каркаров.
- Нет, - глухо отозвалась Джоанна.
- А спала?
Повисла пауза, пугающая, выжидательная.
- Нет, - точно также произнесла Мирроу.
Они провели еще немного времени в гробовом молчании. Мирроу не могла говорить, Каркаров — не хотел. Он продолжал смотреть на ее силуэт: девушка лежала к нему спиной на заправленной кровати, почти не подавая признаков движения, просто лежала, возможно плакала.
***
- Так это правда была ты, - предложение послышалось им обоим риторическим вопросом. Мирроу слегка повернула голову к нему, словно ослышалась: - С чего ты взял? - Мне привиделось воспоминание. Первое за эти три года, - пожал плечами Андрей. Еще через несколько секунд: - Какое? Еще одна пауза. Казалось, будто они длятся вечность. - Как я тебе его подарил, - парень поднял медальон на уровень глаз. - А я этого не видела, - в голосе Мирроу проскользнули носки тоски. Она перевернулась на другой бок и теперь смотрела Андрею в глаза. Но увидела не то, чего ждала. Джоанна очень хотела увидеть, что он рад, может, увидеть блеск в его глазах, желание рассказать, но в нем было другое — осторожность, отдаленность, подозрение и даже... презрение? И тут в голову Андрея заползла жуткая мысль. Такая, что ему захотелось уйти, не оглядываясь. Его зрачки сузились от ужаса, а кулаки начали сжиматься и разжиматься без перебоя. В парне в одно мгновение закипел гнев и страх. Каркаров хотел сделать инстинктивный шаг назад, но замер, словно прикованный. Прикованный к ее взгляду. - Что ты делаешь? - опасливо поинтересовалась девушка. - Сравниваю. Твои глаза и те, что были в воспоминаниях, - слишком быстро ответил парень. - Это были мои глаза, - настороженно сказала Мирроу. - Нет, - прохрипел парень. - Да, - Джоанна привстала на локтях, слегка повысив тон. Каркаров рванул к кровати и уже нависал над ней, прожигая девушку взглядом. Он жаждал ее испуга, словно дементор, высасывающий радость. И он ее получил: они всегда почему-то получают желаемое, только не желаемое важно, а цена, которую ты за это заплатил. - Это была ты ровно настолько, насколько ты напала на Драко! - процедил Андрей. - Энн... - неосознанно залепетала девушка. - Меня зовут Андрей, - отрезал парень, заставив девушку отстраниться и отодвинуться. Джоанну окатило ледяной водой, в груди все замерло от боли и страха, девушка хотела протянуть дрожащую ладонь к лицу парня, но боялась обжечься холодом его души. - Но я берегла его, он мне дорог, - девушка переводила взгляд то на лицо парня, то на медальон. - Это была я, - Мирроу всем сердцем хотела оправдаться перед ним. Она чувствовала, что он все еще является ее шансом все вспомнить и обрести утраченное. - Да, я знаю, - удовлетворенно пророкотал юноша. - Именно так, как я сказал: ты нападала на Драко. И ты была в воспоминаниях: все ты. Так это три тебя? Или одна? Эти слова прозвучали как пощечина, Джоанна не могла найти слов, будучи загнанной в тупик, но Андрей не ждал от нее ответа: он был коршуном, который настиг своего лебедя. Парень демонстративно покрутил в руках медальон и, буквально, швырнул его к ногам Мирроу, произнося: - Мне все равно, во что верит Драко. Мне все равно, что он верит тебе. Любовь слепа, а я — нет. Это ты напала на него, и никто другой это быть не может, - Андрей выплюнул эти слова, разворачиваясь и быстро удаляясь от девушки. Когда смысл сказанного прорезался в сознании Мирроу, ее сила закипела, эмоции взяли верх над разумом, а злость сменила тревогу и чувство незащищенности. Поток подхватил лежащий медальон и швырнул его в удаляющуюся спину парня. При этом девушка пронзительно закричала, вкладывая в крик боль, ненависть, даже ярость, разочарование, от прошедших в пустую три года, направленные на поиски Энна, досаду, что он так с ней поступил. Все до последней капли было вложено в ее действия. Крик заставил парня обернуться, и, возможно, именно это спало его жизнь. Каркаров вовремя пригнулся у самой двери, а медальон врезался в косяк, воткнувшись в него. Мирроу продолжала что-то кричать в его сторону: «Прочь, прочь!», слова озлобленного и оскорбленного сердца. Андрей округлил свои глаза, провожая взглядом летящий несколько мгновений медальон, а потом встретился глазами с побледневшим Малфоем в коридоре. Девушка не видела приближения блондина, ее злость перешла в рыдания. Унижение, которое она испытала было несравнимым. Драко испепелял взглядом Андрея, который развел руки в стороны: - Она ненормальная, просто ненормальная, - усмехался Каркаров. - Это она напала на тебя, как сейчас — на меня. Я же говорил. - Что ты натворил? - прошипел ему в ответ слизеринец. Блондин обошел Каркарова, словно ему было противно с ним находиться рядом, влетая в комнату к Мирроу. Джоанна подняла голову и побледнела, встречаясь взглядом с Малфоем. Слезы хлынули с двойной силой, девушка хотела извиниться, говорить и говорить ему о том, чего не делала, но он просто сел рядом с ней и обхватил ее плечи. - Он не знает того, что знаю я, - шептал Драко, успокаивая девушку. - Пусть вы с ним были знакомы десяток лет, он тебя не знает. - Я была другой тогда. - И глупо ловить ветер голыми руками, - кивнул Малфой. - Не совсем так. Глупо гоняться за призраками, - теперь уже кивнула Джоанна, осознавая, что натворила, за чем гналась и чего искала. - Теперь это вода сквозь пальцы.***
Пара просидела так, может, полчаса, может, час, а, может, и два, но в конце концов Джоанна полностью пришла в себя, взяла себя в руки и тяжело вздохнула. - Да, Драко, какая я была глупая... Как ты был прав. - О чем ты? - Все это время я верила, что найдя его, я все вспомню, что вернется не только память и все хорошее, что связывало нас. Он был единственным связующим звеном. Но все это как вода сквозь пальцы. Малфой не нашелся, что ответить. Он сам был погружен в свои мысли, пытаясь понять, что чувствует она к нему теперь, а что чувствует к Андрею. Мирроу неуверенно опустила свою ладонь на руку Драко. Головой она понимала, что должна делать, но сердце отказывалось чувствовать то, что должно. А Малфой победно смотрел на нее, чувствуя власть над ее сломленной душой. Он склонился к ее лицу и медленно вдыхал ее аромат, удивляясь, потому что всегда думал, что у нее очень терпкий и резкий аромат, но он был тонким, сладким, цветочным. А девушка приоткрыла губы, вдыхая в себя его дыхание, словно вбирая его мысли и чувства. Легкое прикосновение к мягким губам оказалось не таким. Малфой нахмурился, но не отрывался от поцелуя. Мирроу податливо потянулась к нему, заставляя себя насладиться прикосновениями. Но, углубляясь, Драко терзался сомнениями, в его голову прокралось подозрение. В это мгновение в нем закипела ярость, злость, гнев: она его почти обманула, он почти поверил, что она хочет его поцеловать. Это прикосновение, поцелуй и отдача были чужими. Драко с нескрываемым отвращением оторвался от ее губ и резко отодвинулся. Малфой встретился с недоумевающим взглядом Мирроу. - Ты врешь! Ты мне врешь! Зачем? - с презрением выдавливал из себя каждое слово. Его дыхание обдавало жаром — дыханием дракона, созвучное с его именем. - О чем ты? - девушка продолжала недоумевать. - Твои губы холоднее даже, чем глаза Андрея, когда он смотрел на тебя. Думаешь, я могу смириться с тем, что ты это делаешь от безысходности? - он взревел, словно раненный зверь. Джоанна начала что-то невнятно лепетать, оправдываясь, но Драко не хотел ее слышать. Парень соскочил с кровати и вылетел из комнаты, как недавно это сделал Каркаров, бросив только: - Битва вот-вот начнется. Поттер в Хогсмиде, а значит — он идет в Хогвартс по известному мне пути.***
Казалось, будто из нее выкачали все силы. Казалось, будто они выпили у нее последние капли чувств. Казалось, она за один вечер превратилась в тряпку. Казалось, будто они смяли ее душу. Казалось, будто они наступили на нее несколько раз. Казалось, будто они сломали ее. Или ей это все не казалось? С каждым следующим мгновением боль усиливалась, заставляя сердце болезненно сжиматься, а руки сжимать и разжимать перо. Девушка боролась сама с собой, чтобы не сорваться и не сделать глупость, какую - она еще не придумала. Внутри сражались несколько сторон: ретироваться из замка, поговорить с Малфоем, поговорить с Каркаровым. Но ничто из этого ей не представлялось возможным или полезным, поэтому Мирроу медленно выводила записи в своем дневнике. Все это время девушка представляла в голове черный тюльпан, в котором содержались, наверняка, ответы на все вопросы. Но у нее нет ключа, чтобы разгадать этот шифр, который ей оставила судьба. «Я всегда учила себя в лучших традициях аристократов или хотя бы перенимала повадки Снегга, но сейчас - сломлена, словно грифель карандаша, слишком сильно надавленный на бумагу. Но, я понимаю, никакое воспитание не поможет стать аристократкой с выдержкой, если ты магл. Я пустышка, тряпка... Сейчас мне кажется, что слова Драко тогда имели вес. Разбита и растоптана. В один вечер потеряла и возлюбленного прошлого, и — настоящего. Это боль. Я всегда думала, что такое просто сказка. А сама я разве не в одной из таких сказок, где все должно закончиться «хеппи-эндом»? Наверное, за эти месяцы я слишком привыкла к сильному плечу Малфоя. А сколько раз я заставляла себя остановиться и не верить ему? Почему я не сумела пройти против сердца? Или сейчас против разума? Теперь все, что произошло, и все, чего я хотела, - вода сквозь пальцы». Джоанна медленно пробежалась словами по тексту, думая, надо ли ей еще что-то дополнить, но теперь в голове была пустота, как и на душе. Несколько дней практически без сна вымотали девушку. Она была истощена и физически и духовно, не зная, во что ей верить. Мирроу винила во всем только себя и собственное незнание, граничащее с настоящим безумством. И оно передалось каждому из них.
