Эффект домино

- Я думала сходить, посмотреть на хрюшку, а оказалось, и идти никуда не надо, - все еще заливаясь хохотом, промолвила Танька.Скорчил обиженное лицо. -Очень остроумно,- я наскоро умылся, вытер лицо светло-желтым полотенцем, которое тут же стало серо-буро-малиновым. - Не обижай ребенка,- дядь Коля усмехнулся, потрепал меня по вечно лохматой голове. - Ладно, ребятки. Я пойду к себе, а вы, зовите, если что,- старый судья оставил нас наедине. - Ну, что будем делать, герой-свинопас? - Татьяна и не собиралась успокаиваться. - Предлагаю сходить на сеновал, - улыбнувшись, прошептал я. - Да, Ванечка, сильно тебя по головке стукнули, - процедила Белая с приторной улыбкой. Так обычно разговаривают с детишками или людьми,с неполноценной психикой. - Со мной все нормально, - возразил я, отвернувшись от Тани. - Ну что ты, - продолжила она, положив голову мне на плече. Я быстро понял, что надо проявлять инициативу. И только мои губы потянулись к ее щеке, как я услышал ее сладкий голосок. - Даже думать не смей, - прошептала она. - А вот посмею, Танечка,- осмелев, поцеловал эту зазнайку в кончик носа, и вышел из комнаты. Чтобы доказать серьезность своих намерений, мне надо было сотворить что-то эдакое. Одним из вариантов чего-то эдакого было покорить небоскреб. Но таковых не наблюдалось. Решил залезть на сельский совет. Как только я увидел здание сельсовета, желание лезть на крышу мгновенно испарилось. Вместо этого решил найти для Танюхи самые красивые цветы, какие только смогу. Направился я к речке, дорогу к которой мне показала девчушка лет восьми,с косичками, в сарафане и резиновых сапогах. Удивившись ее наряду, я бодро пошлепал к реке. Идея нарвать для несравненного трассолога-баллистика букет из кувшинок в моем сотрясенном мозге возникла очень внезапно. А учитывая, что плавать я не умею, была похожа на романтический вид суицида. Cняв кеды и носки, я зашел по щиколотку в воду. Она оказалась теплой, и вполне приятной. Мне казалось, что желтые кочанчики кубышек совсем близко. Нифига подобного. Мне пришлось зайти в воду по пояс, при этом несколько раз я запутывался в водорослях и другой ерунде. Я протянул руку, чтобы сорвать один из цветков, но меня что-то схватило за ногу. Не успев даже крикнуть, я бултыхнулся в воду. Начал захлебываться, паниковать, но извернулся, и понял, что ноги мои в полном порядке. Никто не держал, а я зацепился за что-то растительное и длинное. Вынырнув, я подумал, что страна только что не потеряла великого меня. Взгрустнув, стал рвать цветы, и на пятом уже усомнился в полноте своих чувств к Танечке. - Раз решил, надо, Ваня, надо,- пробормотал вслух, и пошел к берегу, стараясь не сломать и не уронить букет, добытый с огромным риском для жизни. На берегу я решил как следует высохнуть, чтобы не показываться в доме посмешищем. Да и Николай Иваныч, если узнает, что я едва не утонул, закроет в четырех стенах. Но я, как оказалось, без приключений не могу жить.Навстречу мне, сидящему на берегу, выползло нечто. Сначала мне показалось, что это очень ядовитая гадюка, ну или кобра, на худой конец. Она медленно, но верно, начала подползать ко мне, а я мысленно начал писать завещание. -Мама дорогая, - змеюка оказалась в нескольких сантиметрах от меня. Я зажмурился, сжимая в руке толстые стебли кувшинок. Я прикинул, что лучше – быть прибитым Галиной Николаевной, или скончаться от укуса змеи. Выходило, что с пресмыкающимся у меня больше шансов выжить. Помереть совсем не геройской смертью, на отдыхе в деревне и без носков мне не хотелось. Тем более, если эта тварь меня укусит, я ничего сделать не смогу, и найдут мое хладное тельце с цветами и носками, на которых вышиты снитчи и молнии. Позорище какое. «Так, Ваня. Ты гений у нас, или где? Думай»,- приказал сам себе, и открыл глаза.Змея оказалась совсем близко, но кусать не собиралась.Она, редиска чешуйчатая, пригрелась на солнышке.Я выдохнул, и придвинулся к ней. Оказалось, обычный ужик. За то время, как змея, по-моему, должна была меня укусить, и я должен был скончаться мучительной смертью, я немного, но высох. Пошевелив большими пальцами ног, я осторожно встал с песка, отошел к кедам, поминутно поглядывая на ужика. Он мирно дрых, не догадываясь, кого испугал чуть ли, не до седины. Надев носки и обувь, я на приличной скорости, понесся к дому Рогозиных. «Женюсь, обязательно на Таньке. Если выживу»,- странная мысль посетила мою лохматую головушку, как только я вывернул между домов, и наткнулся на огромного быка. «Боже, что со мной такое?» - подумал я, когда планировал пути отхода. Таковых не оказалось. Но, вдруг я увидел как свет в конце тоннеля – огромную березу, в несколько обхватов шириной. Не заметив как, все с тем же злосчастным букетом я оказался наверху. Ветка, которую я обсидел, была крепкой, я надеялся, что хотя бы сейчас все будет нормально. «Клянусь, до конца жизни мяса есть не буду, только уйди»,- мысленно я обещал быку, который, стоя подо мной, грозно мычал. «А это все Рогозина. На отдых меня отправила..После таких каникул я еще год восстанавливаться буду»,- обиженно подумал, повесив нос. Выстраданный букет начал вянуть, и от былой красоты скоро останется один веник. Сколько я так просидел не знаю, но решение, как и все гениальное, пришло внезапно – та девочка, в сарафане и сапожках, мелкая и самоуверенная подошла к бычку. - Эй, ты чего, дура? Он же убить тебя может,- завопил я, глядя на то, как эта мелочь пузатая спокойно стоит рядом с животным, в несколько тонн весом. - Сам дурак. Это наш бык,Борька, я его домой поведу,- и с этими словами, маленькая русская женщина взяла веревку, которая шла от ошейника на могучей бычьей шее. - Городской,- девчушка показала мне язык, и пошла прямо по улице. Огромная зверюга, как теленок, послушно потрусил за нею. А я, от удивления открыв рот, едва не свалился на землю. "Ой, Николай Иваныч наверное волнуется. Меня ж долго уже нет",- я испугался гнева Рогозина, и как можно быстрее, с тем же букетиком, понесся домой, оглядываясь то и дело. Но, ни козлов, ни гусей, ни пьяных аборигенов не было. Слава Богу.