Драко Малфой и спальня родителей

В фамильном особняке Малфоев в Уиптшире, что стоял в лучшем районе магической Англии, во время завтрака разразился очередной скандал. Мистер Малфой, отец семейства, отчитывал своего единственного сына за невыученный урок. Младший же Малфой, по имени Драко, все лето и так занимался школьными заданиями, зазубривая все до идеала, повторяя раз за разом. Сделать это было не всегда просто, ведь юный аристократ учился не в обычной школе, а школе чародейства и волшебства - Хогвардсе. Да и сам Драко был не обычным мальчиком, а волшебником из древнего чистокровного и, что более важно - аристократического рода. И это накладывало на него массу обязательств. Например, учиться лучше всех. - Я бы занимался лучше, если бы вы не заставляли меня это делать во время трансляций кубка по квиддичу, а отпускали посмотреть матч! - Драко отодвинул тарелку и насупился, сложив руки на груди, всем своим обиженным видом показывая, что больше не намерен ничего делать или говорить, пока ему не дадут посмотреть на Виктора Крама. Квиддичем называлась любимая игра всех магов, где в воздухе летают четыре мяча, а за ними гоняются на метлах по семь игроков от каждой из двух команд. Крам был капитаном сборной Дурмштранга и ловцом Болгарской сборной. Кто бы подумал, что Драко мог получать образование вместе с Виктором, если бы его матушка не настояла на Хогвардсе, где они в свое время учились вместе с отцом, пусть даже бок о бок с грязнокровками. Люциус считал это неприемлемым для наследника, однако был вынужден уступить жене. По разным причинам. - Я, по-твоему, похож на глупого маггла? Матчи сейчас идут весь день. Ты и так днюешь и ночуешь перед ретранслятором! - не выдержал Люциус, повышая голос так, что синие вены на висках стали просвечивать сквозь тонкую бледную кожу. - Дорогой, - Нарцисса накрыла его руку, сжимающую серебряную вилку, своей ладонью. - Давай сегодня ты его простишь, ведь это такой день. Драко просиял: наконец-то они вспомнили, что у него сегодня День Рождения! Люциус кивнул, слегка улыбнувшись жене, хотя положение дел его не радовало от слова "совсем". - Да, сегодня, как вы помните, у нас важный день... - благосклонно сменил тему хозяин дома. Драко ловил каждое слово отца, в надежде услышать, как тот гордится, что его сыну уже исполнилось двенадцать, и что он совсем большой и может получить отцовский перстень как символ возмужания. Но Люциус продолжал совсем о другом: - Сегодня вечером состоится бал в нашем особняке. Приглашены все высокопоставленные гости. Это очень важно и для меня, и для нас всех, - счел нужным добавить Малфой-старший, не найдя поддержки во взглядах присутствующих. Драко никогда не понимал, почему на ЕГО День Рождения приглашаются НЕ ЕГО друзья. Объяснялось, на самом деле, все очень просто, но Драко не следовало этого знать. Отец вел свою политику. И, если Люциус выставлял все так, как будто это делается для Драко, то сын вполне мог быть лишь орудием в достижении материально более полезной цели, нежели искренняя улыбка сына. Так было и сейчас – Люциус собирал нужных людей. Ему была необходима поддержка магов в его далеко идущих планах в отношении школы чародейства и волшебства Хогвардс, где он был всего лишь главой попечительского совета, пусть даже само по себе это было достижением не малым. Прошлый год выдался не вполне удачным как для него самого, так и для его сына, что портило репутацию Малфоя-старшего. Срочно нужно было предпринимать меры. И они были предприняты. Бал! Политический бал. Стиснув зубы, юный аристократ продолжил ковыряться серебряной вилкой в тарелке. А ведь он всего лишь хотел маленький подарок, хотя бы в этот единственный день в году: обычную семью с любящими родителями. Разве это так много? Это был худший День Рождения в его жизни. - Сегодня бал, и ты можешь не учить уроки, но завтра вызубришь защитные заклинания, - Люциус смирился, что ему не удастся сейчас наставить сына на путь, достойный продолжателя рода Малфоев. - Отец, зачем мне эти защитные заклинания, если эти грязнокровки и магглы даже против нашего "Серпенсортия" не выстоят! - недавольно буркнул то, что всегда слышал от отца Драко. Он вообще очень любил повторять все за отцом, который казался ему идеалом. Конечно, не тогда, когда наказывал, но это случалось лишь при матери, наедине он всегда был более добр к мальчику, если не сказать больше. Но сын верил, что заслуживает гнева отца, хоть не всегда и понимал, за что. Однако отцу было виднее, ведь Лорд Малфой не может ошибаться! От упоминания такого ругательства как "грязнокровка", да еще и за столом, Нарцисса прикрыла рот ладонью. - Драко, где ты слов таких понабрался? - обеспокоилась мать. - Марш из-за стола, - поморщился Люциус, словно сам так никогда не говорил. - Но, отец, ты же сам… - Драко, не понимая, в чем провинился, виновато посмотрел на мать, хоть и обратился к отцу. Он боялся ее огорчить ничуть не меньше, чем разочаровать отца. И теребил теперь взволнованно салфетку на коленях. - Только что сквозь твой открытый против меня рот улетел Нимбус 2001, который я тебе обещал, - степенно заметил Люциус и, как ни в чем не бывало, продолжил трапезу. Нарцисса решила, что потом поговорит с Люциусом о воспитании их сына, а пока она лишь сочувственно посмотрела на Драко, зная, как он хотел эту метлу: жаль, деньгами в доме Малфоев занималась не она. И, может, именно поэтому они водились здесь в избытке. Драко встал из-за стола, со злостью выкинув салфетку. - Юноша, вы не доели, - сердито заметила мать, которой, как и остальным членам семье, вообще-то было не по статусу проявлять какие-то эмоции на людях. - Меня отец отпустил! - с этими словами Драко убежал в свою комнату. Уже вечером они, все вместе, будут улыбаться гостям, проговаривая льстивые и лживые комплименты, ища пути к властьимеющим этого магического мира. Сейчас же Драко сидел у себя в комнате на подоконнике, подобрав колени к груди, и отправлял в рот конфету за конфетой. День ничем не отличался от обычного выходного, что само по себе не радовало. Это должен был быть ЕГО день! Занятий ни по музыке, ни по фехтованию, ни по зельеварению не было. Все эльфы только и успевали, что получать тумаков от мистера Малфоя-старшего, и им было совсем не до жалких попыток играть в квиддич. Конфеты уже лезли из ушей. Пакостить, чтобы хоть как-то себя развлечь, тоже было некому. Родители слишком увлеклись хлопотами к предстоящему балу – ведь все должно было быть идеально к приезду самого Министра Магии. День был хуже некуда. Авадя все и вся про себя, особенно тот день, когда появился на свет, маленький аристократ натянул на себя летную мантию, не забыл о специальных очках и защите, вышел в сад, а затем взял метлу, призвав ее настолько "ловко", что она отбила ему палец. Бросив на землю эту бесполезную палку, Драко топнул ногой от бессилия, лелея ушибленную руку. День становился все хуже, хотя казалось, что хуже и быть не может. Как же он ошибался. Только Драко хотел пнуть свою метлу, как та резко отодвинулась от удара, и мальчишка приземлился на свою пятую точку, поскользнувшись на траве. Это было еще не все. Прямо на лоб ему приземлилась первая смачная дождевая капля, холодом растекшаяся по бледной коже. - Хочу МОЙ день Рождения! Хочу! Хочу! Хочу! Хочу подарки! Хочу обратно в школу! К остолопам Крэббу и Гойлу, к Пэнси. Да хоть к самому Поттеру с этой всезнайкой Грейнджер и идиотом Уиииизли! - взвыл Драко, жмурясь от слез смешивающихся с дождем. - Драко, вы простудитесь, - вырвал его из истерики и катания по мокрой траве мягкий знакомый голос. Драко замер. Черные остроносые туфли, темно-синие брючины с добрым десятком пуговиц, застегнутый намертво сюртук, белый воротничок... - Профессор! - Драко моментально вскочил, вытирая ладонью слезы и оставляя дорожку грязи на щеке. Лицо Снейпа ничего не выражало. - Я... мне... Мне снитч в глаз залетел! - нашел оправдание Драко своим слезам. - Разумеется, - благосклонно кивнул Северус. - Ведь ты уже почти взрослый и просто так плакать не будешь. И, надеюсь, достаточно взрослый, чтобы я мог подарить тебе это. Снейп протянул мальчику книгу, завернутую в обычную сероватую, слегка помятую бумагу, словно взятую из мясной лавки. - С Днем рождения, юный Малфой, - Снейп даже позволил себе легкую улыбку, увидев в глазах мальчика вселенскую благодарность за то, что профессор вспомнил про его праздник. Словно сегодня Драко никто больше и не поздравил. Снейп не знал, разумеется, что так оно и было. Все вроде и помнили, но это было как сам собой разумеющийся факт. А ведь Драко исполнилось целых двенадцать лет! Драко нетерпеливо сорвал бумагу с подарка и прочел себе под нос: - "Яды - от лечения до погребения"… Спасибо, профессор, - как требовали того манеры, поблагодарил мальчик. Он-то ожидал от друга отца скорее набор юного зельевара, чем это. - Используй с умом, - с непонятным нажимом сказал Снейп, а потом развернулся на пятках и отправился к дому Малфоев, мокнуть под дождем дальше у него, видимо, не было ни малейшего желания. Драко нахмурился, смотря ему в спину. День Рождения был действительно хуже некуда! Но тут на голову мальчишке сова скинула конверт и, угукнув на прощание, поспешила прочь. Драко махнул кулаком в сторону птицы, грозя ей самыми страшными карами, и сам уронил в мокрую траву книгу, которая, разумеется, раскрылась. Убрав подмышку мокрую книжку, а в другой грязной ладони сжимая мокнущий конверт, изрисованный сердечками, Драко побрел за профессором. Скинув на пол мокрым комком грязную мантию и умывшись, именинник вскрыл конверт, умудрившись чуть ли не порвать письмо надвое. На странице он увидел детский и девчачий аккуратный почерк. "Драко! Как погода? Родители сказали, что у тебя сегодня День Рождения, и что я должна поздравить тебя. Поздравляю с Днем Рождения. А еще они сказали, что будет хорошо, если об этом узнает твой отец. Поэтому покажи письмо и ему. С любовью, Пэнси Паркинсон". Драко поморщился и смял письмо, выкидывая его на грязную мантию. Домовики все равно все уберут. Не зря же отец их держит? Может, не так уж и плохо, что его никто не поздравлял?