Дар Калисто

Эризон в компании своих друзей наконец дошла до Святого леса Нимфадоры. Это место находилось в восточной части Камелии и пересекалось с Темным лесом. Здесь проживали светлые эльфы, дриады и нимфы. Но главным сокровищем леса было — Древо Судьбы. Оно могло исцелить больных, указать верный путь и ответить на множество вопросов. На золотых ветвях дерева проживалась жизнь каждого человека. Когда смертный рождался, то одновременно с ним вырастал маленький листок. Они жили и умирали вместе, пусть и были разделены расстоянием. Кшира надеялась, что Древо Судьбы укажет ей путь. Поможет отыскать Саймона. Подскажет, как спасти его. Была вероятность, что Нимфадора откажется, но… Девушка не могла не попробовать. — Думаешь, она станет с тобой говорить? — Сэм задумчиво сдвинул брови на переносице. — Не знаю, но, — Эризон вздохнула. — Я должна хотя бы попытаться.  — Ты же знаешь, мы на твоей стороне, — русал ободряюще улыбнулся и положил руку ей на плечо. В этом был весь Сэм. Милый, добрый и надежный. Он был хорошим парнем. Иногда кшире казалось, что у него есть к ней симпатия. Возможно, не встреть она Саймона, у них с Сэмом что-то могло получиться. Но… Теперь в мыслях девушки был пугающий, черный маг. Это было странно. Сложно. Эризон не могла объяснить откуда родились ее непонятные чувства. После того времени, что она провела в подвале мучителя… Все изменилось. Поменялась она сама. Кшира считала, что Саймон несчастен. Что непременно нуждается в понимании и любви. Что вот-вот именно она, Эризон, сможет наставить его на путь истинный, спасти от тьмы и вытащить на свет. Так юна и наивна была эта чистая девушка. И так бесконечно глупа… Любовь — жестока. Словно яд, который отравляет сердце. — Габриэль! — раздался ровный женский голос из сумки принца. Вампир покраснел под удивленными взглядами друзей. — Это мама! — тихо прошептал юноша и стал рыться в своей сумке. Когда Габриэль извлек на свет небольшое зеркальце, он поднес палец к губам, красноречиво смотря на своих спутников. Эри и Сэм все поняли и кивнули, отходя в сторону.  — Привет, ма, — произнес парень, неловко улыбаясь. В зеркале появилось лицо красивой женщины. Теплые каре-зеленые глаза, русые волосы и совершенно не бледная кожа. Для вампиров — это было невозможной редкостью. Ее Величество Арелика обладала особенным даром. Дар Смерти и Дар Жизни полностью поглощают расовые особенности существ, которым достались. Демон с Даром Смерти, например, не будет иметь рогов и крыльев. А у вампира, обладающего Даром Жизни, не будет клыков и алых глаз. Отчасти, такие существа все же относятся к своим расам, но при этом не являются ими. Дети же, рожденные от таких дарованных, переменяют расу второго родителя. Так, например, получилось в семье Габриэля. Король Валерьяны — Валерьмир Новат-Эр-Ольск был вампиром, а королева Арелика считалась человеком из-за своего Дара Жизни. Их общее дитя, по идее, должно было стать дампиром, но это было невозможно. Дар Жизни не передается. Поэтому Габриэль смог родиться чистокровным вампиром и полностью перенял черты своего отца. — Сын мой, — королева внимательно посмотрела на своего ребенка. — Завтра будет званный ужин. Мы ждем тебя.  — Я, — юноша замешкался. — Я не в школе. Мы тут с друзьями по важному делу. Каре-зеленые глаза матери сощурились:  — Принц должен выполнять свой долг. Долг перед народом. Не перед друзьями. Габриэль замер. Ее Высочество Арелика была права. Как он взойдет на престол, если между верноподданными и дружбой парень выбирает последнее? С большой властью приходит и огромная ответственность. Это всегда надо знать.  — Я понял, — голос вампира был подавлен. — Я приду. Обещаю. Лицо женщины в зеркале довольно улыбнулось и исчезло.  — Я, — начал принц.  — Мы слышали, — Сэм потер свой затылок. — Ты, наверное, должен идти. Габриэль кивнул, накинул свою сумку себе на плечи и повернул прочь от друзей. Кшира и русал продолжили путь до Нимфадоры только вдвоем. Вскоре перед ребятами предстало огромное золотое дерево.  — Древо Судьбы, полагаю, — произнес Сэм.  — Да, — тихо протянула Эризон, а глаза ее светились восторгом. — Оно прекрасно! Когда-то Нимфадора была главной нимфой и хранительницей Святого леса. Однажды она влюбилась в человека и захотела сбежать с ним. Оставить свой пост, свой лес. Оракул узнала об этом и сообщила Каме. Великая богиня использовала одно из своих алхимических зелий и соединила Нимфадору с деревом. Тело женщины срослось с корой, а спустя тысячелетия их было даже не отличить. Избранника же постигла еще более пугающая участь. Кама отдала юношу на растерзание Калисто. Его убивали прямо перед Нимфадрой. Женщина слышала крики любимого, видела его боль и смерть, но не могла ничем помочь. С тех пор прошло много времени, но нимфа до сих пор помнит о событиях той страшной ночи. — Эризон Ласт Де Шир, я знала, что ты придешь, — женский голос раздался из дерева. — Помоги мне отыскать Саймона! — крикнула девушка. — Прошу! — Ты любишь его? — золотые ветви скорбно зашевелись.  — Да, — кшира отвернулась от своего друга. Ей было стыдно смотреть в глаза Сэму. Стыдно за саму себя. За чувства, что она испытывала.  — Возьми это, — с дерева прямо на руку кширы упал листок. — Он укажет тебе путь.  — Спасибо, — поблагодарила Эризон. — Спасибо! Когда друзья отошли от Нимфадоры, достаточно далеко, русал прервал гнетущее молчание.  — Значит, — начал он. — Любишь его? В голубых глазах юноши плескалась боль. Сэм уже догадывался, но не мог признаться себе в этом. Не мог поверить, что Эри сможет полюбить убийцу. Она не должна была… Почему у судьбы такое паршивое чувство юмора? Не могло же все быть так просто, да? Любить девушку много лет и бояться рассказать ей о своих чувствах… Когда же Сэм, наконец, решился — Эризон пропала. Он места себе не находил. Постоянно переживал, даже хотел броситься ее искать, но не успел. Девушка вернулась, и… Русал больше не узнавал свою милую Эри. Подруга стала другой. Сломанной. Безумной. Влюбленной…  — Да, — кшира выдохнула. — Мне… Жаль… Прости. Схватив друга за руки, она быстро проговорила:  — Я пойму, если ты уйдешь! Правда! Пойму! Юноша с нежностью посмотрел в ее глаза и обнял.  — Даже, если бы я хотел, — начал он. — Я бы не смог оставить тебя. Никогда. Они оба знали, что обречены. Что, возможно, никогда не будут счастливы. Эризон никогда не сможет полюбить своего друга, а Сэм никогда не заменит ей черного мага. Уже дважды в этом лесу рушились надежды. И дважды уничтожалась любовь. Таким хочет видеть свой мир, Кама?