Там, где вороны низко летают

Когда только оказался в больнице, я догадывался, что продержат меня здесь не один месяц, но я даже представить себе не мог, что отец решит закрыть меня на несколько лет. С моего появления здесь прошло уже три года. И Берта была не права: к этим кроватям я так и не привык. Кстати о Берте. Она правда пыталась сделать все, что в ее силах. Она пыталась залезть в архив, как-то исправить мой диагноз или же хоть немного изменить его… Но доктор Уинтч так ухватился за мою аутопсихическую деперсонализацию, что казалось, меня может спасти только линчевание. За последние два года я как-то быстро превратился из депрессивного ребенка в обычного шизофреника. Казалось, отец был только рад тому, что избавился от меня. Год назад мама приехала ко мне со всяческими подарками: книги, сладкое, новые вещи. Вместе с гостинцами она привезла мне новости. У меня родилась сестра. Маленькая такая, назвали Гердой. Мама сказала, что она очень похожа на меня. И такая же радостная, каким был я в глубоком детстве. Я просил привезти ее ко мне, но мама отнекивалась тем, что детей запрещено привозить сюда. А когда я попросился домой на пару деньков, мне ответили, что таким, как я, нечего делать среди нормальных людей. Я помню тот день, как будто бы это случилось еще утром. Хотя я бы хотел забыть его навсегда. Я спросил ее: - Как там мой кот? А она ответила мне так сухо, что я даже услышал, как скрежетали ее зубы один о другой. - Он убежал через пару дней, после того, как ты уехал. Тогда я возненавидел ее настолько же сильно, как ненавидел своего отца. Прошло девять лет, а я даже не знал о том, что мой кот больше не ждет меня. С тех пор я весь день сидел в своей комнате, не желая даже ничего есть. Все вещи, что привезла мать, я выкинул в форточку, как только она вышла на крыльцо. Я знал, что она еще не уехала. Я хотел, чтобы она видела, что я отказываюсь от нее. Больше она никогда не приезжала. Иногда, когда я сидел совсем один в комнате, ко мне заходила Берта. Она приносила мне новые книги и рассказывала, что происходило за стенами больницы. Я слушал ее часами и никак не мог наслушаться. Когда она приходила, я ложился на кровать и, закрывая глаза, слушал, как прекрасно там, в городе. Иногда я не понимал, что такая милая девушка, как Берта, делает в этом ужасном месте. А когда я спрашивал ее об этом, она говорила, что просто не могла бросить своих детей. Все мы были ее детьми. За многие годы я уже привык к этому месту и этим людям. Даже те уродцы, что не могли пользоваться вилкой, со временем стали моей семьей. Порой я даже рассказывал им то, что рассказывала мне Берта о городе. С Сашей мы все еще общались тайно. Мы знали, что за все годы, что мы прожили здесь, у нас появилось много секретов, о которых никто, кроме нас не знает. Однажды днем мы снова убежали в лес. Тогда нам было лет по шестнадцать. Саша говорила только со мной. Когда она шептала, казалось, что замирал весь лес. Все птицы мигом умолкали, а деревья переставали шуршать кронами. Единственным человеком, кто не боялся меня, была Саша. Даже при всей любви Берты ко мне, я понимал, что ей не всегда было комфортно общение со мной. Иногда я даже сам боялся себя… Но Саша… Она была совершенно другой. Она не боялась меня. Наоборот, она словно восхищалась мной. Тогда, когда мы убежали, я впервые поцеловал ее. Это случилось словно во сне. Мы разговаривали о чем-то. Она не могла говорить громко и только шептала, а я подошел так близко, чтобы слышать каждое ее слово и… мои губы нежно накрыли ее поцелуем. Я не знал, как так получилось, но я крепко обнимал ее. Она оказалась такой хрупкой, что я боялся просто сломать ее. Нам не нужны были слова. Я научился понимать ее без слов. В тот день мы были так близко, как никогда раньше. Она крепко обнимала меня, а я продолжал ее целовать. Мы вернулись только под вечер. По очереди. Чтобы никто не видел нас вместе. Я боялся, что доктор Уинтч решит, будто я представляю опасность для Саши. Так продолжалось еще много раз. Однажды мы поняли, что больше не можем жить здесь. И мы решили сбежать. Вечером того дня Берта снова пришла ко мне. - Берта… Каковы шансы мне вернуться к нормальной жизни? Девушка взглянула на меня глазами, полными непонимания. - Ты никогда раньше не спрашивал меня об этом… - Я знаю. Но, слушая твои рассказы, я понял, что хочу жить как все. Я хочу вернуться домой, хочу увидеть свою маленькую сестру… Ты знаешь, что у меня есть сестра? Ее зовут Герда. Ей уже два годика. Еще - я бы сам хотел жениться, завести детей. Как думаешь, я был бы хорошим отцом? Берта молчала. Она грустно посмотрела на меня и, подойдя ближе, погладила по волосам. - Мой милый Кай, это все так сложно… Нельзя просто так взять и выписаться из психбольницы. Понимаешь? Тем более с твоим диагнозом… - Но прошло уже столько лет, я мог уже вылечиться! - Послушай… Доктору Уинтчу платят не за то, чтобы тебя вылечили, а за то, чтобы еще долго не выпускали отсюда… Мое сердце сжалось в огромный комок. Я сел на кровать, опустив голову. Конечно, о чем я мог только думать… Счастливая жизнь, женитьба, дети… Я псих, я шизофреник… Я не нужен людям, что живут там… за забором… - А Саша? – я поднял на Берту взгляд, полный надежды. – У нее есть хотя бы маленький шанс на спасение? Берта снова отвела взгляд. - Я сомневаюсь…