Fuck me, Jeff

POV Автор       Девушка с большим трудом приоткрыла глаза и испуганно вздохнула. Над её лицом навис Худи, который зашёл к ней в комнату, с целью понаблюдать за спящей девушкой. Такое поведение парня смутило Николь и она решила поинтересоваться, что он здесь забыл, но ответ был немногословен. Худи выпрямился и вышел из комнаты, так и не осведомив Николь, чем это он занимался, тем самым оставив её лежать в недоумении. «А если он тёрся об меня?! — с отвращением подумала Николь. — Фу-у! Какая гадость».       Девушка попыталась встать с кровати, но каждая попытка сопровождалась сильным головокружением и неимоверной тошнотой. По этой весомой причине ей пришлось оставить попытки самостоятельно подняться на ноги и просто лежать на кровати, сверля взглядом потолок.       Вдруг дверь отворилась и в помещение зашёл Безглазый, неся в руке стакан с водой. Он поставил его к прикроватной тумбе, а сам уселся на край кровати.       Николь поднялась на локтях и, резко дёрнув головой в сторону, откинула назад пряди волос, мешавшие ей смотреть на парня. — Это что? — девушка указала взглядом на граненый стакан, а затем снова, но уже с недоверчивостью, на Джека. — Обезболивающее, — ответил Безглазый не медля. — Хм, спасибо, но у меня ничего не болит, — смущенно ответила Николь. — Я сказал: пей, — приказным тоном отчеканил парень. — Джек, послушай… — обратилась к нему девушка. Она хотела сказать кое-что очень важное, в первую очередь, для неё самой. Ричардс было бы легче, если бы Безглазый узнал об этом. — Я внемлю твоим словам, — он скрестил руки на груди и стал «смотреть» на девушку. — Это, — засмущалась Николь, — я не хочу именно здесь разговаривать об этом. — А где ты хочешь? — Мне кажется, лучше будет в лесу: там атмосфера своеобразная и подходит для такого разговора, который я заготовила для тебя, — она улыбнулась.       Джек лишь кивнул в знак того, что он согласен пойти в лес и вышел из комнаты прочь.       Николь весь день думала как начать разговор и преподнести свои слова парню. Ведь это нелегко, потому что девушка не знала как отнесется убийца к её словам, поэтому до вечера у неё было время обдумать всё от А до Я.

***

      Близился вечер, а это означало, что в скором времени Николь должна будет сказать эти важные слова Джеку. Она как раз обдумывала, какими первыми будут её слова, но из раздумий её вывел Безглазый, вошедший в комнату: — Я освободился. Пойдем, — и Ричардс встала с кровати, накинула тёплую шаль на плечи и побежала вниз за Джеком.       Гуляя по лесу, они молчали. Джек наслаждался природой, вдыхал чудный аромат сосен и слушал чириканье поздних птиц, а Николь всё никак не могла собраться с силами и сказать то, чего так боится, но хочет всем сердцем произнести.       И вот, наконец, она, сказав самой себе: «Или сейчас или никогда», обратилась к парню: — Джек, я… — она нервно сжимала ткань своей одежды, стараясь избегать зрительного контакта (если можно так сказать) с Безглазым. — Ну, я слушаю. — Понимаешь, я… Мне было очень тяжело, когда я впервые очутилась здесь, — парень хмыкнул и подумал: «Странно было бы, если оказалось бы наоборот», а Николь продолжила: — вся эта заваруха, убийства, ругань, — в общем, всё, что было тогда… Я уже давно смирилась, что живой отсюда не выйду, да и не хочется мне, от чего я сама в шоке. — Не тяни кота за яйца, говори яснее, — видимо, парень начал понимать, к чему клонит девица. — Короче говоря, за это время я к тебе очень сильно привыкла и — это неправильно — хочу тебе сказать, — девушка выдержала пятисекундную паузу, затем сделала глубокий вдох и выпалила на одном дыхании: — я люблю тебя и я беременна, — и зажала рот руками и закрыла глаза.       Джек молчал и ничего не предпринимал. Он впервые был в растерянности: еще никто ни разу не говорил ему такие слова. И, наверное, он бы девушку сейчас просто-напросто убил, но где-то в подсознании у него что-то щелкнуло. Какая-то дверца, доныне закрытая, отворилась.       Николь обреченно вздохнула и, понурив голову, решила, что чтобы не упасть снова в грязь лицом, превратить всё это в шутку, но объявить об этом позже. — Мне нужно сходить в одно место, — вдруг подал голос Безглазый. — Ты идешь со мной.       Ричардс не возражала. Даже получив такой немой отказ, ей всё равно хотелось быть ближе к парню. И физически, и морально.       Ребята шли и опять молча. Только ветер заставлял иногда трещать ветки. И вдруг Николь почувствовала что-то тёплое на своей ладони — это была рука Джека. Ричардс закусила нижнюю губу и всеми силами пыталась не подать виду как она счастлива, но всё-таки она сорвалась: — Джек, — девушка кинулась на шею парня и, сняв маску, поцеловала его в губы.       Когда они дошла до шоссе, Безглазый сказал, что нужно пойти немного вдоль дороги, а потом пересечь её. — Постой, — остановила его девушка, когда тот хотел двинуться в путь, — смотри! Что там? — она указала на тушку, валяющуюся на асфальте прямо на крутом повороте шоссе. — Наверное, енот не успел перебежать дорогу, — без доли сожаления сказал Джек. Ему было абсолютно наплевать на участь животного, но парня забавляло что он такой злой и угрюмый, а Николь — ангел во плоти, грубо говоря. — Но он еще дышит! Ему нужно помочь, — сказала девушка, когда присела на корточки рядом с животным.       Но дальше произошло то, чего никто не ожидал.       Из-за поворота без фонарей на полной скорости выехала легковушка… Секунда — и Николь лежит на асфальте, а под ней — лужа крови, что с каждой секундой увеличивается в диаметре.       Джек даже сначала и не понял, что случилось, потому что всё произошло слишком быстро, и ему потребовалась минута, дабы осознать результат. В следующее мгновенье он ринулся к лежащей без сознания Ричардс, упал перед ней на колени и пощупал пульс… Которого не было.       Он ещё ни разу не плакал, но в этот злополучный вечер скупая мужская слеза скатилась по его щеке. Безглазый не мог сказать ни слова, он лишь сидел и гладил мертвую Николь по голове. Джек никогда не чувствовал привязанность к кому-то, но сегодня понял, что потерял что-то маленькое по размеру, но большое по значению. И даже его сухое и неподдающееся ласке сердце забилось быстрее.       Он сам выкопал могилу, сделал гроб и надгробие. Он переодел её в самое лучшее платье, что нашел в доме и никому не сказал о месте, где её похоронит, потому что это было только его тайной.