Превратности Судьбы.

Всем привет:) Извините, что долго не писала продолжения. У меня не было ни вдохновения, ни времени. Хочу сказать спасибо моей дорогой подруге Селене Хилл за то, что она помогла мне написать главу! Спасибо, редиска!

***

«Как же быть? Мне необходимо попасть в киностудию, но тут полно народу. Если кто-то из них узнает меня, то мне не поздоровится. Черт, времени все меньше и меньше. Думай, Кёко, думай!» Из-за угла ближайшего здания девушка наблюдала за происходящим у входа в студию. Ей ничего не оставалось кроме, как искать альтернативные пути к осаде этой крепости. Девушка обреченно вздохнула, решила осмотреться. Возможно, ей удаться найти путь, ведущий в киностудию. Старая улица с небольшими серыми домами, дорожка из кирпича и шумная магистраль. Вот, что предстало перед Могами. «И какой гений придумал построить здесь киностудию?» - нахмурилась Кёко, продолжая исследовать мелкий, неказистый райончик. Взгляд Кёко приковал небольшой магазин, где продавались немного поношенные вещи. В рыжей голове возник гениальный план. Она тихонько, на цыпочках прокралась к дверям магазина и скрылась за ними.

***

Тсуруга-сан стоял перед выходом из киностудии. Журналисты толпой пытались ворваться в здание, но огромные, мускулистые охранники не давали им такой возможности. Словно селедки в бочке, они толкались у входа. Все потрепанные, потные и сердитые. На голове у них черти что. Им бы сейчас принять теплую ванну и лечь спать, так нет эти зомби ищут сенсацию. Рен отлично понимал, что пройти ему не дадут, ни охранники, ни журналисты, да и где искать теперь Могами-сан. Она, наверняка, где-нибудь спряталась, чтобы не привлекать внимание. Но оставлять ее в такой ситуации... Актер решительно направился к входным дверям. Тут же подлетели охранники и остановили его: -Тсуруга-сан, Вам туда нельзя. Они словно с ума посходили! Вас разорвут на кусочки. -Дайте пройти. У меня важное дело и оно не требует отлагательств, - решительно фыркнул брюнет. -Не положено, - две «скалы» преградили ему путь. Рен грозно глянул на них. Его плечи были напряжены, а руки согнуты в кулаки. Тсуруга-сан принялся звонить режиссеру, чтобы она убрала этих амбалов, но ее номер был все время занят. «Черт подери, возьми же ты трубку! Не выходит. Проклятье. Могами-сан, подождите меня немного...»

***

-Да и после этого я посвятил вою жизнь музыке, - словно певчая птичка, голосил Шотаро. Все восхищенно вздыхали, никто не мог оторвать от блондина глаз. Он демонстрировал все свои ораторские способности. В целом пускал пыль в глаза, но это сейчас не важно. Певец использовал жесты, красивые слова и свою белоснежную улыбку. Журналисты на перебой задавали ему все новые и новые вопросы. Они наперегонки подлетали к блондину, тянули к нему руки. Казалось, что эти писаки готовы слушать его весь день. Изуми-сан облегченно вздохнула, но напряжение не спадало. Ей нужна новая порция никотина. Она шепнула Яширо-сану, что отойдет ненадолго и незаметно покинула зал. Шатенка вытащила из новой пачки заветную сигаретку, и сунула ее себе в рот. Прикурив, она глубоко затянулась и выдохнула сизый дым. Облокотившись о стену, Симидзу-сан продолжала курить, пока у нее в кармане не зазвонил телефон. Громкое жужжание телефона раздражало ее, она вытащила телефон и не глядя на номер, поднесла его к уху, при этом нажав кнопку «принять». -Йо! Изуми, дорогая, сколько лет, сколько зим! - прозвучал голос в трубке. Женщина прекрасно знала, кому он принадлежит. -Такарада, какого черта тебе надо? - хмуро прошипела шатенка. -Хе? Что такое? Ты не рада меня слышать? - насмешливо, поинтересовался президент. -Мы в полной заднице. Кёко не может пробраться в здание. Рен побежал ее спасать, а все наше интервью построено на вранье этого белобрысого выскочки, - выдохнула Изуми, ехидно улыбаясь, — даже не думай говорить мне, что это все не твоих рук дело? -Ммм...не совсем. -Ага, конечно. Сам бы Яширо так не поступил без моего согласия, а значит, он получил приказ кого-то более влиятельного. -Что же, ты меня раскусила. Просто иначе ты бы ни за что не провела эту встречу. Я же тебя знаю, - хмыкнул голос на проводе, — однако, к тому балагану, что творится у входа в здание, я не имею никакого отношения. -Ну да. Ты просто опять немного перестарался, дедуля, - посмеиваясь, ответила Изуми. -Я ведь и обидеться могу! -Вот и чудненько. Я отключаюсь, - проговорила Симидзу, отодвигая телефон от уха. -Удачи, - произнес Такарада, — я позвоню тебе еще. -Это не к чему, - коротко бросила Изуми и отключилась. Бросила сигарету на пол, затушила ее и вернулась в зал.

***

Ветхий домик с маленькими окнами. Обшарпанная крыша и вывеска: «У Роберты!» Этот магазинчик принадлежит одной мексиканке, что недавно переехала жить в Японию. Она продавала старые вещи, в основном одежду, но и не только. Бизнес маленький и почти не окупается, но кое-какие деньги все же приносит. На входе в магазин стояла старая, морщинистая старуха, в огромные очках с толстыми линзами. Горбатенькая, дряхлая и низкая старушка. Ее чуть покачивает, когда она спускается со ступенек магазина. Она опирается на свою деревянную трость, чтобы не упасть. Выглядит лет на сто, а может и больше. На ней неприметно темное платье и бабушкина шаль, а на ногах ботинки с развязанными шнурками. Старушка покряхтела и направилась по каменной дорожке. Она что-то бормотала под нос. Медленно, покачиваясь старуха брела по дороге. -Ох, какое безобразие! - прокряхтела старая женщина, подходя к «Сирене». У здания киностудии столпился народ, все толкались и ворчали друг на друга. Кое-как старушке удалось дойти до них. Ей необходимо пройти через это скопище людей, которые мешали ее пути. Она пошла через них, вернее сказать напролом. Перед глазами кружили люди, все что-то кричали, а пожилая дама продолжала свой нелегкий путь. -Эй ты, куда лезешь, - пихнул один журналист другого. Он толкнул обидчика. Тот в долгу не остался и замахнул руку для ответного удара. Он отвел руку назад для размаха, но тут его рука врезалась в кого-то. Старуха повалилась на пол, трость выпала из ее рук. Все заохали, да заахали. -Смотри, что ты натворил придурок! - огрызнулся тот, кому принадлежала участь пожилой женщины. -Как не стыдно. Сбивать бабушек. Настоящие мужчины не размахивают кулаками налево и направо. Смотри, что ты натворил. А ведь это же больная, пожилая женщина. Нет тебе прощения, негодяй! Столпились, как стадо баранов. Вот-вот глотки друг другу перегрызете. Еще мужчины называетесь. Нельзя обижать старушек! - грозно проговорила одна рыжая журналистка. Парень мгновенно покраснел и подлетел к старушке. Ему было несказанно стыдно. Он протянул ей руку: -Бабуся, Вы в порядке? -О, что ты милок. Все в порядке. Ну-ка сделай доброе дело помоги бабушке, - она оперлась на его руку. Одним движением парень поднял бабульку на ноги. -Прошу прощения. Я не специально, - еще больше краснея, проголосил виноватый журналист. И так тихо стало. Стоило бабушке упасть, как все журналисты замерли. Не часто такое увидишь. Дело даже не в этой конкретной старушке, а в том, что в людях проснулась совесть. Сначала у одного, потом у трех, а дальше и вся толпа затихла. Словно пожар вдруг вспыхнул и неожиданно погас. Старушка приветливо улыбнулась, поправила слетевшие очки. Одна из журналисток протянула ей трость. Все стояли и наблюдали за пожилой леди. Кто-то предлагал вызвать скорую, кто-то подвести, а некоторые даже оплатить ее лечение. Старушка лишь махала руками, говоря, что: «Все хорошо! Здорова, как бык!» или «Я еще крепкая, чтобы укладывать меня в ящик!» Улыбнувшись, пожилая женщина поклонилась и пошла своей дорогой, при этом подмигнув кому-то в толпе.

***

Потеряв терпение, Рен откинул телефон в сторону. Ему необходимо найти Могами-сан, а для этого обойти этих «горилл». Сопоставив в своей голове некоторые детали, Тсуруга-сан разработал план. Но только он решил применить его, как неожиданно оглох. Вернее, гул на улице стих, а журналисты перестали барабанить в двери. «Что произошло?» - вспыхнула мысль в голове Рена. -Дайте пройти! - скомандовал актер. -Не имеем права. Что-то неладное творится снаружи. Прошу, Тсурага-сан оставайтесь на месте, - заговорил один из охранников, в то время как второй пошел на разведку. Рен плюнул на охрану и побежал к окну. Там он увидел ужасную картину и, как ошпаренный, вылетел на улицу, предварительно дав в глаз охраннику. Второго же, он просто сбил с ног на выходе из здания.

***

Журналисты мирно переговаривались друг с другом. Они освободились от своего стадного инстинкта на некоторое время. Перестали волноваться о рейтингах, интервью и сенсациях. Лишь одна девушка незаметно для всех двигалась к дверям. Она улыбалась и переговаривалась с толпой. Невысокая, неприметная, с кепкой, надвинутой на глаза. Девушка была в метре от успеха, но... -Спасибо. Ты вовремя вправила мне мозги. Она дернулась. Обернувшись, увидела парня, сбившего старушку не так давно. Журналистка улыбнулась и приторно-сладко произнесла: -Ничего. Обращайся. Девушка вмиг развернулась и зашагала к дверям. Парень последовал за ней. -Куда ты? -У меня дела. -Нам не удастся пробраться в здание. Нужно подождать окончание встречи! -Мне все равно. -Стоит немного подождать. Куда ты спешишь? -Я не могу терять ни минуты. -Позже мы с легкостью сможем... -А мне нужно сейчас! - крикнула рыжая, привлекая внимание остальных. Смутившись, журналистка прикусила губу и вновь зашагала к киностудии. Парень догнал ее и схватил за руку. Она отмахнулась от него. Но не удержавшись на ногах рухнула на асфальт. Кепка с нее слетела, явив ее подлинное лицо. Все журналисты встали в ступор. Кёко лежала на земле, сотрясаясь от страха. Глаза бегали в поисках спасения. Журналисты хлопали глазами, и неожиданно: -Это же, Могами-сан. Начинающая актриса, что снимается в фильме госпожи Симидзу. И тут началось безумие. Некогда тихие и мирные стали буйствовать. Они волной подкатились к Могами. Кёко лишь громко вскрикнула. Закрыла лицо руками. Однако, ее тут же дернули в сторону. Это был Тсуруга-сан. Приобняв, он закрыл ее собой и потащил в сторону от толпы, пробираясь к киностудии, и отпихивая всех «прилипал». Кёко передвигала ногами, следуя за семпаем. Горло заболело, на глазах выступили слезы. Сердце стучало, как бешеное. Она хватала ртом воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. Перед глазами мелькали люди, вспышки камер, а ее спаситель упорно вел ее за собой. Журналисты тянули к ним свои руки, словно и вправду являлись зомби. Еще немного, еще чуть-чуть и они достигли дверей. Из них вышли охранники. Они перекрыли вход журналистам, пропуская актеров. Этот ад наконец-то закончился.

***

Кёко старалась выровнять дыхание. Она сидела на диванчике в приемной, опустив руки на колени. Тсуруга-сан купил в автомате баночку содовой и протянул ее Могами. -Вот, возьмите. Она поспешно схватила ее. Открыв, выпила залпом содержимое. Отдышавшись, вытерла рот тыльной стороной ладони. Ее немного трясло. Сердце, будто в тисках. Популярность, известность — это хорошо. Особенно, если ты стремишься стать актрисой. А вот — это уже другая сторона медали. Неужели так всегда? Начинающая актриса покачала головой. Она закрыла лицо руками. Ее немного тошнило, а впереди еще интервью. Ей придется идти в зал, где полно таких же пираний. -Могами-сан, Вы в порядке? - заботливо проговорил Рен. Именно проговорил, а не спросил. Ведь он и сам видел, что девушка не важно выглядит. -Да, все хорошо, - выдавив из себя улыбку, ответила актриса. Брюнет прошел вперед и сел возле девушки. Она невольно поежилась. Стоит отметить, что диванчик был маленьким и актеры соприкасались друг с другом. На некоторое время между ними образовалась тишина. Первым не выдержал Рен: -Могами-сан, скажите, как Вам удалось пробраться к ним незамеченной? -Роберта, она... -Роберта?