"Свет в Темноте"

Локи и я спускаемся к сцене. Мне немного жалко это великолепное здание. Оно не заслужило такого одиночества. Интересно, подлежит ли оно ремонту? - Отличное место. Оно мне подходит,- воодушевлённо говорит Локи, уже поднимаясь на сцену. Я остаюсь внизу с ничего не понимающим лицом и смотрю на зеленоглазого. Теперь, стоя на сцене, он выглядит ещё выше и величественнее. - Мне тоже нравится театр, но я пока что не понимаю, для чего мы здесь. Объяснишь? - Немного прохладно, да?- словно не услышав моего вопроса, произносит Локи. Рогатый подходит к стене и дотрагивается до неё остриём скипетра. Энергия тесеракта начинает покрывать точку соприкосновения, и уже через минуту все стены в зале становятся ярко-голубыми. Я любуюсь этим странным видом. Локи тоже смотрит на свою работу и, убедившись, что все стены покрыты энергией тесеракта, убирает скипетр. Свечение тут же гаснет, и зал становится таким, каким был прежде. - Сейчас станет теплее,- поясняет Локи и возвращается к середине сцены.- Благодаря новому скипетру я на многое способен, но единственное, что мне недоступно, так это телепортироваться в Гранцгем, а это единственное место, где я смогу привести свой план в исполнение. Если мы будем идти, то это будет слишком долго. Необходимо действовать быстрее. Локи кончиком скипетра чертит на деревянном полу странные знаки. Они начинают светиться голубым. - Способность телепортироваться не утрачена окончательно. Я могу её вернуть, но только не на долгое время. Этому ритуалу я обучился сам, без помощи Аммиана. Локи заканчивает последний знак, и вокруг него появляется световая стена. Я, как зачарованная, наблюдаю за происходящим. - Для ритуала требуется время. Я не буду ничего слышать и видеть. Не смей выходить из здания, Дженни. Переночуем мы здесь, а завтра телепортируемся на некоторое расстояние, на которое я буду способен, и мне вновь потребуется провести ритуал. Теперь тебе всё ясно? Зелёные глаза строго смотрят на меня и ждут ответа. - Да, да, я поняла,- недовольно бормочу я. Разговаривает со мной, как с ребёнком. - Отлично. Теперь не мешай. Рогатый закрывает глаза и покрывается золотистым сиянием. Шлем и секира исчезают, и Локи уже свободными руками прикасается к световой стене, окружающей его. Свечение становится ярче, и зеленоглазого почти не видно. Я немного жмурюсь от яркого голубого света. Постепенно свечение спадает, но Локи не опускает руки. Знаки на полу то гаснут, то загораются вновь. Световая стена пульсирует ярко-синим и ярко-голубым. Зрелище необыкновенное. Я заворожённо любуюсь цветами, яркостью красок, и, конечно, самим Локи. На красивом бледном лице играют голубые блики, его пальцы сосредотачиваются на световой стене и немного подрагивают, словно по ним проходит ток. Я не двигаясь, стою на месте и наблюдаю за происходящим на сцене. Но меня хватает ровно на пять минут. Больше ничего интересного не происходит, и я, шумно выдохнув, обтряхиваю одно из бордовых кресел и сажусь . Интересно, сколько будет длится ритуал? Я же умру от скуки. Оглядываюсь в поисках чего-нибудь интересного. В помещении и правда становится тепло. Снимаю куртку, рюкзак и встаю с кресла. Поднимаюсь на сцену, заглядываю за кулисы, но ничего интересного там не нахожу, кроме пыли, канатов, остатков мебели и пару мышек. Зацепив одну из кулис, чихаю из-за поднявшейся пыли. Подхожу ближе к световой стен и смотрю в полюбившееся мне лицо. Интересно, он и правда ничего не видит. Машу рукой, показываю различные жесты, но зеленоглазый не проявляет никакой реакции. Не зная, чем заняться, решаю послушать музыку. В телефоне нет пропущенных от мамы, значит тётя Милли не рассказала ей о моём путешествии. Нужно самой позвонить маме и поздравить её с наступающим. Открываю контакты и нахожу её номер. На экране выскакивает картинка с кексами в шоколадном креме. Помню, в одно время, когда мама малость набрала вес, стоя перед зеркалом, она называла себя кексом. Вот я и решила в шутку поставить на её номер такую картинку. И сейчас пожалела об этом. Голод усилился, и живот вновь начал что-то недовольно бормотать. Нет! Только не сейчас! Я жалобно смотрю на Локи, но он и не думает заканчивать свой ритуал. Видимо это затянется на дольше, чем я думала. А что если уйти ненадолго, чтобы перекусить в первом попавшемся кафе? Только мне за это может сильно влететь. Локи сказал, чтобы я никуда не уходила. Рискнуть или нет? Я должна успеть до того, как закончится ритуал. Ну я же всё-таки должна что-нибудь поесть. Зеленоглазый должен понимать меня. Так что бояться нечего. Одеваю куртку , закидываю рюкзак за спину и осторожно, постоянно оглядываясь на сцену, иду к выходу. Последний раз взглянув на стоящего в голубом свечении Локи, тихо закрываю за собой двери и бегу на улицу. Нельзя терять ни минуты, ведь этот чёртов ритуал может закончится в любой момент. Через некоторое время я достигаю центра городка. Быстрыми шагами иду к кафе, которое приметила ещё по пути в театр. Тут моё внимание привлекает предмет на витрине. Вау, а это мне кое-что напоминает. Что если подарить это Локи? Хоть он и не знает о празднике, подарки никто не отменял. ___ Я уплетаю за обе щёки горячее жаркое, тосты с сыром, запивая апельсиновым соком. Как же вкусно. Жаль, что зеленоглазый не попробует этого. У меня в кармане вибрирует телефон, и я, протерев руки о бумажную салфетку, отвечаю на звонок. - Ало. Доченька. Пока выдалась свободная минутка, звоню тебе. С наступающим Новым Годом! Мне так жаль, что мы не встретим его вместе. Сейчас не могу вернуться домой. Пару дней отдохну, и меня отправят уже в Нью-Йорк. _ Ничего, мамочка. Я тебя люблю. И тоже поздравляю с наступающим! Я очень скучаю,- с болью в сердце, произношу я. - Осталось всего неделька, и мы встретимся. У тебя всё хорошо? Как вы с Наполеоном будите отмечать?- интересуется мама. - Эм…Ну. Мы наверно просто посмотрим новогодние фильмы и поедим чего-нибудь вкусненького. Ничего особенного,- немного сконфуженно бормочу я. - У тебя там точно всё хорошо? Если что натворила, то лучше признайся сразу,- строгим тоном говорит мама. Уф, от неё ничего не скроешь. Не успеваю я наврать ей чего-нибудь ещё, как вдруг в трубке появляются чужие голоса. - Извини, Дженни. Мне нужно бежать. Целую тебя и зеленоглазого проказника. В телефоне раздаются гудки, а я задумываюсь над мамиными словами. Зеленоглазого проказника? Ох, мамочка, если бы ты только знала, как твои слова, обращённые к Наполеону, подходят к моему новому знакомому.