Преследование

Сегодня выставила целых три главы. Одна мрачнее другой. Оставляйте комментарии ниже, мне важно ваше мнение. Спасибо тем, кто читает. Вы мои самые-самые:)

Стайлз Стилински был готов на все что бы остановить боль. Он мог продать душу дьяволу, умереть… Эти нескончаемые часы адской боли довели его до изнеможения. Только его мучитель получал от этого удовольствие, глядя на истекающего, хрипло кричащего подростка, захлебывающегося собственной кровью. Передышку ему дали раз, позволив отрубиться от этого кошмара и провести в забвении какое-то время. Это были лучшие часы в жизни Стайлза хотя бы потому что в это время ему не нужно было ничего ощущать, можно было отдаться в руки медика, который подлатал особо глубокие порезы и вколол смесь адреналина и обезболивающего в кровь. Так парень мог продержаться еще какое-то время, не откинувшись на тот свет. Стайлз не видел снов, только образ Алиши стоял перед ним. Девушка улыбалась и легко гладила его по щеке, прохладой успокаивая боль. Стайлз видел этот образ так отчетливо, что на секунду поверил, что это реальность, что он выбрался из ада и теперь находится во власти любимой девушки. Стайлз не мог поверить, что их разлучили сразу после того, как он открыл для себя это чувство. Что нашел нужного ему человека, с которым мог находиться рядом, не о чем не тревожась. Не должны они были расстаться, не должен Стайлз покинуть своего хрупкого ангела. Стайлз не представлял, что испытывала Алиша сейчас, но его сердце заходилось в бешеной тоске, и душа просто сжималась от пустоты. Жаль его не спасут, и он скоро умрет. Но не должен он был умирать вот так. В комнате, замученный до смерти. Нет! Нет! Стилински резко открыл глаза. В них стояли слезы от боли и отчаяния. Впервые глаза не резал яркий искусственный свет, но и впервые руки были не связаны веревками. В комнате никого не было, но и комната была другая. Прямо перед ним стояла ванная наполненная водой и льдом, о назначении которой парень старался не думать. Стайлз беспомощно откинулся на спинку. Из этого серого каменного помещения не сбежать. Только стоящие вокруг стеллажи с коробками наталкивали на мысли, где он находится. Он прикрыл глаза, наслаждаясь мгновениями без боли. Где-то вдалеке хлопнула дверь. По бетонному полу раздались шаги сразу четырех или пяти человек. — Он не говорит, шеф, только язвит и кричит, — донесся до слуха Стайлза баритон его мучителя. — Ты видимо не стараешься, Хьюго, — прохрипел голос в ответ. Сколько в нем было жестокости и власти, что Стайлз немного поежился. Совсем немного, потому что боялся вновь почувствовать боль. — Будите этого сорванца. Стайлз открыл глаза, боясь, что ему причинят боль. Он знал, это в скором времени случится, но лучше оттягивать этот ужасный миг, который сотрет время, растянет его адские муки и затопит мозг жгучей болью. — Он очнулся сам, шеф, — крикнул баритон, и перед глазами Стайлза выросло лицо мучителя. Это был мужчина примерно сорока лет, с жиденькой бороденкой и лысым черепом. Он плотоядно улыбнулся, обнажая кривоватые желтые зубы. — Доброго вечера, Стайлз, — проворковал он, хлопнув ладонью по опухшей скуле. Стайлз сморщился от удара, сдерживая болевой стон. — Без тебя будет добрее, — выплюнул он. — И впрямь дерзкий, — раздался хриплый голос слева. Стайлз повернул голову на звук. В окружении трех телохранителей стоял мужчина за тридцать пять. Его черные волосы гладко прилизаны, а через горло к правой щеке проходил широкий белый шрам, ярко выделяющийся на фоне смуглой кожи. — Искупайте его, пускай охладится. От телохранителей отделился один и подхватил за ноги Стайлза. Хьюго же схватил парня под мышками, грубо вздергивая в воздух. Стайлз захотел вырваться, но это движение вызвало волну адской боли, от которой в голове помутилось. — Надеюсь, что вода соленая, — прохрипел мужчина. Стайлза резко опустили в ванну, ледяная вода охватила тело парня, от чего дыханье перехватило, а сердце ёкнуло в груди. Секундное замешательство и шок организма сменилось внезапной болью. Это было настолько обжигающе, что мозг начал плавиться, как будто туда влили раскаленный металл. Стайлз закричал так пронзительно, что кровь бы застыла в жилах, крик сменился хрипом, но парень не замолкал. Он начал выворачиваться из цепких рук мучителей, но ничего не получалось. От этого становилось только хуже. Стайлз продолжал кричать, сглатывать хлынувшие от боли слезы и пытаться выбраться из ванной. Хьюго сильнее надавил на плечи парня и погрузил с головой под лед. Стайлз так и не услышал воя сирен полицейских машин. Не услышал врывающийся спецназ, не услышал, как сдался «Шеф» и его свита. Он больше ничего не слышал. Он покинул этот мир и избавился от этой одуряющей боли.