Я демон.

С того дня, когда началось обучение Рина, прошло уже полторы недели. К заучиванию родни и прочих "шишек" Геенны постепенно добавлялись другие предметы. Принцу и в обычной средней школе плохо давалось учиться, а тут… Ему в голову буквально вбивали математические формулы и правила этикета. Благо, пока что предметов было только три. Альф как-то обронил, что демону его, Рина, статуса просто обязательно быть обученным всему. "Всё" включало в себя знание различных языков, литературы различных народов, физики, химии, высшей математики, умение танцевать и немного разбираться в живописи. Стоило принцу задуматься об этом, как в его глазах появлялось отчаяние и обречённость. Книг в комнате не уменьшилось. Теперь, помимо толстых томов с родословной и иерархией Ада, появились различные учебники по математике и этикету. Малышка Ламия помогала своему новообретённому брату по мере возможности. Объясняла некоторые нюансы в поведении аристократии. Альф тоже помогал, но многое он знать не мог - положение в обществе у него было куда ниже. Астарот зашёл в комнату, предварительно постучав. Альф открыл ему и попросил не шуметь. Согласно кивнув, казначей прошествовал в покои. Рин сидел на голом полу, рядом с ним не было вещей в радиусе двух метров, а перед ним лежали два бумажных платка. Парень был очень сосредоточен; вдруг синее пламя охватило средства гигиены, и они сгинули в губительной для них среде. Рин со стоном откинулся на спину, уже из этого положения заметив, наконец, наставника. — Альф, будь добр, убери золу с пола. У меня снова не получилось. — Рин кивком головы указал на тлеющие остатки. Слуга поклонился и отправился за совком и метёлкой. — Меня всё гложет интерес — отчего твой слуга ходит в головном уборе, мало того что в помещении, но и при своём господине? И, — Астарот задумчиво посмотрел на бывшие платки, - что ты хотел сделать? — Мне не нравятся демоны, не уж-то забыли? — со смешинкой в голосе сказал Рин, хитро прищурив глаза. — Вот и попросил Альфа носить шапку. Так он не похож на того, кем является. А на счёт этого, — парень махнул рукой в пустое место, — очередная провальная попытка управлять этой штукой. — слова сопровождали мах рукой в бок, демонстрирующий языки пламени. Астарот нахмурился. — Насколько давно ты понял, что им можно управлять? — В голосе не было ничего, кроме задумчивого раздражения. Будто мужчина что-то просчитывал в уме. — Примерно на второй день моего заключения. Холодно было, между прочим. Вот я и пытался согреться. Спалил всё к чертям, но план более-менее удался. — Брюнет беспечно пожал плечами. — А что? — Я скоро вернусь. — Астарот развернулся на пятках и покинул комнату, оставляя Рина одного. Минуло два десятка минут после ухода казначея, когда тот вернулся. Вернулся не один, как предполагал Рин, а в компании с Ним. Он был высоким, статным мужчиной. Волосы цвета серебра, длинною до лопаток, были подвязаны в низкий хвост. Взгляд холодных изумрудных глаз был скучающим и чуть раздражённым. Ему честно не хотелось идти сюда и слушать этого мальчишку. Который учился здесь, спустясь из Ассии, который даже будучи в темнице продолжал оставаться сильным духом, правда пока не вспоминал свою жизнь в "отражении". В этот момент, по Его мнению, мальчишка становился жальче бездомной и хромой бродяги. И который, в конце-то концов, до боли в сжатых кулаках и огня в глазах выкрикивал Ему в лицо слова ненависти и обещания убить. Да. Это был Он. Сам Сатана. В глазах Рина зримо вскинулась волна омерзения, атмосфера в комнате, что была до этого менее враждебной, накалилась. Казначею и маленькому слуге казалось, что в воздухе летают с невероятной скоростью множество острых и тонких игл. Синее пламя Рина начало распространять жар. — Ты действительно пытаешься обуздать своё пламя? Или же ты сдашься на полпути? — Говорил Сатана негромко, но этого хватило с лихвой, чтобы обескуражить Рина. Обуздать. Это далеко не то слово, которым парень описал свои действия. — Знать не знаю, для чего вам это знать, но я сдаваться не намерен. — Синеглазый кинул взор на мужчину и, развернувшись, прошёл до кресла и сел. — Я планировал отложить это до лучших времён, но мне стоит начать действовать сейчас. — Сатана задумчиво хмыкнул. — С послезавтра к твоим обычным урокам добавляется практика по управлению синим пламенем. — На протянутой и открытой ладони мужчины вспыхнуло доказательство его права.

***

Рин не был в особом восторге от этого, но под строгим взглядом Альфа всё-таки направился в предложенную тренировочную залу. Шёл парень по нарисованной рукой слуги маленькой карте пути. Стражники шли полукругом, один из них изредка поглядывал на карту через плечо Окумуры. Три поворота, два лестничных пролёта вниз, ещё два коридора, и он на месте. Рин решительно толкнул створку большой двери. В лицо дунул сквозной ветер, чуть сбивая пламя. Охрана поклонилась и заняла свои посты у дверей. Парень скрылся за ней. В зале было пусто. Разве что мешки с непонятно чем в середине, да стойка с оружием у дальней стены. Возле мешков стоял Сатана, его взгляд был направлен в распахнутое окно. Заметив вошедшего Рина ,мужчина ухмыльнулся. Он легко подтолкнул носком обуви один из мешков. Тот склонился на бок и из него выпали две свечи. — Я долго думал над тем, как тебя тренировать. — Сатана склонился, поднимая одну свечку, задумчиво рассматривая фитиль. — И в итоге остановился на этом, — он легко кинул Рину предмет. — Каким образом свечи научат меня контролю? Вернее, как ты собираешься меня учить с их помощью? Не запихивать же их в меня. — Парень ухмыльнулся. Мужчина возвёл глаза к потолку, удручённо вздохнул и сказал: — Это для того, что бы ты сам мог обучаться. Без меня. Так всем хорошо. Я буду изредка проверять твои успехи. Твоя задача — зажечь фитиль стоящей посередине свечки. — Мужчина вытащил ещё две свечки и расставил их в ряд. — Попробуй. Рин недоверчиво взглянул на "отца", но подошёл, уселся и приступил к заданию. Прошло две минуты; Рин прожигал взглядом фитилёк. Сатана стоял в пяти шагах и наблюдал. Полыхнул огонь синего цвета, сжигая две свечи подчистую. Рин сказал только одно слово: "ещё". Следующая, третья, десятая попытки оказались тщетными. Мужчина позволил себе улыбку. — Аа! Это нереально сделать! — Рин вскочил на ноги и замотал свечой в руке из стороны в сторону. — И вообще, какого хрена ты здесь? Уверен, у меня не получается из-за тебя. Кыш-кыш, уходи. Мешаешь только. — Сатана удивлённо посмотрел на сына и огляделся по сторонам, как бы убеждаясь что он здесь один. После медленно направился к выходу. — Ладно. Я ушёл. И нет ничего невозможного здесь. — Мужчина хитро прищурил глаза, и фитиль свечи в руке парня вспыхнул синим. Заплясал маленький огонёк. Рин поражено уставился на танцующее пламя, от созерцания которого его отвлёк хлопок двери. Он остался один. Рука отработанным движением нырнула в наполовину опустевший мешок, извлекая три свечки. Пол был залит расплавленным воском, который образовывал скользкую неровную корку. Рин сосредеточился. Вспышка синего цвета. Полыхают только две свечи, фитиль третьей же зажжён. Маленькая победа на сегодня. Можно идти отдыхать, хотя это громко сказано — в комнате его ждут уроки.

***

День за днём Рин возвращался в тот пустой зал и принимался за поджог. Партия в три одна за другой. Мешок за мешком. Времени на тренировки у него становилось всё меньше, а поглощали они его всё больше. К имеющимся предметам прибавились прочие из списка, предложенного Альфом. На выручку, уже вполне привычно, приходил блондин в шапке. То пример поможет решить, то распределит порядок уроков или вовсе некоторые учебники отодвинет в сторону, а текст выдаст сжатым, в уж очень понятной и до безобразия простой формулировке. Да, Рину становилось любопытно, как и откуда слуга знает такое множество всего, но спрашивать не решался. Только прожигал спину Альфа заинтересованным взглядом. Также мальчишка выдвигал различные теории об управлении пламенем. Некоторые из которых удавалось воплотить в реальности частично. Рину стучали по голове правилами и формулами. На ритмике парень ходил с книгами на голове, выравнивая осанку и изучая основные стойки. На химии проводил реакции. Этот предмет вообще давался наследнику без труда, учитель даже похвалил его пару раз. На физической культуре парень бегал, прыгал, отжимался и выполнял прочие отчасти стандартные упражнения. Изредка в комнату забегала Ламия, смиренно сидя рядом с занимающимся домашним заданием или читающим что-то дополнительное наследником. Чаще между ними завязывался разговор по теме книги. Малышка была достаточно начитана, да и проживание с самого рождения сказывалось. В этих случаях парочка меняла подушки на полу на дубовый стол, а Альф привычно отправлялся на кухню за какао и пирожными. Выходных в Геенне не существовало как таковых. Только занятия, занятия и ещё раз занятия. Первые две недели Рин выл волком от отсутствия свободного времени, а потом просто понял, что, если раскидать всё сложное на "рабочие" дни, то один денёк можно погонять балду. Пока никто не заметит, конечно же. Управлять пламенем становилось всё проще, Окумура плавил все меньше свечей, постепенно привыкая к контролю. В один из таких дней, когда в тренировочной зале Рин пытался зажечь фитили крайних свечей, а Альф сидел в уголке и читал вслух что-то заумное по психологии, пришёл Сатана. Проверить, как он сам и выразился. — Показывай продвижение. К концу этой недели ты обязан спокойно поджигать и тушить предметы на различном от тебя удалении. Потом я дам тебе ещё одно упражнение, оно будет, — в речи мужчины появилась заминка, он, очевидно, подбивал подходящее слово. — Немного трудным. Рин кивнул в ответ и расставил новую партию. Изумрудного цвета глаза полыхнули азартом. Сатана сделал три шага до мешка и вытащил ещё семь свечей. Теперь перед Рином стоял один десяток белых столбиков с фитилями. — Зажги в порядке один через два. — Рин похлопал глазами, сосредоточился на указанных свечках, но поджечь удалось только один фитиль. И растопить четыре свечи. Рин раздосадованно выдохнул. Он подумал о провале, вплетая отдалённую мысль о потухнувшем огне. Из задумчивости его вырвало ярко вспыхнувшее пламя свечей. Когда Рин перевёл взгляд на своё задание и удивлённо замер. Огня не было. Удивлённо-вопрошающий взор синих глаз упёрся в лицо Сатаны. — Да, — мужчина усмехнулся. — Это куда как просто и не требует чего-то непосильного. Надо просто думать о пламени как о своей части тела. Оно твоё продолжение, твоя сущность, жизнь. И хватает простой мысли для контроля. Не бойся его, оно не кусается. — Сатана, объясняя про пламя, позволил чему-то невидимому, отдалённо напоминающему нежность вперемешку с тоской наполнить взгляд и подтопить лёд в глазах. Но сие длилось секунды, и возможность рассмотреть что-то утерялась в вечности. — Попробуй ещё раз. Расслабься. — Рин кивнул и расставил недостающие столбики. На этот раз задание он выполнил стопроцентно. — Ладно, засчитаем промежуточный зачёт. Про тренировки всё равно не забывай. Так, а теперь… Следующие полтора часа Сатана провёл в объяснении теории поглощения. Но то ли мужчина рассказывал заумно, то ли его сын был непонятливым, в общем Рин понял только что синюю "ауру" с него можно как бы сбить. Для этого ему необходимо научиться медитировать, найти в своём сознании некую мысль и, расслабившись, погасить огонь. Дальше Рин не слушал, у него просто уже кипел мозг, но он знал. Знал, что уткнувшийся носом в книгу Альф внимательно слушает правителя и впитывает всю информацию словно губка. И Рин был уверен, что позже, когда они вернутся в комнату, блондин расскажет всё доходчиво. Может, даже с иллюстрациями. И предчувствие его не обмануло. Долгий монолог с перерывами на поиск нового листа бумаги или перебежку до стеллажей и стопок книг в поисках необходимого минимума полезной информации мальчик закончил фразой: — Но некоторые вещи я понять не в силах. Это уже Вам додумывать. — Но Рин был благодарен и за настолько пережёванную информацию. Дело осталось за малым — воплотить все идеи в жизнь. Медитировать впервые было необычно. Ненавязчивый запах благовоний, мягкая перина кровати, удобная поза и тихий голос служки убаюкивали. Но Рин чувствовал себя странно. С одной стороны, он был в сознании, знал, что не спит и не понимал, правильно ли это. С другой стороны, было ощущение легкой невесомости, мышцы были расслаблены, звуки меркли. В один момент начали мигать пятна, принимая вид картинок, быстро сменяя друг друга танцующие свой неповторимый танец. То тут, то там яркими всплохами из цветного вальса возникали предметы из прошлого. Вот мячик пролетел, яркий и лёгкий. Он играл им когда-то давно. Вот пробежала мимо собака, что была у соседей. Упрямо продолжая идти ниже, дальше Рин искал то самое, что поможет поглотить пламя — мысль или воспоминание. Теперь кружили крупные картины не слишком приятных событий. Его школьная жизнь, драки, обидные обзывательства. Он спотыкался об эти тяжёлые мысли, вставал и шел. Альф аккуратно позвал принца обратно, и Рин понял, что ушел далеко, он развернулся и начал просыпаться. Это было неожиданно. Лёгкая тяжесть налегла на расслабившиеся мышцы, силы и бодрость прилили в тело, будто после долгого сна. Это было удивительно — сознательно-то он не спал, а по ощущениям совсем наоборот. Взгляд Рина упал на нервного Альфа. Тот беспокойно ерзал на углу кровати. Синеглазый приободряюще улыбнулся, он знал, от чего такая реакция. Необходимо было поддерживать связь, и время от времени Рин рассказывал о том, что видит. Были и не слишком приятные моменты, небольшие тайны, от знания которых слуге стало тяжко. Альф чувствовал, что узнал то, чего знать не должен был, но легкая улыбка снесла эти сомнения подчистую. Мальчишка встал с кровати, указал Рину на умывальник, а сам скрылся за входной дверью. По времени пора было полдничать. С каждым разом Окумуре удавалось ступить глубже в себя. Каждый раз перед ним открывались запертые двери, запертые когда-то с большим трудом... И вот однажды… Однажды, в последние дни данного срока, Рин ушёл очень далеко в себя, в центр цветастого водоворота памяти. Картинки танцевали хороводом вокруг, то становясь четче, то рассыпаясь в ничто. В тот момент, когда Рин дошел до конца, водоворот воспоминаний отхлынул в стороны, являя взгляду синих глаз казалось бы безграничное пространство. Вокруг были ухоженные клумбы, вместо цветов на которых росла его память. По воздуху летали облака в форме еды, роботов, и парень понял что это его мечты. Он пошел вперед по дощатой тропинке, удивленно смотря по сторонам. Тут его внимание привлек маленький синий огонек, что полыхал на черном цветке далеко впереди. Когда Рин сосредоточился на нем, то пространство исказилось, и вскоре он уже был совсем рядом с цветком. Рука невольно потянулась к бутону. Бархатные лепестки черного цвета раскрылись, и воспоминание волной захлестнуло Рина. Оно было странным, чуть расплывчатым, и Окумура не мог понять, кто в нем. Лицо красивой девушки, синеглазой шатенки, было в полуметре от его собственного лица. Звук ворошения одеяла и плач ребенка, на который девушка лишь улыбнулась и перевела взгляд левее. Рин посмотрел в ту же сторону, увиденное повергало его в шок. Рядом лежал младенец Юкио. Его младший брат, в этом сомнений не было, Широ показывал им фотографии их двух - трехнедельных. А значит, что эта девушка… Это была его мама. Осознание этого ударило обухом по голове, парень видел её впервые. Она была такой красивой, родной и такой нереальной. Слёзы потекли из глаз, губы сами слабо растянулись в тоскливой полуулыбке. Синее пламя, окружавшее его тело, начало утихать и вскоре вовсе потухло. Крылья будто растворились в воздухе, и спине стало сразу непривычно без уже родной части тела. Альф напряженно наблюдал за Рином, принц сильно побледнел, и слуга начинал беспокоиться. В один момент божественное пламя начало гаснуть, растаяли и крылья. Синие глаза распахнулись минуты через две, Окумуру шатало, взгляд не фокусировался, и блондин поторопился помочь своему господину подняться с подушек и перелечь на кровать до того, как наследник потеряет сознание.

***

Утро было для Рина неожиданным. Неожиданность заключалась в отсутствии постоянно согревающего его пламени, да и крылья больше не оттягивали спину. Во рту, казалось, образовалась пустыня, немного тошнило. В покои мышью проскользнул Альф, помог приподняться, протянул стакан с желанной влагой, мягко улыбнулся и пожелал доброго утра. Нехотя Рин выполз из теплой кровати и поспешил одеться. От чего-то быстро умылся и схватился за не слишком любимую расческу. Через час слуга принес завтрак, но есть не хотелось совершенно. Пришлось насильно впихивать в себя булочку с маслом и запивать зеленым чаем. Ещё через час Рин ошарашил своего слугу желанием снова погрузиться в транс. В этот раз поиск необходимого воспоминания не занял много времени. Через пять минут Рин открыл свои глаза и оглядел себя. Пламя вернулось. — Альф, отправляйся к этому ублюдку, которого величают королем, и доложи ему, что я готов. — Альф заторможенно кивнул и ретировался. Через полчаса носители синего огня стояли в тренировочной зале. — Ну-с, демонстрируй. — Сатана дал отмашку. Рин прикрыл глаза, через пару секунд пламя начало сворачиваться, впитываясь в тело. Мужчина пару раз хлопнул в ладоши, аплодируя. — А теперь, пожалуй, стоит объяснить для чего это было необходимо. Во–первых, твоё пламя выдает тебя в толпе. Умение скрывать его — залог твоей целостности и безопасности. В Геенне есть те, кто спит и видит свержение аристократии и искоренение чистокровия. Во–вторых, это показывает твоё неумение контролировать себя, показывает то, что ты ещё ребенок. В–третьих, развёрнутое пламя может быть воспринято как проявление агрессии. Против тебя, конечно, мало кто пойдет, так как ты всё-таки наследник первой очереди, но дружелюбия от этого демона не жди. Поздравляю с первым пройденным экзаменом. — Сатана чуть улыбнулся, и, не прощаясь, покинул помещение. Рин лишь хмыкнул в пустоту, передернул плечами и поспешил ретироваться в свою комнату, где его ждали Альф и малышка Ламия.