Братья

      ...Майкрофт улыбнулся. Эгоистичный брат, женатый на загадках... А без них играющий на скрипке или балующийся кокаином. Улыбка сползла с лица Майкрофта.       Мальчишке было пятнадцать лет, когда он начал им увлекаться... всего пятнадцать! Хотя ничего удивительного, ведь Шерлок развивался гораздо быстрее, чем обычные дети. Он уже в пять лет мог рассказать в лицо человеку, старше его лет на двадцать, все, что о нем знает и что о нем думает. За это непокорный брат часто стоял в углу или делал домашнее задание, лишенный своих загадок. Но однажды Майкрофт заглянул в комнату Шера, где тот якобы делал домашку.       Младший брат сидел, откинувшись на стул, на лице была блаженная улыбка, а глаза, вечно скучающие и безразличные ко всему, кроме загадочных преступлений, светились непривычным для Шерлока счастьем. Майкрофт поперхнулся и перевел взгляд на стол. Там, среди формул, нот, фотографий и прочих документов, лежала недокуренная самокрутка. Рядом валялся распотрошенный мешочек с белым порошком. Ветер, ворвавшийся в комнату через широко распахнутое окно, разворошил и так беспорядочно лежащие бумаги и рассыпал остатки наркотиков. Майкрофт очнулся. "Ты что творишь?!" – заорал он (тогда Майкрофт еще не умел сдерживать свои эмоции, когда дело касалось брата – умение это пришло со временем). Шерлок ничего не ответил, но Майкрофт понял, что брат вернулся в реальный мир. "Так вот почему ты в последнее время с таким рвением взялся делать уроки! А мы уж думали, ты поумнел!.." Шерлок фыркнул. Майкрофт осознал всю нелепость своего высказывания ("умнее Шера быть никто не может", - любил говорить их дедушка Карл Мартелл и, в общем-то, был прав). "Три месяца", - как всегда, опередил брата Шерлок. Майкрофт ничего не сказал. Он знал, что забирать кокаин у младшего Холмса бесполезно – коли уж этот достал, то и другой ухитрится... Лишь бы не переусердствовал. Лишь бы не узнала мама.