Школа жестоких юношей

Мэтью. Ненавижу этот звук, после окончания школы никогда не буду ставить телефон на вибрацию. Спускаю ноги на пол. Звук обрывается, а мои нервы находят покой. Ноги на полу, но остальная часть тела на кровати. Не могу заставить себя подняться. Ночные прогулки вместо сна не самая лучшая замена. Хочу спать. Зеваю, не заморачиваясь над тем, чтобы прикрыть рот, потягиваюсь всем телом, прогибаясь в пояснице, мышцы приятно ноют. Нахожу в себе силы, встаю. Дальше все по расписанию. Душ, легкий завтрак и начало учебного дня. Захожу в класс, киваю Джастину, в ответ ловлю его теплую улыбку. Андрес же держит дистанцию, только смотрит. Конечно, предполагаю, что в своих мыслях он меня уже миллион раз нагнул и поимел, но по его лицу ничего нельзя прочитать. Стараюсь абстрагироваться от этого человека. Его присутствие и его внимание действует мне на нервы, хотя, со временем мне удается все же игнорировать его. Но это только до тех пор, пока не заканчиваются уроки. Джастин хлопает меня по плечу и смывается по своим делам. Я же иду в комнату. Не удивлен, завидев возле двери высокую фигуру. Де Агилар стоит, опираясь о стену, одна нога согнута в колене, след от подошвы его туфли, наверняка, скоро въестся в штукатурку. С тяжелым вздохом иду к нему, но не прятаться же мне от этого маньяка по всей школе. - Чего тебе? – раздраженно спрашиваю я, подходя ближе. - Есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, - заявляет Андрес и сражает меня наповал своей лучезарной улыбкой, только мне она представляется, как оскал хищника с рядом острых, словно бритва, зубов. - Я не буду с тобой спать, - открываю дверь, прохожу в комнату, парень следует за мной, но опять замирает на пороге, не получив приглашения располагаться и чувствовать себя, как дома. - Считаешь, что я могу предложить тебе только секс? – черные брови взлетают вверх, демонстрируя крайнюю степень удивления. - Давай, удиви меня, - презрительно фыркаю и начинаю провокационно стаскивать школьную форму. Не знаю, что за бес в меня вселился, но мне доставляет ни с чем несравнимое удовольствие доводить де Агилара до бешенства и крайней степени возбуждения. Пиджак уже покоится на диване, развязываю галстук, кидаю его туда же, медленно расстегиваю пуговицы на рубашке, стоя боком к Андресу. Вытаскиваю ее из брюк и поворачиваюсь к нему лицом. Его дикая неконтролируемая похоть, исказившая красивые черты лица, стала мне наградой. Мысленно ликую, но понимаю, что плаваю с кровоточащей раной перед носом у акулы. Поэтому иду в комнату, и там снимаю брюки, быстро меняя их на голубые джинсы. Он все еще молчит, смотрит перед собой, дыхание тяжелое, кулаки сжаты, на лбу блестят мелкие капельки пота, глаза прожигают дыру в стене. - Тебе жарко? – спрашиваю, облокотившись плечом о стену и сложив руки на груди. - Провоцируешь? – хриплым голосом осведомляется он. - Нет, переодеваюсь, - хмыкаю я и попадаю в плен его глаз. Все черти ада! Что со мной происходит? Почему стоит мне вглядеться в ночь, что клубится в них и все окружающее перестает существовать? Мотаю головой и возвращаюсь в реальность. - Ну, так что с твоим предложением? – спрашиваю, чтобы отвлечь и его и себя от взаимного жадного разглядывания. - Хочешь прогуляться? – Андрес хитро прищуривает глаза, он что-то задумал, но я пока не знаю что. - Вокруг здания школы? - Нет, за ворота, в город, - он улыбается, видит мое шоковое состояние. А я, действительно, сильно удивлен. Думал, что увижу окружающий мир не раньше, чем наступят зимние каникулы. А тут такое предложение! Он прав, от этого я не откажусь. - Прежде, чем кидаться ко мне на шею с радостными воплями, уясни одну вещь, это будет свидание, - остужает Андрес мой пыл. Но я все равно соглашусь. Свидание ни к чему меня не обязывает, а я хочу за ворота этой трижды проклятой школы. - Хорошо, - киваю я, - идем сейчас? - Да, собирайся. Н-да, и как мне пройти по территории, чтобы никто не обратил внимания, что на мне нет формы? Осматриваю Андреса. Он так и остался в синем деловом костюме, только герба на его пиджаке нет. Ладно. Надеваю простую черную кофту и сверху накидываю форменный пиджак, надеюсь, никто не заметит, что штаны не соответствуют уставу. Выходим из здания без происшествий, никто, кроме учеников, не попадается навстречу. Сворачиваем в парк, где нам с Джастином нравится проводить время, минуем пруд, вновь погружаясь в дебри парковых деревьев. Небо мелькает среди их крон, белые пушистые облака цепляются за раскидистые ветви. Андрес идет впереди на несколько шагов, пристально озирается по сторонам. Пока под нашими ногами каменная плитка парковых дорожек, но через несколько сот метров мы сворачиваем в кусты. Теперь туфли утопают в мягком ковре из мха и травы, хрустят мелкие веточки, переламываясь под ногами. Мой сопровождающий молчит, я тоже иду тихо. Звуки школы замолкают за нашими спинами, среди деревьев начинают мелькать молоденькие ели, запах становится все больше лесной. Пахнет влажной землей, пожухлой травой и грибами. Вскоре перед нами вырастает высокая стена, которая отгораживает территорию школы от остального мира. Накатывает грусть. Андрес меня обманул. Я думал, он действительно выведет меня в город, а не на прогулку по лесу. - Ты человек-паук? - глумливо вопрошаю я. - А-а-а? – Андрес оборачивается и с подозрением смотрит на меня. - Как ты собираешься преодолеть эту стену? – уточняю, а хорошее настроение удаляется все дальше и дальше. - Никак, - он пожимает плечами и идет вдоль стены. - Трепло, - бурчу я, но парень меня не слышит. Мы так и продолжаем наш путь вдоль стены, впереди, метров через десять виднеется густой ельник. Елочки совсем молоденькие и тоненькие тесно прижимаются к елям покрупнее, стараясь словно найти в них опору и поддержку. Андрес ускоряет шаг и скрывается в лапах елей. Замираю, не хочу лезть туда. Там пауки и грязно. Фу! - Ты долго будешь здесь стоять? – де Агилар выходит из зарослей, берет меня за руку и тащит за собой. Сопротивляюсь, но иду. Его ладонь крепкая и теплая, дает надежду, что я не заблужусь в трех елях, и меня не сожрет какой-нибудь особенно большой паук. За зарослями лесных красавиц к моему превеликому удивлению обнаруживается небольшая калитка, которая позволяет нам проскользнуть в другой мир. - Охуеть! – слетает с моих губ, и я уже впереди парня иду по лесу за пределами школы, за спиной слышу его сдавленный смешок и оборачиваюсь с вызовом в глазах. - Не ожидал? – спрашивает он. - Нет. Если есть выход, то почему этим никто не пользуется? – спрашиваю недоуменно. - А как ты думаешь? - Не знают? - Знают многие, так в школу попадают различные запрещенные вещи, но боятся пользоваться, - поясняет он. - Ясно. Вскоре лес расступается, и мы выходим на дорогу, серой лентой уходящую в разные стороны. Машин нет, признаков цивилизации тоже. - Куда дальше? – спрашиваю в нетерпении. - Туда, - Андрес указывает рукой вправо. Быстро иду в том направлении. Хочу в кафе и бокал хорошего виски. Путь наш, и впрямь, оказывается недолог. Через полчаса мы выходим к городу. Стоим на небольшом возвышении, а перед глазами лежат улицы, дома, автозаправки и магазины. Господи! Как я соскучился по этому! Всего несколько дней, проведенных вдали от благ современного мира, а чувствую себя Робинзоном Крузо, который провел на необитаемом острове несколько лет. Я с азартом пятилетнего ребенка, который впервые оказался в Диснейленде, иду по улицам небольшого города. Взглядом, полным восторга провожаю витрины магазинов, совершенно незнакомых мне людей и, кажется, что в этот миг люблю весь мир и даже де Агилара. Андрес молча следует за мной, не вмешиваясь в мое счастье. Подходим к небольшому домику. «У Кристофера» - висит вывеска над входом. Андрес дергает меня за руку и кивает головой в сторону заведения. Молча соглашаюсь с ним, поднимаемся по ступенькам и входим в залитый солнечным светом зал. Небольшие столики, рассчитанные на компанию максимум из четырех человек, ютятся в небольшом помещении, окна большие с красными занавесками. - Добрый день, вам столик на двоих? – к нам подходит девушка администратор. Смотрю на нее, как на восьмое чудо света. Неказистая внешность привлекает мое внимание. Скольжу взглядом по белым коротким волосам, по серому лицу, по маленькой груди. Но мне она сейчас кажется идеалом. - Да, где-нибудь в уголке, - рычит в ответ Андрес, моя реакция не укрылась от его глаз. Парень дергает меня за руку с такой силой, что невольно заваливаюсь назад и оказываюсь подхваченным сильными руками, которые в одно мгновение смыкаются на моей талии, а ухо обжигает горячий поцелуй. Утвердил права собственника. Девушка краснеет от этой картины и отводит взгляд. Нас усадили за угловой столик, вдали от посторонних глаз. Принесли меню. Есть не хотелось, но я все равно сделал заказ, чтобы поесть еды, которая не готовится на огромной средневековой кухне в школе. Андрес же ограничился кофе и коньяком. Я заказал виски со льдом. Напился бы с удовольствием, но, боюсь компания не подходящая. Дай только возможность и этот наглец воспользуется моим бесчувственным телом. Ощущаю себя героиней какого-то дешевого любовного романа. От такого сравнения на лице появляется улыбка. - Нравится? – интересуется парень. - Очень, спасибо, - киваю я. Принесли выпивку. Салютую бокалом Андресу и делаю большой глоток. Крепкий алкоголь обжигает гортань и спускается вниз, разливаясь приятным теплом по всему телу. - Ты мне должен, - радостно сообщает он мне. - Что? – вроде о сексе речи не шло, но кто знает, какую плату затребует этот извращенец. - Поцелуй, настоящий, и поцелуешь меня сам, - Андрес улыбается, видя, как ликование стекает с моего лица. - Сейчас я в лучших рамках жанра должен воскликнуть писклявым голосом «подлец!» и влепить тебе звонкую пощечину, - я смеюсь, откидываясь на твердую спинку стула, - но не буду. Какое свидание без поцелуев? А, вообще, зачем тебе все это? – игривый тон меняется на серьезный. - Что это? – Андрес внимательно смотрит на меня. - Вся эта игра, глупое пари, которое ты заключил с Джастином. На мне свет клином не сошелся. Зачем столько усилий только для того, чтобы трахнуть меня? Официант, так не вовремя подошедший с моим заказом, едва не уронил поднос мне на голову. Я зло зыркнул на этого растяпу, из-за чего парень еще больше растерялся, сгружая тарелки на стол. - Потому что хочу трахнуть именно тебя, - отвечает Андрес, когда парень удаляется, оставив передо мной тарелку со стейком и соусами. - Свет клином на тебе, конечно, не сошелся, но ты недоступен, это привлекает. - Хм, но ты же понимаешь, что заранее проиграл, к чему так изворачиваться? - Это ты так думаешь, - пожимает плечами Андрес, - у меня другое мнение на сей счет. Кушай, солнце мое, - он кивает на мое блюдо. А мне резко расхотелось есть, после таких слов. Его самоуверенность меня настораживает, а открытое заявление, что он хочет только голого секса, обижает. Мог бы для приличия поиграть в любовь. Хотя, если бы он так себя повел, то не получил бы даже призрачного шанса. Я не пятнадцатилетняя девочка, которая верит таким плохим мальчикам, как Андрес. Стоп. А значит, сейчас у него шанс есть? Этот вопрос заставил меня крепко задуматься. И чем больше я думал, тем больше понимал, что шанс есть. Пусть мизерный, но есть. Мне такой расклад совершенно не понравился. Не хочу даже думать, что у нас с ним что-то может быть. Но свое я не заткнешь, оно будет орать в голове, даже если закрыть уши. - Спасибо за честность, - усмехаюсь я, мысленно строя планы, как оградить себя от постоянного влияния этого человека. Горячий, темпераментный, наверняка, просто Бог в постели. Испанская кровь дает о себе знать не только во внешности, но и в поступках. Сколько процентов из ста, что я все же не уступлю ему. Сейчас, могу с уверенностью сказать, что девяносто девять. А что будет через несколько месяцев? После посещения ресторана, где этому негодяю удалось запутать меня в себе еще больше только из-за того, что он не скрывает своих намерений, мы отправились гулять по городу. Тихий, спокойный провинциальный городок, где после наступления темноты население быстро вымирает. На улицах сложно встретить людей, гуляющих, бродящих среди домов так же, как и мы. - Мэтью! – де Агилар окликает меня. Останавливаюсь посередине выгнутого дугой мостика через мелкую речушку. Легкий ветерок треплет волосы, небо чистое, в отличие от вчерашнего вечера, на нем зажигаются звездочки. Романтика, одним словом. В руке тлеет сигарета. - М-м-м? – оборачиваюсь к нему. Андрес стоит очень близко ко мне. Чувствую аромат его туалетной воды, даже несмотря на то, что вокруг меня витает сигаретный дым. Взгляд утыкается в его шею. У нас ощутимая разница в росте. Андрес проводит пальцами по щеке. От этого наполненного нежностью жеста щемит сердце, еще хуже становится от того, что знаю, что это неправда. Замысловатая игра, которую ведем мы оба. Рано или поздно она закончится и, не смотря на ее исход, больше нас ничего не будет связывать. Пока я предаюсь своим внезапно грустным мыслям, Андрес слегка наклоняется ко мне. - Ты должен мне поцелуй, - шепчет он, опаляя дыханием губы. Не раздумывая ни секунды, жадно припадаю к его губам, встаю на цыпочки и обвиваю руками его шею. Получается, как в сказке. Принц целует свою принцессу. Только в сказках все заканчивается фразой «жили они долго и счастливо», а у нас закончится все банально, «перепихнулись и разошлись, каждый в свою сторону». Сладость поцелуя моментально сменяется на горечь досады и обиды, кусаю Андреса за губу, просовываю язык ему в рот, хочу сделать больно, показать, что я сильнее, чем он думает. Поэтому не отстраняюсь даже, когда чувствую, что мне необходим глоток воздуха. Поцелуй получается страстный сверх меры, но только я знаю, что к желанию он не имеет никакого отношения. Эта остервенелость с моей стороны не что иное, как попытка выплеснуть тупую боль, которая будоражит душу по непонятным причинам. Андрес сам разрывает поцелуй и касается губами моего лба, притягивает в объятия, заключая в кольцо сильных рук. Его секундная слабость. А потом мы идем дальше, как ни в чем не бывало, словно не было этого поцелуя. И снова школа, и снова непроглядный мрак парка. Иду впереди, всматриваясь под ноги. Нечеловеческий вопль заставляет замереть, с глухим стуком опускаю ногу на каменную дорожку. Оборачиваюсь. Андрес смотрит на меня широко раскрытыми глазами, в них читается страх. Я тоже напуган, противный холодок ползет по позвоночнику, но тело реагирует быстрее, чем мозг. Срываюсь с места, бегу в ту сторону, откуда несколькими секундами назад раздавался этот звук, заставляющий кровь стыть в венах. Андрес бежит за мной. Вылетаю на небольшое пространство среди деревьев. Едва не наступаю на парня, что лежит возле моих ног. Шорох кустов и за спиной появляется де Агилар. Нет крови, нет вывернутых кишок. Только искаженная, неправильная человеческая фигурка на мокрой земле. Пока я стою и таращусь на смутно знакомое лицо, застывшее маской нестерпимой боли, Андрес подходит к парню и присаживается на корточки. Дотрагивается до его шеи, прощупывая пульс. - Он мертв, - холодно произносит парень и подходит ко мне. - Я его знаю, я у него сигареты стрелял, - вдруг вспоминаю, где видел этого мальчика. - Пошли, нам нечего здесь делать, - Андрес приобнимает меня за плечи и пытается увести в сторону. - А он? – указываю пальцем на мальчика, еще не могу осознать, что перед нами не живой человек, а бездушный труп. - Он останется здесь, - Андрес разворачивает меня к себе лицом, - Мэтью, он мертв, нас не должны увидеть возле трупа, это грозит не плетью, а реальным тюремным сроком. Пошли. Даю себя увести. Ноги ватные и, кажется, не гнутся в коленках, идти неудобно. В голове только звенящая пустота до тех пор, пока слух не разрезает детский плач. Резко оборачиваемся, оба. Среди деревьев мелькает синий свет. - Что это за хуйня? – ошарашенно шепчет Андрес и еще сильнее тащит меня в сторону. - Мэт, давай убираться отсюда быстрее. На удивление слушаюсь его и ускоряю шаг, постепенно срываемся на бег. Наверно, это животный страх и инстинкт самосохранения заставляют ноги бежать, а дыхание не сбиваться. Двери школы открыты. Странно, но на удивление не хватает сил. Андрес доводит меня до двери комнаты, терпеливо ждет, пока я трясущимися руками открою ее. Входит внутрь вслед за мной. - Все в порядке? – обеспокоенно спрашивает он, но страх уже отпускает, сказывается знакомая обстановка. - Д-да, - все еще немного задыхаюсь, но дыхание тоже постепенно приходит в норму. - Остаться с тобой? - Нет, - мотаю головой, хочу остаться в одиночестве. Андрес легко касается щеки и уходит. Включаю везде свет. Раздеваюсь, кофту меняю на футболку, меряю шагами комнату, нервы успокаиваются, но уснуть я в эту ночь не смогу. Выскальзываю в коридор. Ночь. Бархатная, темная, кроны деревьев в парке рассеивают призрачный свет луны, и он проникает в окна причудливыми и жутковатыми рисунками, ложится на пол, стелется под ногами. Придвигаюсь ближе к стене, чтобы спрятаться в тени. Иду вдоль, отсчитывая дверь за дверью. Несколько минут, и стою перед дверью Джастина. Этой ночью сон не придет вовсе, поэтому пришел к человеку, который может поддержать, возможно, подарить капельку покоя. Заношу руку для того, чтобы постучать, но отвлекаюсь на возню за дверью. Складывается впечатление, что там кто-то борется ну, или трахается. Хочу уйти, и не вмешиваться в личную жизнь парня. Обидно конечно, что после стольких поцелуев и намеков, он все же выбрал не меня, но что поделать. Останавливает только стон, наполненный болью, а не удовольствием. Делаю несколько шагов назад и с силой толкаю дверь. Она на удивление, оказывается, не заперта на замок, и я влетаю в полутемную комнату. Рыскаю глазами в темноте, мне отлично видна спальная часть комнаты Джастина, на кровати никого нет. Снова слышу стон. - Заткнись, сука, - звучит обозленным голосом под моими ногами, за словами следует хлесткий удар. Опускаю голову вниз. На полу лежит Джастин, его черные волосы разметались по белому ковру длинными черными лентами, синие глаза широко распахнуты и зияют, словно черные провалы в темноте, под носом кровь, она тонкими струйками стекает по щекам, губы так же в ней перемазаны. Солоноватый запах щекочет ноздри. Ноги парня широко разведены в стороны, а между ними устроился какой-то ублюдок со спущенными штанами, злым оскалом и взглядом, который пытается развеять меня по ветру. В голове что-то щелкает, мозг соображает, что здесь происходит. Кидаюсь на парня с рыком, которому позавидовал бы и разъяренный лев. Хватаю того за черные патлы и стаскиваю с Джастина, тот стонет и сворачивается клубочком, старясь слиться с ворсом ковра, который заляпан бурыми пятнами. - Считай, что ты мертв, мразь, - шиплю я, перехватывая парня удобнее и выволакиваю его в коридор. Не хочу пугать и без того перепуганного Джастина кровавыми разборками. Дотаскиваю парня до туалета. Пусто, никого нет. Этой ночью мне никто не помешает. Швыряю свою жертву в сторону, он сворачивает писсуар и падает на пол. Вода веселым фонтаном брызжет в разные стороны. Дикая ярость, сжигающая меня изнутри, не даст возможности моей жертве сопротивляться мне. Это бесполезно. Перед глазами все четко и ясно, нет никакой кровавой пелены и каких-либо других факторов, дурманящих сознание. Я кристально чисто представляю себе, что буду делать с этой тварью. Руки сами собой сжимаются в кулаки, чтобы нанести прямой сильный удар в лицо. Хруст костей, дикий вопль и кровь заливает его лицо. Парень сворачивается клубком, пряча лицо в ладонях. Его вид еще больше раззадоривает меня. Он беспомощен передо мной, как несколько минут назад был беспомощен перед ним Джастин. Эта тварь хотела изнасиловать его! Эта мысль вспенивает мозг, заставляя вновь бросаться на эту суку. Удар под ребра, он сгибается еще больше, превращаясь в голосящий комок плоти. Бью по позвоночнику, хочу, чтобы он открылся. И он разгибается, не зная, как прикрыться от моих ударов. Я не контролирую свою силу, наоборот вкладываю ее как можно больше, понимаю, что хочу убить сейчас, и не останавливаю себя. Рывком поднимаю его на ноги, но он не держится и падает вновь, даже не пытается сопротивляться, позволяя избивать себя, еще несколько слепых ударов по полуголому телу. Оно уже покрыто красными пятнами, которые позже превратятся в уродливые синяки, уверен, что у него сломаны ребра и повреждены внутренние органы, кровь повсюду, она сливается с темно-коричневым полом, но отчетливо видна на белой сантехнике. Длинное прямоугольное зеркало тоже заляпано красными пятнами. Они растекаются по гладкой поверхности, чертя страшные рисунки. Удар по почкам и парень заходится в немом крике, который перерастает в судорожные хрипы. Делаю пару шагов назад, чтобы перевести дух. Уебок, валяющийся в луже собственной крови под моими ногами, тоже приходит в себя, привстает, стеная в голос, встает на колени и поднимает голову. Его лицо перемазано в крови, на нем не видно ничего кроме его перепуганных темных глаз. - Умоляю, перестань, - еле шевелит он разбитыми губами, - я хочу жить…. Больше ни слова, только рыдания и стоны боли. Смотрю на эту жалкую картину и понимаю, что больше не трону его. Не потому что пожалел, а потому что он прав, еще немного и передо мной вновь будет лежать труп. Но все же не удерживаюсь от финальной росписи, захожу ему за спину и со всей силы бью ногой между лопаток, снова нечеловеческий вопль, в нос бьет резкий запах мочи. Отхожу от этой кучи дерьма, включаю воду и смываю с себя чужую кровь. Внутри все клокочет, адреналин струится по венам вместе с кровью, на губах жестокая улыбка, не жалею ни об одном ударе. Такая участь постигнет каждого, кто осмелится посягнуть на то, что принадлежит мне. Иду не скрываясь, быстрым размеренным шагом. Сейчас мне плевать, даже если сюда сбежится весь преподавательский состав школы и вся администрация. Дверь в комнату Джастина до сих пор нараспашку. Вхожу, закрываю ее за собой. Джастин так и сидит на ковре, лицо в крови, взгляд пустой, отсвечивает стеклянным блеском. Сажусь напротив него. - Джас, - шепчу я и провожу рукой по голове парня. Он не реагирует. Таращится в только ему одному видимую точку. Меня не замечает в упор. Поднимаюсь, прохожу по комнате, нахожу кувшин с водой, беру его рубашку с дивана, смачиваю кончик холодной водой и вновь сажусь перед Джастином. Стираю кровь с лица. Прикосновения влажной холодной ткани приводят его в чувства, парень отталкивает мою руку и непонимающе смотрит. Синие глаза вновь наполняются цветом и пониманием происходящего. - Джастин, все хорошо, это я, - говорю тихо, чтобы не испугать. - Угу, - отвечает он и позволяет отмыть с него кровь. Тру бережно и осторожно, нос распух, но не сломан. Поднимаю обнаженную фигурку на руки и отношу Джастина в постель. Парень легкий, как перышко. Маленький и беззащитный. Как можно причинить боль этому ангелу? Укутываю его одеялом, ложусь рядом. Джастина начинает трясти, отходняк, но слез нет. Он закусил губу и смотрит в потолок. - У тебя футболка в крови, - шепчет он. - Знаю, это не моя кровь, - отвечаю я и глажу его гладкие словно лучший в мире шелк волосы. - А чья? – удивленно спрашивает он и поворачивает ко мне голову. - Того ублюдка, что был в твоей комнате, - стараюсь не акцентировать внимание на том, что эта гнида пыталась сделать. - Что ты с ним сделал? – в его голосе столько волнения, что мне кажется, что я совершил самую большую глупость на свете, едва не отправив эту суку на тот свет. - Провел воспитательную беседу, - фыркаю я беззаботным голосом, хотя внутри весь сжался от напряжения, боюсь услышать укор в его голосе. - Он хоть жив? – со смешком спрашивает Джастин. - Пока да. - Мэтью, поцелуй меня, - шепчет он и тянется к моим губам. Выполняю просьбу, нежно касаясь его губ. На них еще чувствуется солоноватый холодный привкус крови. Провожу по нижней пухлой губке языком, успокаивая, демонстрируя свою поддержку. Но Джастин не согласен на пропитанный нежностью поцелуй, он пытается протолкнуть язык мне в рот, углубить ласку, разжечь во мне огонь. Приоткрываю рот и позволяю наглецу проскользнуть в него. Чувствую легкое касание к моему языку, небу, зубам. Хорошо. Прикрываю глаза. Рука Джастина спускается по груди, гладит живот, приподнимает край футболки и пытается снять ее с меня. Разрываю поцелуй и смотрю ему в глаза. В них огонек решимости и желания. - Джас, не стоит, - шепчу я в мокрые губы, понимая, куда тот клонит. - Почему нет, мне казалось, что ты был не против, - обиженно выдает он, надувая губки. На его лице такое выражение детской обиды, что мне невольно становится смешно. Улыбаюсь. - Джастин, я очень даже за, но не при таких обстоятельствах, - Джастин слушает меня, но продолжает ласкать, поглаживая мой торс, теребит пальцами сережку. Его движения немного нервные и иногда он тянет за капельку слишком сильно. - Брось, Мэт, какие обстоятельства, - нервно усмехается он. - Джастин, пусть это будет на холодные головы. - Разве сексом занимаются с холодной головой? – парень снова тянется к моим губам, он решительно настроен получить то, чего хочет, - Мэтью, может статься так, что в один прекрасный день или ночь ты не придешь. Не хочу быть изнасилованным в первый раз каким-нибудь ублюдком. Хочу сделать это с тобой и по своему желанию, - его шепот становится сбивчивым, дыхание частым, руки оставили в покое мою сережку и забрались под пояс джинс, поглаживая и пощипывая жесткие волоски. Что могу сказать... Его аргумент меня убедил, а его ласки откинули все сомнения, что не честно сейчас так поступать по отношению к нему. Хочет, значит получит. Перехватываю его руку, наваливаюсь, перекатывая на спину, и прижимаю своим весом. Одеяло летит в сторону, а я добираюсь до голого тела. Джастин горячий, нагретый теплом постели и моего собственного тела. Снимаю футболку, позволяя ему любоваться моим телом и дарить ему ласки. Он не девственник в прямом понимании, секс с девушками у него определенно был. Его ласки настойчивы и уверены. Джастин проводит раскрытыми ладонями по груди, зажимает в пальцах соски, вырывая у меня тихий стон и посылая волну возбуждения прямиком в пах. Завожусь в один момент. Нет больше той силы, что способна остановить меня сейчас. Хочу его. Целую его грудь, сжимаю в кулаке пряди волос, провожу языком по подбородку, снова чувствуя на языке привкус крови. Джастин уже порядком возбужден, его член зажат между нашими телами, и парень двигается подо мной, стараясь вновь и вновь тереться о мой живот, задевать головкой золотое украшение. Из его рта один за другим вырываются стоны. Он немного дрожит. Слишком сильно возбужден. Медленные ласки сейчас будут только мучением для него. Встаю с кровати и снимаю джинсы. - Джастин, у тебя есть какой-нибудь жирный крем? – тихо спрашиваю я, наблюдая за тем, как извивается на белых простынях мой будущий любовник. - В ванной, - выдыхает он. Иду в указанном направлении, на полке нахожу то, что нужно, забираю с собой. - Джас, а как насчет презервативов? – задаю очередной вопрос, ложась рядом с ним. - Нет, - мотает головой он и смотрит с паникой в глазах, опасаясь, что я остановлюсь. - Уверен? – спрашиваю, пока голова и тело немного остыли, а возбуждение перестало быть таким болезненно сильным. - Да, - Джастин в отличие от меня разошелся еще сильнее. В свете, что падает из окна, видно, что его член истек смазкой и требует настойчивой ласки. Кладу на него руку, провожу по всей длине. Нежная, мягкая кожа, обтягивающая твердый стержень. Приятно, пах ноет. Хочу его. Усаживаюсь удобнее между его ног, выдавливаю крем на руку, снова начинаю ласкать плоть Джаса, другую руку просовываю между ягодиц, провожу между ними ребром ладони, чувствуя, как там горячо. Касаюсь пальцами с кремом тугой дырочки и сразу же просовываю один внутрь. Джастин стонет и извивается. Он даже не замечает дискомфорта, сейчас все его чувства сосредоточены на члене, который все быстрее ласкает моя рука. Пользуюсь его невнимательностью и просовываю в тело еще один палец, начиная быстро двигать внутри. Глаза парня распахиваются, он, наконец, чувствует мои манипуляции, но не препятствует и не отстранятся, снова закрывает глаза. - Мэтью, не тяни больше, - просит он дрожащим голосом, спустя несколько минут. - Хорошо, - убираю от него руки и касаюсь губ. Целуемся, пока я смазываю свой изнывающий от недостатка ласк и истекающий смазкой член. Отстраняюсь, развожу его ноги еще шире и слегка приподнимаю. Джастин смотрит на меня, а я сосредотачиваю взгляд на его глазах, направляю член в растянутую дырочку и медленно начинаю проталкиваться внутрь. Джас молодец, не зажимается, позволяя мне беспрепятственно проникать в безумно тесную глубину. Сам разрываю зрительный контакт, прикрывая веки. Жар растекается по венам, удовольствие впитывается в каждую клеточку тела. Стон слетает с губ. Джастин вторит мне, когда я погружаюсь в него до конца. Неспешные, размеренные движения дарят удовольствие нам обоим. Джастин вскоре подстраивается под ритм моих движений и начинает двигаться навстречу. Единый ритм, единые движения, единое наслаждение, толкающее к яркой вспышке. Джастин стонет, раскрывается для меня еще больше, он уже близок к разрядке, я тоже скоро взорвусь. Его жар и теснота сводят с ума, даря слишком яркое и острое удовольствие. Начинаю двигаться быстрее, еще немного и кончу. Кладу руку на его член и начинаю двигать, чтобы помочь ему получить то, что жаждет каждая частичка его тела. Член мокрый и горячий, хватает нескольких секунд и пары движений, чтобы Джастин кончил с громким стоном, сжимая меня внутри, лишая воли и сознания, даря самый сильный оргазм, который я когда-либо испытывал. Не успеваю выйти из его тела и изливаюсь глубоко внутри. Надеюсь, он не будет против такого своеволия. Падаю рядом с парнем, силой воли пытаясь отогнать разноцветных мух, кружащих перед глазами. - Спасибо, - шепчет он, - касаясь мочки уха губами. Ничего не отвечаю, просто лежу рядом и восстанавливаю сбившееся дыхание. Через пару минут Джастин засыпает. Встаю, одеваюсь и покидаю его комнату. Чувствую, насколько сильно хочу спать. Уже в своей комнате падаю на кровать, надеясь, что удастся поспать хотя бы пару-тройку часов.