Насильно мил не будешь

Не бечено       Загремевшая за стеной музыка загремела вдвойне усиленно. Именно в тот самый момент, когда железный человек начал подниматься с пола. Тор постепенно оправился от шока, и в его глазах появилась вселенская грусть, навеянная неоправданными ожиданиями.       Грымыхнув меж своих ног металлическим членом костюма Тони застенчиво взвизгнул, прикрыв промежность. Он бочком отодвинулся к барной стойке и сдернул с ее края черный передничек в белую рюшечку. Железный человек повязал предметом одежды на пояс пояс поверх стального костюма, прикрывая срам. А затем развернулся к полкам за барной стойкой, сверкая отполированным начищенным задом.       Жадный горящий взгляд Капитана Америки, направленный на стальную филейную часть не укрылся от внимания Тора. Поникнув еще больше, громовержец погрузился в мысли о том, что его Локи с ним сейчас нет, а он тут, в другом мире не пойми зачем, не пойми для чего.       Тор горестно вздохнул. Он судорожно втянул носом воздух, заставляя, наконец, двух мужиков обратить на себя внимание.       - Ты чего пригорюнился, дружище? - сочувственно пропел Старк, направляясь в сторону громовержца и капитана, развратно виляя металлическим задом.       С собой Старк тащил несколько граненых бокалов и бутылку виски. Он раздал стаканы двум друзьям и плеснул каждому спиртного «на понюхать». Не долго думая Тони вальяжно уселся на колени Капитана Америки, взбрыкнул, усаживаясь удобнее и закидывая металлическую руку тому на плечи. Он не считал нужным обращать внимание на вылезающие из орбит глаза капитана и его покрасневшее лицо от придавившего веса.       Так нужное сейчас Тору сочувствие растрогало его. Большие коровье глаза наполнились влагой, а губы нервно задрожали. Утирая тыльной стороной ладони скупую мужскую слезу, громовержец от души поведал трогательную историю его жизни. И то, как Локи его, нахал такой, спровоцировал, свел его с ума, буквально изнасиловав его, связав своей проклятой бесчестной магией. И как потом сдал его родителям, сказав, что во всем виноват тор. И как разгневанная мать чуть было не кастрировала его на живую, пытаясь заставить отца посадить единственного наследника в темную сырую темницу.       Голлос блондина дрогнул и он упал на колени, заходясь в громоподобных рыданиях. Тор театрально заламывал руки, продолжая свой печальный рассказ:       - И вот он, единственный, родной, любимый брат. Предал меня, - заливаясь слезами и наматывая сопли на кулаки.       - Мать родная отказалась! Никто меня не любит, никто меня не ждет. Отец, пытаясь спасти от неминуемой гибели, отправил сюда, под прикрытием. И пока меня не было устроили вражины проклятые переворот! И свергнули отца моего - ему тоже сюда бежать пришлось, однако нагнали его супостаты окаянные при телепортации, - постепенно прекращая истерику Тор стал входить в раж. Он поднялся на ноги и начал расхаживать перед восхищенно внимавшими зрителями, размахивая руками.       - Ужасные монстры! Они поймали нас как только мы вышли уз луча, - переходя на трагический ужасающий шопот продолжил мужчина.       - Глаза горят у них одским пламенем! Сами они огромные, - загадочным напряженным голосом повествовал громовержец. Он стоял спиной к слушателям, чуть наклоняя голову и разводя плечи, становясь зрительно больше чем есть, словно раздуваясь на глазах, - словно адовы черти. Тор резво подскочил на месте, разворачиваясь в прыжке и поворачиваясь лицом к двум взвизгнувшим, как девчонки, мужчинам. Бог грома растянул указательными пальцами губы, пытаясь попутно говорить:       - Жубы у них... Во-о-ош шакие! - развел руками, обозначая огромную длинну.       - Когти - ВОТ! - скрючив пальцы одной руки, поднес вторую, показывая насколько длинные когти.       - Они напали, орали своими нечеловеческими голосами, пытаясь разорвать нас на части! - доверительно сообщил бог. Она навис над своими слушателями, сделав большие глаза, отчего оба мужчины, стуча зубами, судорожно вцепились друг друга, сверкая паникой на покрытых щетиной лицах.       - Я пытался помочь своему отцу! Я дрался за него, будто лев! Бился до последней капли крови, как в последнем сражении в своей жизни! Но его сильно ранили, - Тор сделал трагическую паузу и снова утер ладонью выступившую из глаз скупую мужскую слезу.       - Он сказал "Беги, сын, мое время пришло! Ты не сможешь мне помочь! Ты единственный, кто имеет права править Асгардом!"... - отвернувшись, сын Одина снова всхлипнул и заговорил тихо-тихо, обреченно. - И я ушел… я не мог противиться последней воле своего отца...       Трагичную исповедь блондина прервал громкий лязг стали, который заставил всех троих подпрыгнуть на месте и резко обернуться. Каждый из них ожидал увидеть тех самых чудовищ. Во все глаза трое мужчин уставились на выход из помещения, откуда слышался топот, словно стадо бизонов скачет по паркету, а их шерсть развивается на ветру.       - Ты такой си-и-и-ильный, папочка, - послышался тоненький девичий голосок в тот самый момент, когда сквозь ткань ввалился Всеотец. Морда его вся была заляпана следами от помады, с четкими отпечатками девичьих пышных губок.       Один пьяно захихикал и игриво ущипнул за накачанные аппетитные задницы двух девочек, что обвили его своими конечностями и висели по бокам на его шее, как спелые груши. Их довольный визг огласил помещение, смешавшись с кокетливым смехом царя Асгарда.       - Ты такой большо-о-о-ой.       - Такой опытный.       - Такой красивый.       - Такой великолепный, - щебетали на все лады семеро очаровательных девиц-моделей, лапающих везде и всюду отца громовержца. Живая легенда пьяно шаталась, но тоже не оставалась в долгу, похотливо мацая спутниц за округлости.       Всеотец подошел ближе к троице друзей, Капитан Америка и Железный Человек неверяще и вопросительно смотрели сначала на одного, потом на другого Одинсона.       Но тор быстро взял себя в руки. Он отвел, наконец, шокированный взгляд от созерцаемой картины писаной и перехватил на себе два круглых вопросительных взгляда мстителей.       - Весь в меня! - не смутившись, выдал громовержец, под понимающие возгласы парочки и самодовольно сложил руки на груди, гордо задрав нос.