Жизнь, Adar, прекрасная вещь

Король взволнованно мерил шагами коридор перед покоями своей королевы. Сердце гулко билось о ребра, подобно птице, что рвется из клетки, стараясь вырваться на волю. Подданные смиренно стояли по обеим сторонам коридора, наблюдая за своим Владыкой, не смея проронить ни слова. Ничто не нарушало мрачную тишину, повисшую здесь, лишь слышен был шорох королевской мантии по мраморному полу. Дверь со скрипом приоткрылась, и Владыка резко обернулся, в красивых синих глазах полыхнула надежда. Из покоев вышел целитель, тщательно скрывая лицо от короля, хотя, что может укрыться от этого взора? Правитель Лихолесья отчетливо увидел дорожки слез на щеках молодого эльфа. - Что с ней? Как все прошло? - Владыка Трандуил… - целитель опустился на одно колено, низко склоняя голову, так что его каштановые волосы коснулись пола. - Мне нет прощенья… - Что случилось? - прохрипел Трандуил, приподнимая лицо врачевателя за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. Сердце пропустило удар, когда тот безжизненно изрек: - Она мертва, Владыка… Подданные увидели, как в ужасе распахнулись глаза короля, как задрожали руки и как Трандуил рванулся в покои любимой. Распахнув дверь, он мотнул головой и увидел королеву, лежащую на кровати, устремив потускневший взор зеленых глаз куда-то сквозь короля. Длинные волнистые волосы, отливающие золотом, разметались по мягким подушкам, руки раскинулись в стороны, а обычно алые, как лепестки дикой розы, губы застыли словно бы в беззвучном вопле. Трандуил на подгибающихся ногах приблизился к кровати и без сил рухнул рядом на колени, вглядываясь в бледное лицо королевы. - Анорсель… - прошептал король, сжимая в руке хрупкую ладонь супруги, будто надеясь, что она проснется и вновь с нежной улыбкой взглянет на него. - Очнись, умоляю! Прозрачные слезы потекли по щекам, оставляя за собой влажные дорожки, затекая в приоткрытый рот, из которого вырывались рыдания. - О, Эру! Безумный, полный горечи, печали и страдания вопль сорвался с уст короля и будто оглушил все Лихолесье. Эльфы сжимались от сострадания, их души замирали, стоило им услышать крик своего Владыки, всеми любимого. Они прижимали заостренные уши, опускали головы, друзья и близкие королевской семьи тихо плакали, стоя у порога покоев королевы, но никто не смел подойти к Трандуилу, утешить его, поддержать хотя бы своим молчаливым присутствием. Лес тоже затих, веселый гомон птиц смолк, звери прекратили возню, мелкие животные забились под корни деревьев, а где-то кто-то тоненько заскулил, склоняя голову к земле. Могучие кроны деревьев раскачивались под порывом эльфийской печали, крепкие ветви стонали, будто оплакивая Анорсель. Этот день ждали все, но теперь… Песен никто не поет. Сколько прошло времени? Час? День? Но для короля это казалось вечностью. Тело давно унесли, а он сидел на стуле, сгорбившись, не в силах даже подняться. Слезы будто высохли, иссякли. В душе разверзлась пропасть боли, которая душит, затягивает в свою страшную темноту, где даже ночное зрение эльфов бесполезно. Там просто нет света и жизни, остался лишь мрак, страдание и бесконечная усталость, расползающаяся по всему телу. - В… Владыка, - позвал кто-то и Трандуил равнодушно поднял голову, смотря перед собой пустым взглядом. - Да? Перед ним стояла одна из придворных служанок. Она склонила голову в почтительном поклоне и вновь заговорила: - Мой король, позвольте отвести вас. - Куда? - Увидите. *** - Ну? - слегка раздраженно процедил Трандуил, наблюдая за служанкой. - И где то чудо, что удостоилось того, чтобы поднять меня и отвлечь от горестных мыслей? - Простите, мой король, но… - служанка обернулась, держа что-то в руках. - Думаю, горевать вам больше не придется. Владыка уже открыл рот, чтобы осадить ее, но девушка склонила голову и протянула ему небольшой сверток, со словами: - Ваш сын, Владыка. Трандуил медленно шагнул к ней и принял сверток. В его руках был совсем маленький, новорожденный эльфенок, укутанный в мягкое, расшитое серебром синее одеяло. - Мой сын? - прошептал король, вглядываясь в личико ребенка. -Ваш, мой лорд. Трандуил осторожно провел подушечками пальцев по румяной щечке эльфенка, и тот, почувствовав ласку, тут же подался к руке Владыки и сонно засопел, надув губки. - Он просто… - эльф сглотнул, не в силах выразить внезапно нахлынувших чувств. - Прекрасен… О, Эру, спасибо тебе! Король крепко прижал к себе сына и раздался протестующий писк. Крохотная ручонка, высвободившись из теплых одеял, уперлась в щеку Трандуила, и тот задрожал от нежности, когда мягкие, еще не цепкие пальчики потянули за длинные золотистые волосы короля. - Сокровище моё, - выдохнул эльф, ласково прикасаясь губами ко лбу сына. - Душа моя… Никому и ни за что тебя не отдам, мой маленький принц…