Ночные стражи "Испытание судьбы"

      – Эй! Просыпайся! – юного болотного совенка резко щелкнули когтем по клюву. – Долго будешь дрыхнуть? Солнце уже давно скрылось за горизонтом и...       – Так! Хватит теребить своего брата, – раздался нежный женственный голос взрослой болотной совы, – иди к отцу Свир, сегодня вы снова будете тренироваться летать.       Свир сразу обернулся на свою мать и радость блеснула в его глазах, окружённых уже проявившимися темными перышками.       – Ура! Сегодня я точно долечу до той ветки! – с этими словами, молодой совенок поскакал к выходу из дупла, находившегося в молодом, но уже большом дубе.       – Слушай папу, – нежно проговорила мама вслед Свиру и тихонько закурлыкала, как это делают совы, когда смеются.        Второй совенок лежал в углу дупла и мирно спал. В это время года, ночь становилась все короче и молодые совята совсем не высыпались, что нельзя сказать про Свира, который всегда был заряжен энергией, словно внутри него полыхало маленькое, еле заметное пламя.       Взрослая болотная сова подошла к спящему совенку и аккуратно погладила по голове и уложила клювом редкий пушек.       – Вставай мой милый, – прошептала мама и продолжила приглаживать перышки сыну. – Вставай, уже ночь, пора учиться летать.       – Мам? Это ты? – сонно буркнул совенок.       – Да, конечно же я, – спокойно прошептала сова. – Пора вставать.       – Мне снился интересный сон, – моргая сонными глазами, совенок начал подниматься, чуть пошатываясь, – я летел... от нашего дупла... случилось что-то, но я не знаю, что, а потом я сел у озера и... дальше не помню, – в голосе его слышалась еле заметная грусть, но мать чувствует эмоции сына всем желудком, и может понять это даже если бы была слепа и глуха.       – Ничего страшного, мой милый, это просто сон и твоя фантазия, лучше представь, что сейчас ты будешь учиться летать вместе с братом и отцом! – успокаивающе сказала болотная сова и погладила сына крылом по голове, пригладив торчащие перья. – Иди, папа со Свиром уже приступили, – она улыбнулась и подтолкнула птенца крылом.       Совенок прыгнул на край дупла и высунул голову наружу, уставившись в небо. В Серебристой мгле ночи были очень красивы, особенно в это время.       – Чего ты ждёшь, Орик? – задыхаясь, рядом приземлился Свир и чуть не упал с ветки, благо он успел вцепиться когтями. Убрав крылья за спину, он повернулся к брату. Грудь его неистово увеличивалась и уменьшилась, а клюв был открыт, но в глазах была искренняя радость.       – Давай сюда, брат! – Свир слегка толкнул брата крылом и неуклюже спланировал на ветку рядом.       – Свир! Ты слишком сильно выматываешься, снизь нагрузку! Почувствуй воздух своими крыльями! – послышался приближающийся низкий, но приятный голос самца болотной совы. Это был Рулф, отец семейства, крупная болотная сова, которую знали многие соседи. Раньше часто проводил время на пьяных деревьях, где рассказывал о странствиях. Там же он встретил Мору, и сразу влюбился. Ради нее он бросил странствования и стал примерным семьянином и отцом.       – Да! Я знаю, пап, нужно расправить крылья сильнее и планировать бесшумно, чтобы схватить жертву раньше, чем она услышит приближение хищника! – с отдышкой протараторил старший брат.       Нужно сказать, Свир был старше своего брата почти на целый лунный цикл.        Отец мастерски приземлился рядом с Ориком и громко прокурлыкал. – Ты слишком напористый, сынок, – после этих слов, Рулф повернул голову к младшему сыну, который не отрывал глаза от старшего брата, бывшего для него предметом подражания, птенец мечтал быть таким же красивым, как его брат. – А теперь ты, малыш...       – Я не малыш! – обижено перебил Орик.       – ... да! Как же я мог забыть. Орик, ты помнишь, чему я тебя учил в прошлый раз? – проухал отец.       – Эм... Да! Конечно... – смятённо пробубнил совенок.       – Тогда попробуй спланировать вооон на ту ветку, – отец показал крылом на ту ветку, на которой сидел Свир.       Старший брат расправил крылья и перелетел на другую ветку, чуть выше.       – Отлично, Свир! У тебя хорошо получается! Так, а теперь ты, – похвалив старшего, отец освободил пространство для младшего и уставился на него. Орик медленно расправил свои маленькие крылья и робко оттолкнулся лапками от ветки. Немного пролетев в воздухе, он быстро схватился когтями за ветку, пошатнулся и убрал крылышки за спину, после чего повернулся к отцу.       – Молодец, сынок! Продолжаем! Так, а ты, – отец показал когтем на старшего совенка. – тренируйся, летая вокруг ствола, а я буду помогать Орику.       Совёнок кивнул и радостно взмахнул крыльями, начав медленно летать вокруг толстого дубового ствола, чуть заваливаясь в разные стороны.        Так и прошла вся ночь.        Когда над горизонтом стала проявляться бордовая полоска, отец отправил совят в дупло и приказал спать, а сам подошел к Море, сидевшей около яйца.       – Ну как? – тихо спросила она.       – Пусть сначала уснут, – кивнул на совят Рулф.       Совята хохотали и игрались, делая друг на друга ложные выпады.       – Сдавайся крааль! – сделал выпад Орик.       – Нет, я никогда не сдамся, пусть я и крааль, но я имею честь и когда-нибудь стану их предводителем!        Свир толкнул брата, от чего тот упал, и он прыгнул ему за спину, начав теребить перья на макушке.       – Сдавайся, братик! Ты повержен! Краали победили! – воинственно отчитался Свир.       – Да, брат, я сдаюсь, ты сильнее! – покорно проговорил Орик и зевнул, положив голову рядом с братом.        Свир очень любил своего брата и всегда защищал его, играл с ним. Они проводили почти все свободное время вместе. Старший брат даже учил его летать, когда обоих родителей не было. Конечно, им часто влетало за это, но Свир брал всю вину на себя, он был благороден и благородство только росло со временем.        Вскоре оба совенка уснули, лежа вместе большим пернатым комком, положив головы друг на друга. Все это время родители умиленно наблюдали за совятами и прижимались друг к другу. Рулф потерся головой о мордочку своей подруги жизни и перебрал перышки у нее над клювом.       – Как ты думаешь, дорогой, кто вылупится из яйца? – нежно прошептала Мора.       – Ну конечно же мальчик, – решительно ответил Рулф, посмотрев сове в глаза. – нам же везет на мальчиков, конечно, не всегда, – Рулф грустно посмотрел на Орика.       – А я очень хочу девочку, что бы у них была сестренка, да и хватит мне мальчиков, они слишком озорные, – прокурлыкала Мора       – Да, озорные, но сама посмотри на Свира, он очень хороший и всегда защищает брата, из него вырастет очень хорошая сова, а вот наш Орик... Эх, – отец снова погрустнел, опустив глаза.       – Ничего страшного. Только Глауксу дано знать, почему он вылупился таким, но нужно питать надежды, что он вырастет и это просто такое время, – успокоила мужа Мора и тоже стала смотреть на Орика.       Дело в том, что Орик вырос, как считали родители, неполноценным – когда все совята уже оперились, у Орика только начали появляться перья, когда сверстники начинали учиться летать, малыш даже не мог расправить крылья. Церемонии редко сменяли друг друга, например, маленький Орик ел только насекомых до самого первого оперения и только недавно прошла церемония первого мяса. Что касается полетов, то, когда брат уже летал довольно неплохо, то Орик сидел на ветке и мечтал тоже летать. Из-за всего этого малыш очень хотел быть похожим на брата. В семье было строгое правило, не упоминать его недостатки при других совах и стараться об этом не говорить. Впрочем, все его любили и таким, а брат в нем души не чаял и очень ждал, когда Орик научится летать.       – Я боюсь, как бы не вылупился такой же больной малыш, – грустно прошептала мама.       – А я волнуюсь о другом... – Рулф задумчиво замолчал, а Мора любопытно посмотрела на мужа. – Слышала, что совят похищают? – шепотом спросил он.       – Да, слышала, ты не знаешь, кто это?       – Не имею ни малейшего понятия, – Рулф выдержал паузу и посмотрел в глаза своей подруги. – А еще я слышал, что в лесу Тито пропало очень моно совят сипух. Они очень волнуются, возможно, скоро начнется паника, – Рулф остановился и снова задумался.       – Не может быть, хотя я заметила, как моя подруга была чем-то встревожена, когда прилетала в гости. Она боялась за своих будущих детей. Тогда у нее только вылупился хороший совенок. Как же она назвала его... – Мора задумалась а потом моргнула. – Клудд! Да. Они назвали его Клуддом. Говорят, что это очень сильный совенок с характером. Они не сомневаются, что он будет важной совой и питают надежды в него. А еще у нее, позже, вылупился еще один мальчик, и еще одно яйцо ждало вылупления, – она закончила рассказывать и замолчала, моргая.       – Хорошо, что наши мальчики уже вылупились тогда и сейчас уже могут постоять за себя.       – Рулф снова задумался, а потом грустно посмотрел на младшего совенка, – Кроме Орика.       – Да, Орик очень слаб, но у него есть брат, готовый всегда его защитить, и, я надеюсь, что он еще вырастет и станет сильной совой.       Рулф успокаивающе потерся своим пятнистым лицевым диском о свою подругу и сказал: „ Давай спать.” С этими словами, две взрослые пятнистые совы прижались друг к другу и мирно уснули. А солнце, тем временем, уже взошло и лучи света проникали внутрь дупла, заставляя перья сов светиться, но ярче всех светился пушек Орика.