Заповедная зона

- Начало многообещающее… - кисло выдавил Айзек, проглатывая последнее слово в широком зевке. – Монти, милый, я все-таки не понимаю, зачем нужно было поднимать нас в такую рань? Мы ведь в отпуске, можно было выехать чуть попозже… - Вот-вот, - сонно подтвердил Адам и зевнул в знак согласия. – Полшестого утра! Питтман, ты в своем уме? В ответ бородач лишь презрительно фыркнул, выдернул из рук помятого и взлохмаченного Ламберта увесистую дорожную сумку и закинул в кузов своего могучего пикапа. - А где Томми? – Эшли растерянно повертела головой и сладко потянулась, обнажая плоский животик с непонятно откуда взявшимся пирсингом. - Уау! – не сдержался Карпентер, заметив сверкнувшую в пупке басистки серьгу. – Эш, кто тебя продырявил? - Давно это было… - равнодушно махнула рукой девушка, кажется, не уловив спросонья сути вопроса. – А ты с какой целью интересуешься? Ламберт фыркнул от смеха, Монти неодобрительно зарычал, а Айзек на секунду завис. - Да нет же, я вот об этом! - ударник легонько ткнул ее пальцем в живот, но Эшли взвизгнула и неожиданно проворно отпрыгнула в сторону. - Придурок! Щекотно же! - Ребята! Кажется, я вижу нашего Томми! – торжественно изрек Адам и указал влево, откуда к музыкантам приближалась большая куча непонятно чего, едва держащаяся на тоненьких ногах. - Что он тащит? – изумилась девушка, поправляя задравшуюся майку. - Да помогите же ему, дебилы! – всплеснул руками Монти и сам вприпрыжку бросился навстречу кряхтящему под тяжелой ношей Рэтлиффу. - Томми, что это? Палатки? – удивленно вытаращился Айзек. – Зачем? - В смысле? – облегченно выдохнул блондин, избавленный от груза заботливым Питтманом. – Чтобы спать. А ты знаешь другое применение? Адам и Эшли переглянулись. - А тебя что, Монти не предупредил, что мы будем жить в шале? – Ламберт язвительно изогнул бровь и уставился на своего музыкального директора. - Ччччччерт… - виновато прошипел Питтман, бросив наконец лихорадочно сгружать вещи в машину. – Прости, Томми! Я действительно тебя так и не предупредил. Когда я позвонил тебе вчера, ты был недоступен, и я решил, что перезвоню позже. А потом закрутился и забыл… Прости, чувак. С меня пиво. - Да ладно, - отмахнулся Томми. – Все равно на всех бы не хватило – у меня их всего три штуки. Забей. Так куда мы едем? Питтман явно воодушевился: - На озеро Аку-Каку! Это одно из красивейших мест из всех, где я бывал в этих краях! Я снял для нас пять домиков – каждому отдельный. Вот увидите: там такой воздух, такая природа, такая расслабуха! - Хотелось бы верить, - ухмыльнулся Ламберт. – Иначе порвем тебя вчетвером за то, что заставил променять Мексику, как планировали, на твою… Каку. - Ну так поехали уже! – огрызнулся бородач, наигранно открывая перед ним дверцу машины. Как только вся команда утрамбовалась в пикап, Монти важно сел за руль и завел двигатель. На правах «звезды» Адам вальяжно развалился на переднем сидении, но и ребятам, оказавшимся сзади, было весьма комфортно: и Эшли, и Айзек, и уж тем более Томми были как на подбор субтильны, а посему нисколько не стесняли друг друга. - Сколько ехать до твоей Каки? – донесся голос Айзека. - Я бы не стал поднимать вас так рано, если бы не знал, что это необходимо, - деловым тоном отозвался Питтман. – Я все продумал! Мы доберемся до Аку-Каку часам к десяти вечера и сразу ляжем спать. А уж наутро вы проснетесь и увидите такие красоты!.. - И почему ты не стал рекламным агентом? – в очередной раз съязвил Ламберт, но бородач проигнорировал этот «укол» - только одарил его многозначительным взглядом и как ни в чем не бывало вернулся к своим водительским обязанностям. Пейзажи за окном то и дело сменяли друг друга. Сперва мимо пронеслись широкие поля, густо синеющие от цветущей лаванды; потом промелькнул какой-то захудалый населенный пункт с неприметными фермерскими домиками по обеим сторонам дороги; потом мелкая речушка, петляя, проводила их до крутого поворота и пожурчала дальше в своем направлении… Адам молчал уже часа два, что несказанно радовало Монти - он спокойно держался за руль, а певец тем временем усердно строил в голове тридцатиэтажную башню из матов, в которые пытался вложить все, что думает об этой сельской романтике, помноженной на коровьи лепешки и все сеновалы мира. Путники на заднем сидении наоборот о чем-то весело переговаривались вполголоса, и только заливистый смех Эшли изредка прерывал это монотонное щебетание. - Долго еще? – не выдержал Ламберт. – У меня уже задница квадратная! Я хочу погулять! - Не гунди, барышня кисейная! – одернул его Монти. – Мы полчаса назад останавливались. Ты три раза обошел вокруг какого-то куста и снова сел в машину. Почему не гулял? - Я не хочу гулять вокруг кустов! – тоном пятилетнего ребенка захныкал Адам. – Я на волю хочу! - Ишь! Жеребец… - раздался голос Айзека. - Чего-чего? – Ламберт вытянулся и перегнулся через сиденье, чтобы попытаться достать обидчика. – Еще раз? - Ничего! – Карпентер сверкнул полудебильной-полубезумной улыбкой и захлопал честными глазами. - Ну-ну… - певец сполз обратно на свое сиденье, при этом совершенно отчетливо услышав за спиной: «Конь рыжий…» Надо сказать, что вся эта мнимая перебранка на самом деле была всего лишь игрой и скорее веселила, нежели обижала собеседников. А меж тем впереди показалась изрядно выцветшая и довольно обшарпанная вывеска: «Внимание! Заповедная зона». Монти заглушил двигатель, и друзья, потягиваясь и разминая суставы, начали с любопытством оглядываться. Воспользовавшись неожиданной возможностью расправить ноги, первым из машины выскочил Ламберт, подошел к вывеске вплотную и с деловым видом зачитал вслух: «Уважаемые путешественники! Вы въезжаете на территорию природного заповедника, который является особо охраняемой зоной. Просим вас быть внимательными, не бросать мусор, не разводить костры, не прикармливать диких животных. В случае выхода животных на дорогу постарайтесь спокойно покинуть зону, не привлекая внимания и не создавая шума. Счастливого пути!» А чуть ниже красовался характерный для подобных вывесок рисунок, изображающий подозрительно веселого и явно чуточку упоротого лося. - Ух ты! – по-детски обрадовалась Эшли. – Тут водятся дикие звери! А вдруг мы сможем увидеть кого-нибудь? Как здорово! Айзек промолчал, но на всякий случай вынул фотоаппарат и прикрутил к нему телеобъектив. Томми как-то боязливо поежился, а Адам развернулся и, широко раскинув руки и изображая вселенское радушие, выкрикнул: «Добро пожаловать в заповедную зону, мать ее перемать!» Питтман бросил на землю недокуренную сигарету и старательно растер бычок ногой: - Ладно, садитесь уже, поехали! Осталось не так много. Проедем заповедник, потом еще с полсотни миль – и мы на месте. Воодушевленная Дзериджиян слезно напросилась на этот раз сидеть у окна, дабы не пропустить появление диких животных; Айзек высунул фото-дуло в противоположное окно; а оказавшийся посередине Томми буркнул что-то вроде «Очень надо», воткнул в уши наушники, натянул на голову капюшон толстовки и приготовился еще пару часиков подремать. К сожалению, все попытки басистки разглядеть среди деревьев хотя бы того самого не к ночи помянутого лося были тщетными: автомобиль ехал слишком быстро. Рэтлифф демонстративно сопел, сложив губки бантиком. Карпентер тоже расслабился и задремал в обнимку с фотоаппаратом. Но вдруг что-то пошло не так. Машина дернулась, потом еще раз, чихнула и… заглохла. - Что за хренотень?! – возмутился Питтман, лихорадочно оглядывая приборы на панели в попытке найти объяснение неожиданной поломке. - Нееееет! – голосом трагического героя пропел Адам и воздел руки к небу. – Монти! Ты нарочно? Это карма! Боже! Ну какая сила понесла нас в эту дыру?!?! - Заткнись! – рыкнул бородач, вышел из машины, открыл капот и погрузился в него с головой. - Уже приехали? – растерянно захлопал ресницами разбуженный остановкой Томми. - Куда там – приехали! Сломались, блять! – взвыл Ламберт, вышел, хлопнул дверью и злобно пнул колесо. - Ээээ! Придурок! Отставить доламывать мою машину! – послышалось из-под капота. – Лучше сядь за руль, и когда я скажу - попробуй завести! Адам еще раз цветасто выматерился, обошел пикап, сел на водительское сидение и с обреченным видом подпер подбородок кулаком. - Заводи! – крикнул Монти. Ламберт повернул ключ зажигания и несколько раз легонько надавил на газ. Машина тягостно засвистела, но заводиться отказывалась. - Еще раз! И снова – ничего. - В карбюраторе – конденсат! - сумничала Эшли, ну тут же резко затихла, когда на нее с абсолютно одинаковым выражением разом уставились три пары глаз. - Пипец… - вздохнул Адам. – Приехали… Расстроенный Питтман вылез из-под капота и нервно закурил, а Ламберт полез в свою бездонную сумку. - Ты чего там ищешь? – удивился Айзек. - Чего-чего? Мобильник! Эвакуатор вызывать! - Какой мобильник?! – простонал сквозь сигарету Монти. – Ты хоть представляешь, где мы? Мы в четырехстах милях от цивилизации! Тут нет связи! Это ЛЕС! За-по-вед-ник! Но настырный Адам все-таки продолжил поиски и успокоился, только когда увидел на дисплее «No service» и унылое многоточие вместо лесенки, обозначающей степень присутствия сети. Айзек выполз из машины, и лишь по тому, что обычно чрезвычайно болтливый ударник не произносил ни слова, можно было догадаться, что он тоже осознал всю «прелесть» ситуации. - Ну? И каковы наши действия? – не унимался Ламберт. – Ты отправишь нас пешком… в Каку? - Я никуда не пойду! – неожиданно подал голос Томми. – Вы что, с дуба рухнули? В лесу дикие звери! - Эээй, Глиттербеби, ты что, боишься ежиков и лисичек? – подмигнул ему Адам и расплылся в наглой широкой улыбке. - Да пошел ты! – огрызнулся гитарист, сложил руки на груди и отвернулся, не желая продолжать разговор. - Нет-нет-нет! – замахал руками Монти. – Никуда мы не пойдем! Во-первых, через час-другой стемнеет. А во-вторых, Томми прав. Не забывайте, где мы находимся! Заповедник – это не шутки. Тут действительно водятся дикие животные, и я меньше всего на свете хочу подвергать нас риску. Нам придется переночевать… здесь. Повисло тягостное молчание. - Что, ПРЯМО ЗДЕСЬ – на дороге?! – опешил Айзек. - Ну конечно нет! – закатил глаза Питтман. – Сейчас мы все дружно откатим машину в сторону – подальше от дороги, а спать будем… Постойте! У нас ведь есть палатки!!! - последние слова он выкрикнул с такой радостью, что можно было подумать, будто музыкальный директор неожиданно открыл новую планету. - Томми! Ты гений! Ты ведь взял палатки! Нет худа без добра! Вот сейчас они нам и пригодятся! На лицах музыкантов обозначилось заметное облегчение, а Томми виновато пожал плечами: - Монти, но… палаток ведь только три. А нас пятеро. - Три – это лучше, чем ни одной! – невозмутимо ответил Питтман. – Не захвати ты эти ТРИ палатки – мы бы сегодня все ВПЯТЕРОМ в обнимку спали на сумках в кузове пикапа под открытым небом! Возразить было, действительно, нечего. А обрадованный таким удачным стечением обстоятельств Монти раскомандовался еще пуще: - Так! А теперь давайте-ка, откатим машину! А ну, навались! Пыхтя и матерясь, четыре мужчины и девушка кое-как справились с трехтонной махиной под названием Dodge Ram и синхронно выдохнули, когда автомобиль удалось дотолкать до первых тоненьких деревьев, за которыми начинался густой заповедный лес. - Фуууууух, твою дивизию! Тяжел однако американский автопром! – крякнул Ламберт, не привыкший к таким физическим нагрузкам, и стер рукавом пот со лба. – Ну, Томми Джо, доставай свои палатки. С чувством легкой гордости за свою «прозорливость» Томми запрыгнул в кузов и сбросил на землю три бочонкообразных свертка. Монти, Адам и Айзек тут же взяли по одному и начали торопливо разворачивать, чтобы успеть поставить палатки до темноты. Верхушки деревьев уже горели золотом от заходящего солнца, и нужно было поторапливаться. Как ни странно, первым с палаткой справился Ламберт, чем немало удивил своих друзей. - Ну ты даешь, звезда! – искренне восхитился ударник, который отстал от Босса всего на каких-то пару-тройку минут. - Дык! – самодовольно подбоченился певец и снисходительно посмотрел на чертыхающегося Питтмана, который еще даже не приступил к установке, а только бесконечно дергал какую-то деталь. - Помочь? – подскочил Айзек. - Да тут, блин, не помощь – тут что-то скользкое нужно! – прорычал Монти. – Вот здесь заело. Можешь сходить до машины и набрать со щупа немного масла? - Легко! – охотно отозвался Карпентер, но тут мимо него пролетел какой-то предмет, упав прямо в руки к Питтману. - Это пойдет? – хитро прищурился Адам. Монти удивленно глянул на прилетевший к нему тюбик и с ехидцей прочел: - «Лубрикант с анестетиком»! Ламберт, я, конечно, все понимаю, но нахрена ты брал с собой ЭТО? Кого ты собирался трахать на озере? Рыбок? Они и так скользкие, чувак! Айзек добродушно заржал, а певец игриво пожал плечами: - Если не надо – верни! - Отвали! То, что нужно! – хмыкнул Питтман, старательно смазывая запчасти и приговаривая: - Не бойся, палаточка, будет не больно! Тут у нас смазка с обезболивающим эффектом! Эшли захихикала, а Томми, пряча под челкой некстати вспыхнувший румянец, сунул руки в карманы и уверенно пошагал в сторону леса со словами: - Я… Это… Пойду, отолью. - Только не писай ради бога на редкие растения! – с тревогой в голосе крикнула ему вдогонку Эшли. Томми неопределенно хмыкнул и скрылся за кустами. Выбрав подходящее место, он остановился, огляделся, расстегнул ширинку, облегченно выдохнул, прицелился из вредности на самый, по его мнению, редкий цветочек и с чувством глубокого удовлетворения приступил к опорожнению уже едва ли не лопавшегося мочевого пузыря. Внезапно чуть поодаль дрогнули кусты, и прямо за ними Томми заметил какое-то движение. Он напряженно замер, дыхание непроизвольно остановилось. В кустах тоже все как будто затихло. Но Рэтлифф, на мгновение потеряв равновесие, наступил на какую-то ветку, которая хрустнула так громко, что кусты впереди вздрогнули, и гитарист с ужасом увидел высокую лохматую фигуру, поспешно удаляющуюся в чащу… на двух ногах! Пару секунд бедняга стоял как вкопанный, а потом, так и не успев понять, попИсал он или нет, бросился бежать с истошным воплем: «Мамаааааааааааа!!!!!!!!!!!!!!!!!!» Выскочив из леса с ошалевшими глазами и до смерти перепугав Эшли, Рэтлифф несколько раз оббежал стоящие рядком палатки и инстинктивно спрятался за самое большое и широкое, что увидел перед собой – за спину Ламберта, крепко вцепившись пальцами в его рубашку. - Ты что? Что случилось? – изумленно обернулся Адам и с трудом отцепил от себя дрожащего как осиновый лист гитариста. - Пошла Красная Шапочка в лес попИсать, увидела волка – заодно покакала… - равнодушно промычал Монти. - Адам, я… Там…. Я… ОН! … Я видел! Ужас… - Еще раз и помедленнее, - спокойно переспросил певец, взял его за плечи и легонько встряхнул. – Что там? Что ты увидел? В глазах Томми отражался вселенский ужас: - Я видел… Снежного человека! Йети! Питтман поперхнулся сигаретным дымом. - Чего?! – опешила Эшли. – Томми, что ты несешь? Какой снежный человек? Их не бывает! Ты переутомился! - Ничего я не переутомился! – яростно вскрикнул Рэтлифф. – Говорю вам! Это был Йети! Я видел его! Он огромный и волосатый! - Глиттербэби… - Ламберт попытался обнять его, но гитарист грубо вывернулся и демонстративно отошел в сторону. - Не трогай меня! Черт! Вы все мне не верите! Хрен с вами! Но ОН там! Я видел! С этими словами Томми отвернулся и умолк, все еще пытаясь прийти в себя от страха. - Успокойся, - Монти по-отцовски положил руку ему на плечо. – Скорее всего, это был лось. Или олень. Мы же в заповеднике! Тут полно диких зверей. - Сам ты… лось! – огрызнулся гитарист. Остальные на всякий случай замолчали, чтобы не провоцировать и без того раздраженного Томми. - Хорошо, - дабы разрядить обстановку, Питтман попытался перевести разговор на другую тему. – Давайте вернемся к нашим палаткам. Нужно решить, кто с кем спит. Музыканты оживились и с интересом посмотрели друг на друга. - Я буду спать одна! – неожиданно заявила Эшли. - Я единственная девочка в компании, и мне положена отдельная палатка! Айзек было согласно кивнул, но его решительно прервал Монти: - Нет. Так не пойдет. Оставлять тебя одну на ночь, пусть и в палатке, опасно. Все-таки это заповедная зона, да и потом ты ведь слышала: Томми видел в лесу какого-то зверя! Значит, они подходят близко к людям. Нет, Эшли. Одной – исключено! Кто-то должен тебя охранять! Остальные одобрительно закивали головами, подтверждая, что устами Питтмана глаголет истина. - Я предлагаю так, - продолжил бородач. - Эшли спит с Адамом, Томми с… - Я не буду с ним спать! – запищала басистка. - Это почему? - Он же гей! А вдруг ночью он спросонья примет меня за парня и начнет щупать мою задницу! Ламберт громко фыркнул – то ли от смеха, то ли с презрением. - Хорошо. Тогда Эшли спит со мной, а с Адамом спит… Айзек! - Вот уж нет! – запротестовал ударник. – Эшли, тебя так беспокоило, что Адам примет тебя за парня? А Я И ЕСТЬ ПАРЕНЬ! Вдруг он будет домогаться меня! Он, видала, специально с собой смазку возит! Да он маньяк! - Вы начинаете меня раздражать! – рыкнул Монти. – Если вы все такие пугливые, то с Адамом буду спать я. - Да лучше жабу в рот! – вырвалось у Ламберта. – Спать с тобой?! Ни за какие деньги! Ты мне мозг вынесешь за ночь! А мне нужен покой! Я звезда! - Пи… - рявкнул Монти, но сдержался. - Значит так, придурки! Слушай мою команду! Эшли, ты спишь с Айзеком! Томми спит со мной! А ты… маньяк… по совместительству – звезда… - он многозначительно зыркнул на широко улыбающегося Адама, - будешь спать один! И пускай к тебе в палатку ночью заберутся дикие звери! По наступившему молчанию было понятно, что в целом с «расстановкой сил» все согласны, а Ламберт язвительно подытожил: - Вот и правильно! Отлично! У меня должны быть отдельные апартаменты! И, да! Я смогу водить к себе кого захочу – лосей, оленей, Йети! И буду их насиловать! Уа-ха-ха-ха! - Идиот… - шикнул Питтман. – Ладно. А теперь давайте: мальчики налево, девочки направо - и по койкам! Эшли достала из сумки влажные салфетки и послушно направилась вправо, за кусты. - Я не пойду налево! – завопил Рэтлифф, указывая в чащу леса, откуда он несколько минут назад выбежал с паническим криком. – Там… ОН! - Боооже… - трагически вздохнул Монти. – Ну иди направо! Девочка… ёптыть… Под дружный ржач Адама и Айзека Томми натужно вздохнул и пошел вправо – туда, куда только что ушла Эшли. Из кустов донесся истошный женский визг, и все наконец затихло.