Эффект домино

Мы вышли на улицу. Пели какие-то птички, где-то вдалеке мычала корова – идиллия, короче говоря. - Вот смотри,- Рогозин засунул молоток в карман ветровки, туда же запихнул гвозди,- Я полезу наверх, а ты мне подашь вот это,- дядь Коля показал мне на какую-то штуку, непонятного назначения. - А что это? – невинно поинтересовался я. - Мне Людочка дала. Говорит, от сглаза помогает. Надо на крыше дома закрепить, тогда нечисть будет обходить стороной,- почесал в затылке хозяин дома. Вот это нифига себе торкнуло прагматичного судью! Хотя, что только ради любимой не сделаешь? Я, послушно держал лесенку, пока дядь Коля лез наверх, а потом отправился следом, вместе со странной пластинкой.Лестница была деревянной, старой и очень странно шаталась, пока я пытался покорить высоту Рогозинского "пентхауса". - Опаньки! – Николай Иваныч удивленно смотрел на то, как лестница, странно всхлипнув, полетела вниз. Я же сидел на крыше, свесив ноги. Что теперь делать я не представлял – мы на высоте второго этажа, прыгать как-то не очень хотелось. - Что будем делать? - спросил я, глядя на задумчивого хозяина дома. - Давай для начала эту хрень прибьем, там видно будет,- задумчивость на лице судьи сменилась беззаботностью. Похоже, такие вот «сюрпризы» случались не единожды. Пока дядь Коля стучал молотком, я загорал, подставив физиономию под солнце.Для августа было самое то – не жарко. - Ну вроде держится,- изрек дядя Коля, шатая ту самую "хрень". - Хоть что-то в этом доме держится,- вполголоса произнес я, глядя вниз. - Слушай, у тебя телефона при себе нет? – Николай Иваныч, удобного устроившись, поигрывал молотком. Пощупав себя по торсу (не подумайте ничего такого, на ветровке карманы такие!), я не обнаружил данного устройства. - Плохо,- вздохнул Рогозин.Похоже, куковать нам тут до приезда ребят.Опечалившись, я лег на крышу, и еще разок глянул вниз.В принципе, можно было дотянуться и постучать в окно. Правда стучать смысла не было – на втором этаже никого не было. - Может поговорим? - спросил Николай Иванович, чуть улыбнувшись.Ну да, самое время поговорить о жизни. - О чем? – с самым невинным видом поинтересовался я. Фирменный Рогозинский взгляд пугал до мурашек и икоты. - А взгляд - это семейное? - я понимал, что я самоубийца, но обратного пути не было.Точнее был - прыгать со второго этажа. - Семейное,- улыбнулся дядь Коля,- А поговорить о Гале. - А что с Галиной Николавной не так? - вопрошал я, сев по-турецки. - Все так. Просто интересные у вас отношения,- усмехнулся Рогозин. А я почувствовал, что краснею. Да и жарко было. Сквозь джинсы слишком уж хорошо чувствовался нагретый металл. Точно же, пока сидим – поджаримся как на гриле. -Не смущайся, - Николай Иванович положил руку мне на плечо. - В смысле, интересные? - я немножко осмелел. - Ну, вы не похожи на коллег. Скорее на родственников,- пожал плечами Рогозин,- Я это понял, когда Галя тебя освобождала досрочно.Я тяжело вздохнул. Как же я не люблю вспоминать свое прошлое! Я уже его отпустил. - Я бы поступил как ты, если бы мог. – дядь Коля, похоже намекнул на мое «робингудство»,- Но самое показательное было, когда ты в больнице оказался. Галина на тебя обиделась, а это показатель,- хмыкнул Николай Иваныч. - Показатель того, какой я раздолбай,- горько усмехнувшись, прошептал я. - Не об этом я. Галина у меня сам знаешь, строгая, замкнутая даже. Ее, чтобы вывести из себя, или зацепить чем-то, надо постараться. Тех, за кого она переживает, по пальцам можно пересчитать,- Рогозин взлохматил мои волосы, совсем как его дочь. - Я теперь не единственный внучек... - с загадочной улыбкой сказал я. - Да я знаю,- улыбнулся Рогозин,- Мне Галя сказала. - Вы рады? - заинтересованно спросил я. - А еще говорят, ты гений,- покачал головой мужчина,- Конечно же рад. - Я понимаю, что вам наверное трудно рассказывать об этом... - сделал лирическую паузу. Судья повернулся ко мне. - А расскажите мне о маме Галины Николаевны? - Мама у Галочки удивительная была.. Они очень похожи, особенно сейчас, когда Галя постарше стала. Вика любила спорт, шахматы, рыбалку. Как и дочь, никаких типично-женских увлечений. Ну разве что вязание,- Рогозин улыбнулся,- Мы познакомились на дискотеке, подружки Викины танцевали, а она сидела в парке у ДК, читала книгу. - Романтично-то так, - подал голосок я, лежа на крыше. - И не говори. Я тогда подошел познакомиться, и в итоге получил по голове этой же книжечкой, Уголовным кодексом, как сейчас помню,- хмыкнул старый судья.Я начал тихонько хихикать. - Вика мне еще на ногу каблуком наступила,- улыбаясь, произнес Николай Иванович. - А ты можешь себе представить, какие тогда каблуки были? - Представляю.Круглову придется непросто, - кивнул я. Мы синхронно рассмеялись. - Пааап,- послышалось снизу. - Ой. Мы, кажется, попали, - я инстинктивно вжал голову в плечи. - Галочка! - окликнул дочь старый судья. - Вы там тепловой удар решили получить? – возмущалась Галина Николаевна. А когда высунулся и я, показала кулак. - Мы случайно. Лестница упала, - я пожал плечами. - Горе строители, - воскликнула начальница и с боевым настроем пошла поднимать лестницу. - Точно премии лишат,- вздохнул я, спускаясь по лесенке первым. Оставив дядь Колю объясняться, что он забыл на крыше, я быстренько прошел домой, к любимой Тане. Танюшик занималась маникюром. Точнее опять вытворяла на своих ноготочках невесть что. - Ты где был? – поинтересовалась Белая. Так и подмывало ответить «Бегал», но я ответил совсем другое: - На крыше, дядь Коле помогал,- и с видом измученного труженика плюхнулся в кресло. - Трудяжка, - ответила Танька и чмокнула меня в щеку. - Ой! Опаздываем! - с этими воплями Таня подскочила с места, а я едва не остался заикой. Тут же послышался звук клаксона - не иначе приехал товарищ майор. А я понял, что я точно раздолбай в квадрате - пора ехать, а я еще даже и не переоделся. - Ваня, давай скорее,- Белая носилась по комнате, махала ручками, чтобы лак подсох быстрее. Я же, в лучших армейских традициях, переодел джинсы и майку. - Ребят, вы готовы? – в комнату заглянула Галина Николаевна. Полковник предстала перед нами во всей красе - кораллового цвета пиджак, джинсы и светлые балетки. Моя челюсть где-то потерялась. - Готовы,- пропыхтела Танечка, застегивая молнию на сумке. - Здорово, комрад. Вот и классно, пошли, - в комнатушке материализовался Майский, подпирая собой потолок. Мне снова досталось фирменное приветствие. Хлопок по спине, от которого я точно когда-нибудь рассыплюсь. Улыбнувшись, Сергей подхватил наши сумки, непонятно откуда выудил чемоданчик Рогозиной, и мы дружной толпой покинули гостеприимный дом.Галину Николавну усадили на переднее сидение, да еще причем так бережно, как будто Серега знал о "интересном" положении начальницы. Вот сплетник Круглов!Напрасно считается, что девушки главные сплетники. - Ванька,иди сюда,- пробасил Май, укладывая в багажник наши вещи. Я же тем временем прощался с Пусей, которая вышла из дому, и доверчиво ткнулась носом в мою ладонь. - Иду-иду,- пробухтел я. Встал вопрос: кто дернул Пусечку током?Поцеловав эту мохнатую варежку в мордашку в знак признательности, я бодренько потарахтел к машинке. - Слушай, куда твою прелесть запихивать? – Серега, сняв очки, как всегда круглые, посмотрел на меня. - Давай-ка я сам,- забрав у него ноут, я усмехнулся. Первым же дело подумал, что Май говорит о Тане. У нас точно любовь, до гроба и прочего. - Ну, как знаешь,- хмыкнул майор, недвусмысленно поглядывая на сумку для ноута. - Опаньки! – я посмотрел туда же, куда пялился Сергей.Из наружного кармана выглядывало пушистое колечко наручников. - Скоро свадьба? – заржал в голос оперативник, глядя на то, как я покраснел и стал запихивать «игрушку» обратно. - Скоро, - буркнул я. - Да ты чего? - серьезно взглянул на меня оперативник. - Мы люди нормальные, тоже понятие имеем. Не обижайсь,- и опять меня чуть не убил мощный удар, именующий себя как "хлопочек по спине". Заняв место рядом с Таней, я прицепил ремень безопасности. На всякий случай.Машина тронулась, мы медленно, но верно поехали по "чудеснейшей" сельской дороге. - Может музыку включим? – уже на федеральной трассе поинтересовалась Танечка. Я молил Бога - только не "Мама Люба"!Рогозина, под всеобщее согласие, покрутила ручку магнитолы. Оказался шедевр 90-х «Мальчик хочет в Тамбов». Таня, дурным голосом подпевала «Чики-чики-та», а я, глядя в окно, гадал, сколько же это продлится. Облегченно вздохнув, я снова напрягся, едва услышал «Ты меняя любишь, лепишь, творишь, малюешь.. Оооооо, это чудо..». Теперь же подпевала и Галина Николаевна. Я прищурил глаза, думая, за что мне такая мука, а нет - Галина Николаевна пела очень красиво! Майский, чуть не забыв, что он за рулем, таращился на полковника – благо мы стояли в пробке.Песня про «любовь» сменилась прогнозом погоды. - Ребят, там водички не найдется? – поинтересовалась Рогозина, повернувшись к нам. Таня начала копаться в сумке. - Танюш, я нашел,- в чехле на сидении была бутылка с водой, ее я и протянул Галине Николаевне. Начальница напилась и только хотела устроиться поудобнее, как немножко "позеленела". - Серый, останови машинку,- попросила Белая, увидев, что еще немного, и будет не очень хорошо.Май послушно нажал на "тормоз", машина остановилась у обочины. Галина Николаевна с завидной скоростью скрылась где-то там, среди зелени.Мы с Танькой начали переглядываться. - А Николай Петрович ничего не сказал? – решил я прояснить ситуацию. - Неа, а что? - Майский задумчиво потер подбородок. - Поздравляю, ты скоро станешь дядей, - я пожал руку майора. - А, э.. Они это? – дар речи покинул Серегу похоже надолго.Майский пытался что-то изобразить руками, но вышло не очень. - Поговорите, мальчики, а я пойду проверю, как там..,- Танюха, забрав минералку, вышла из машины. - Галка… беременна? - до Сергея Батьковича только дошло. - Молодец. Пять баллов за сообразительность, хмыкнул я, отодвигая ноут от края сидения. Май перепугано смотрел на меня. - У тебя такой вид испуганный, будто отцом станешь,- улыбнулся я. - Дык это.. – Май повращал бровями, хотя ситуация была непонятной.Теперь была моя очередь делать удивленный вид. - А,- махнул рукой Серега, потеряв надежду что-то мне объяснить.Тут нашу беседу прервал телефон. Звонил, как выяснилось, Круглов. - Да, Петрович, привет,- майор, слушая друга, напрягся. - Нормально все, едем,- кивнул собеседнику Май. - Угу,- буркнул майор напоследок и сбросил вызов. - Блин, да где они? – я извернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло. Прекрасные дамы уже подходили к машине. Спустя несколько секунд Танюха опять оказалась у меня под боком, а глава ФЭС удобненько устроилась на своем месте. Я же решил чуть-чуть выпасть из реальности и включил музыку на плеере. Он каким-то чудом еще работал. Получив тычок под ребра, понял, что Таня просит поделиться, и отдал ей правый наушник. В наушниках играл «Сплин», мне было очень прекрасно. Рааай. Незаметно мы оказались в городе. Вечные пробки, духота, от которой все успели отвыкнуть, в общем, мне захотелось обратно. А тут Танюха, удобно устроившись на моем плече, уснула. Потянула за собой наушники и я остался без музыки. И тут же включился в разговор коллег. - Галка, а сказать нельзя было? Май, смотрел то на полковника, то на дорогу, чуть улыбаясь. - Ну, сначала и Круглов не знал, а потом как-то..- Рогозина улыбнулась в ответ, снимая пиджак. Было жарковато. Майор улыбнулся. - Скоро приедем. - Простите, что вмешиваюсь,- подал я голос, стараясь Таню не разбудить,- А мы сразу в контору? - Да, - коротко ответил Майский. - У нас много дел. Я обиженно поджал губы и всю дорогу до ФЭС молчал, слушая, как моя спасительница сопит на моем плече. Было неудобно, но я терпел, прикидывая, как же мы дальше будем жить. В селе все было более менее понятно, и мне стало интересно, а как ситуация здесь развернется?.. Больше всего меня пугало, что Танюха может передумать насчет наших отношений, и действительно, найти какого-нибудь загорелого брюнета. С машиной и деньгами.