Ночные стражи "Испытание судьбы"

      Прошла неделя. Этой ночью Орик уже не спал, и сидел на своем любимом камне, ставшим для него домом. Он смотрел в небо ища глазами Грома, который обещал вернуться еще неделю назад, но так и не прилетел. Орик успел привыкнуть к нему, он вспоминал ту ночь, когда рассказывал ему короткую историю его короткой жизни и на сердце становилось легче. Совенок воодушевился предстоящими тренировками и очень желал его возвращения. Он целыми днями ждал его, но последние дни начали его волновать.       – Неужели он обманул меня? Может он наврал, сказав, что ему все ровно на внешность? – Орик заставлял себя не думать об этом, но эти мысли так и лезли в голову юной совы. Иногда он вспоминал времена, когда он жил с родителями, но старался вспоминать только хорошее, например, как его учил летать брат. – А, ведь, он всегда говорил про краалей, может спросить у Грома, кто это?       А еще он ждал сочную полевку, которую пообещал Гром. Его желудок легонько содрогался, когда Орик думал об этом. Вскоре Орик продолжил тренировки и питание рыбой, ночи стали становиться все унылее и унылее.       В один день, Орик решил не спать и посмотреть, как живет лес днем. Он наблюдал за животными, птицами, пытался им подражать. Он заметил, как в небе стали кружиться черные птицы, с отвратительным голосом, который резал уши. Орику стало интересно, но в тоже время не по себе. Птиц становилось все больше и больше, казалось, словно сгущается черня туча и внезапно она обрушилась н Орика. Совенок ничего не успел сделать, как оказался в окружении. Орик пытался убежать, но со всех сторон стояли черные птицы, которые постепенно окружали его. Совенок не знал, что ему делать и попытался зашипеть, но это не дало результатов, вороны продолжали наступать, прыгая по камням и громка каркая. Когда птицы вплотную приблизились к нему, то он почувствовал отвратный запах, жгущий глаза и совенок взмолился Глауксу, что бы его не трогали.       Внезапно, по воронам и Орику пробежала большая тень, после чего птицы затихли и уставились в небо, пытаясь найти хозяина темного силуэта. В небе не было никого и вороны перегляделись и продолжили каркать, одна из них прыгнула прямо на Орика. Совенок взвизгнул и ударил ворону лапой, от чего та отлетела в других, но вреда не причинила, после чего поднялась, и, громко каркая побежала на совенка. Орик сжался и задрожал. Еще чуть-чуть и бедного страдальца разорвали бы в клочья, но внезапно, на ворон приземлился Гром, с громким криком, подобным грому. Он раскидывал ворон в разные стороны и рвал их своими огромными когтями. Кровь брызгала в стороны, Орик только и видел отлетающие оторванные крылья и тушки, оставляющие в воздух кровавые следы. Гром перебил кучу ворон, но некоторые сумели спастись бегством. Паничное карканье стало стихать, пока полностью не стихло. Вокруг лежало много трупов черных птиц ужасно изувеченных: без крыльев, с выпотрошенными внутренностями. Сам гром гордо стоял перед совёнком, все его когти были вымазаны кровью. Солнце просвечивало через его перья, от чего тот словно светился. Орик заворожённо смотрел на своего спасителя.       – Ты в порядке, парень? – взволновано спросил орел, осматривая совенка.       – Да вроде да, они не успели меня тронуть, спасибо тебе большое, ты спас мне жизнь, Гром! – Орик подскочил и подбежал к орлу, прижавшись головой к его груди.       – Пожалуйста, я очень волновался, что не успею, но хорошо, что успел. Извини, у меня были неотложные дела, – пробасил гром, перебрав на макушке юного совенка пару перьев. – Кстати! Я принес тебе обещанную полевку, – Гром указал крылом на трупик мелкого зверька, лежащего поодаль от кладбища ворон.       – Спасибо, Гром! – Орик подбежал к полевке и, смакуя, съел ее. – Невероятный вкус! Как же вкусно, я никогда такого не ел!       – Это белок, он понадобится тебе для перелета.       – Перелета? Но куда? – опешил совенок и посмотрел на Грома.       – В мое гнездо. Пойми, парень, я не могу быть с тобой всегда, а там моя подруга, она о тебе позаботится и будет помогать, – дружелюбно ответил Гром.       – А у меня получится? – подошел Орик.       – Не сомневаюсь, я буду лететь впереди, и создам воздушный поток и тебе в нем будет очень легко лететь.       Орик решил промолчать и не спрашивать про воздушный поток, он не мог дождаться, когда они наконец-то полетит. Он наконец-то полетит.       Они просидели на земле до ночи и, как только луна взошла на небо, Гром отдал приказ о подготовке к взлету.       – Слушай меня, юноша, когда я начну взлетать, то своими крыльями создам сильную тягу, ты должен будешь встать под меня и начать махать своими, как ты это делаешь, так ты сможешь подняться в воздух, потом, развернешь крылья — вот так, – Гром показал на примере своих маховых перьев, – и полетишь строго. Строго! За мной. Дело в том, что за мной появится некий тоннель, в котором тебе практически не придется махать крыльями. Таким образом, через несколько часов мы будем у меня в гнезде. Все понял?       Орик кивнул, в его глазах полыхал огонь вожделения, сам он весь трясся от волнения и предвкушения.       Гром встал на открытую местность и начал медленно взлетать, Орик сделал все, как наставлял Гром и вскоре они уже были на высоте птичьего полета. Орел смотрел назад, на Орика и улыбался. Совенок смотрел на леса и реки огромными глазами, его поражению не было конца, он созерцал, как деревья проносятся под ним, как бегают звери. Казалось, что отсюда видно край мира, но это не так. Орик не как не мог поверить в то, что он наконец-то летит, пускай не сам, но летит и это не давало ему покой. Он хотел врываться из туннеля и полететь своими силами, взмыть еще выше, закрутить пируэты и петли, отдаться полностью во власть воздуха, стать его частью. Но он не мог сделать этого. Но и такого было сверх достаточно для совенка, который никогда не поднимался выше родного дупла. Так продолжалось несколько часов, пока Гром не перебил тишину:       – Вон мое гнездо, сейчас мы приземлимся.       Приземление было произведено по обговорённой схеме, так что обошлось без пострадавших. Гнездом была небольшая пещера в скале. Совенка радушно встретила Зана.       Впереди было долгое обучение у орлов.