Кот Баскервилей

Ввалившись в квартиру и быстро забежав на второй этаж, Шерлок закрылся в своей комнате. Джон унес покупки на кухню и в этот раз заботливо переложил все в холодильник. Достав с самого дна купленные колбаски, он прихватил парочку, положив их в карман. Взяв второй пакет, набитый влажными салфетками, Джон вышел в коридор и постучался в дверь соседа. Шерлок ответил не сразу, но через пару минут приоткрыл дверь недоуменно взглянув на Уотсона. - Помнишь, я говорил, что от тебя жутко пахнет? Так вот: запах никуда не испарился, так что надо бы тебя помыть. Никакими дезодорантами ты это не перебьешь, поверь. Шерлок открыл было рот, но Джон, вытащив из кармана упаковку с колбасками, помахал ими перед лицом Шерлока и, схватив его за майку, утащил в гостиную. Усадив на диван, он приказал Шерлоку снять его любимый синий халат. Шерлокот недоуменно поглядел на соседа, но возражать не стал, и просто покорно снял его. Окинув соседа оценивающим взглядом – он не переставал удивляться, как же Шерлоку идет обычная одежда вроде маек и джинс, он указал на майку и попросил снять её тоже. - Джон, зачем ты меня раздеваешь в гостиной? – наивным голосом спросил Шерлок. - Я же сказал, что сегодня мы тебя вымоем, - Джон достал из пакета нераскрытую пачку влажных салфеток, - это, конечно, не даст тебе стопроцентной чистоты, но от запаха ты точно избавишься, - радуясь своей гениальности, закончил Уотсон. Протянув парочку салфеток и колбаски в награду за послушание, он предложил сесть посередине дивана, так что бы Джон мог тщательно протереть ему спину. Задергав ушами, Шерлок сделал как требовал доктор, оголяя белоснежную спину. Джон сначала сел на диван и только потом позволил окинуть взглядом эту божественную красоту. Забыв, как дышать, он пару минут пялился, но тут перед ним замаячило что-то черное, обращая на себя внимание. Оказалось, что это Шерлок недовольно помахивает хвостом в ожидании. Протянув дрожащую руку, Джон начал тереть плечи соседа, потом спустился чуть ниже на острые лопатки, ещё ниже - и вот он уже на ребрах. Салфетка потеряла влагу, и Джону пришлось взять новую. Вернувшись к ребрам, он заворожено водил рукой слева на право, не понимая, что скоро такими монотонными движениями протрет в соседе дыру. Хвост Шерлока оказался маяком, указывающим на чувства Шерлокота, или, точнее, показывающим его ощущения, и тому однозначно не нравилось. Хвост маячил перед носом доктора все настойчивее и настойчивее, пока не хлопнул того по щеке. Доктор пришел в себя, кашлянул, вынул новую салфетку и начал тереть уже бока Холмса. Круговыми часовыми движениями, пару раз протерев их, Джон решил не переходить границ и остановился на уровне штанов. Втянув побольше воздуха в легкие он опустил руку на позвоночник на пару сантиметров выше копчика и начал медленно поднимать руку вверх, отсчитывая каждый позвонок. Хвост Шерлокота начал довольно изгибаться, как загипнотизированная змея в танце под дудочку. Дойдя до уровня лопаток, Джон опять сменил салфетку на свежую и продолжил собственную медленную пытку. Его состояние разрывалось между абсолютной эйфорией и адскими агониями. Придав лицу как можно более каменное выражение, хотя на лбу сверкали капли пота и сам он взмок, хорошо под джемпером незаметно, Джон продолжил “умывание”. Дойдя до самых верхних позвонков, Шерлок неожиданно для друга вздрогнул и ткнул соседа хвостом в нос. Джон не ожидавший такого отпрянул назад и громко чихнул. - Будь здоров, - пожелал Шерлок, - и теперь тебе снова придется меня вытирать. - Спасибо, - на автомате поблагодарил Джон, потом до него дошло, что он не прикрыл лицо рукой, когда чихал, - ох, я не…прости. В голове у Джона плясали и водили хороводы маленькие противные херувимчики и все с лицом Майкрофта. Почему в такой ситуации он неожиданно вспомнил брата Шерлока – и самому Джону было непонятно. Вздохнув ещё громче и более несчастнее, Джон уставился на обернувшегося соседа. Шерлок откровенно кайфовал – ему жутко нравились прикосновения Уотсона. Он с детства терпеть не мог, когда до него дотрагивались, но сейчас он получал неподдельное удовольствие от происходящего. Это нельзя было назвать массажем, но и обычными прикосновениями – как если бы втирали крем от загара, - тоже назвать нельзя. Во всем этом было что-то очень интимное, а значит, и неизведанное, и новое кошачье шестое чувство подсказывало Шерлоку, что надо бы изучить этот интересный пункт в его жизни со всевозможных сторон. Холмс даже забыл о том, что грудь ему нужно протирать самому. И тут Джон дотронулся до его шейного позвонка, но показалось, что он нажал на какую-то чувствительную точку, от чего у Шерлока снизу вверх пробежали мурашки по спине и он довольно мурлыкнув, вздрогнул. Джон сзади чертыхнулся назад и чихнул. Шерлок еле сдержался, чтобы не засмеяться. Пожелав соседу здоровья, он попросил снова его протереть. Джон как-то долго мялся сзади, так что Шерлоку пришлось изогнутся и посмотреть назад. Картина представшая перед ним была крайне интересной – Взмокший Джон, как после ливня, держал в дрожащей руке салфетку и никак не мог продолжить “мытье”. Щеки залил румянец, зрачки расширились настолько, что глаза казались чисто черными, проступившие капли пота на лбу медленно ползли вниз. «Восхитительно! Великолепно!» - первое, что пришло Шерлоку на ум. - Джон, протри меня ещё раз… пожалуйста. – попросил Шерлокот приторным голосом. У Джона отвалилась челюсть, он выронил, даже не заметив, салфетку на пол, продолжая пялиться на прекрасно изогнутую в пол-оборота спину Холмса. Только Шерлок собирался протянуть Джону упаковку с новыми салфетками, как в комнату влетел Лестрейд. - Простите, что без приглашения, но дело не требует отлагательств… - Грег осекся, увидев остолбеневшего Джона. Потом он заметил Шерлока – позу, в которой тот сидит, хвост, который торчит у него за спиной, и ушки, призывно вздернутые над кудряшками. Все это было странно, очень странно. - Ребят... что, черт побери, здесь происходит?! [от беты: ребят, затягивайте его! Третий не лишний, третий пригодится! Даешь банный день!..]