Эффект домино

Я еще немножко поработал, потом еще немножко, и еще чуть-чуть. Рабочий день как раз закончился, можно было с чистой совестью сваливать домой. Но не тут-то было. По пути я встретил начальницу, которая активно вышагивала по коридорам. Зарядку, что ли делает? - Иван, ты знаешь, что нужно больше отдыхать? Шагом марш домой, и Таню захвати, - с этим бодрым напутствием Галина Николавна пошла домогаться до Круглова, который, кажется был в буфете. Татиана нашлась дремлющей на кресле в переговорной. Умаялась, бедняжечка. - Таня, собираемся скорее домой, - я присел рядом, и положил руки на коленки Белой. - Ага, Ванечка, - зевнула она. - Сейчас, сейчас, - и повернула голову на другую сторону. Дааам, красавицу придется еще и нести на ручках, что ли? - Танька, ну ё-моё, у нас тут опасная ситуация, бежать надо, пока отпустили, - я стал тормошить любимую за плечо, но результата не добился. - Ну держись! - воскликнул я и поднял свою драгоценность на руки. Драгоценность обхватила меня за шею и продолжила спать как ни в чем не бывало. Вот уж прикольно, тащить Татиану через полгорода на руках. Но отступать было некуда, из буфета слышались робкие возмущения Николай Петровича, и я, как мог быстро, направился к выходу. Охранники улыбнулись, глядя на нас, а лаборантки уступили дорогу. Магистраль прям автомобильная. А я, наверное, похож на какую-нибудь маленькую машинку, типа "Дэу Матиз" или там "Оки". Собственное сравнение себя любимого с отечественной машинкой меня несколько огорчило и заставило прибавить скорости. Может Таня на улице проснется. Фиг там. Как убитая спит. Еле дотащив свою радость до ближайшей остановки, я "припарковал" Танюшия на лавочку. - Хочу на ручки, - пробормотала сквозь сон Танечка, а я стал копаться в карманах, отыскивая деньги на проезд. - Секунду, Танюха, - ответил я, наконец найдя в карманах парочку вполне немятых купюр. Вот как она себе представляет - в автобусе и на ручках? Но в итоге пришлось поднимать любимую с лавочки и перемещаться в автобус. Люди смотрели на нас с удивлением, а какая-то сердобольная бабулька спросила, живая ли Таня. Нет блин. Прибило тяжестью работы.Дорогу домой я только и мечтал о том, чтобы поскорее погрузить Танечку на диван. Опа. Тут я вспомнил, что диванчик у нас сломан. Попадос. А потом я вспомнил свое туристическое прошлое. И выход пришел сам собой. О Танькиной реакции на такое место для сна я не думал. Весь мой организм сосредоточился на том, чтобы не пропустить нужную остановку и вытащить нас с Танюшей из автобуса. Ночной город красиво светил огоньками так, что я залюбовался. Но время шло, остановки пролетали, как фанеры над Парижем, и настал тот час, когда пришлось Танечку под белы рученьки, точнее на моих ручках вытаскивать с автобуса. - Вань, а мы где? - поинтересовалась спящая царевна, открывая глаза. Скоро будем дома, - ответил я, глядя на возлюбленную. Какую я же себе девушку отхватил! Какая Танюшка красивая! Хотя, конечно, вопрос, кто кого отхватил - Белая давно заглядывалась в мою сторону. А я в то время был дураком и смущался. - Танюш, ты может все-таки ножками пойдешь? - предложил я, глядя на погнутую коробку остановки. До дома нашего было далековато, а я, увы, не Геракл и даже не Майский. - Ванюш... - пролепетала Танька, а я сразу отсеял ненужные мысли, насчет того, чтобы оставить ее здесь. - Чего? - я постарался казаться строгим, таким уверенным в себе мужчиной. И между прочим все еще держал любимую на руках. Самые любимые килограммы в мире. - Ножками трудно, глазки спать хотят, - прошептала Татьянкин. - Учти, дома спать в палатке будем,- пригрозил я, а спящая красавица аж проснулась и встала на ноги. Вот он, эффект внезапности. - В чем? - брови Тани поднялись вверх. - В палатке, потому что у нас сломан диван, - торжественно возвестил я, не забывая Танечку вести домой. За ручку. По колдобинам и прочим ямам. - Весело, однако, - зевнула любимая, покрепче цепляясь за меня. "Слава богу меня в палатку не сослала. Это ж практически как в Сибирь, если одному" - весело думал я, пока мы пробирались через лужи и отсыпанный щебенкой участок дороги. - А как встреча с отцом прошла? - спросила Танюшка, когда я чуть не пал смертью храбрых в самой большой луже. - Да там дело темное. Врет, что не женат, что к Рогозиной подкатить хотел, - я пожал плечами и зачерпнул кедом воды.- Тань, подожди. Я остановился в сторонке, стянул предмет обуви, и вылив из него воду, напялил обратно. Теперь можно не стирать носки - сплошные плюсы. - Ты хрюшка, - хихикнула сонная Татьяна. - Самая такая, - я показал язык, и обхватив за талию бравого баллиста, повел домой. Мне и самому что-то спать захотелось. - А мы ужинать будем? - поинтересовалась моя будущая жена. - Если мыша в холодильнике не все съела, то конечно, - я бодренько так потащил Танюшу вверх по лестнице. Остался последний рывок. Таня мужественно передвигала своими конечностями, пытаясь не заснуть. - Куда тебе есть, соня? - хихикнул я, пытаясь не уронить Татиану и открыть дверь. Эх, жалко педальки нету, как в поездатых туалетах - нажал, и открылось. - Хочу, - безапелляционно произнесла Танька. Ну что делать, желание любимой - закон. - Тогда пошли, - разувшись, я снял с Танюхи ее балетки, и не забыв закрыть дверь, повел на кухню. Мыша, как выяснилось, ничего не съел - только понадкусывал. - Тань, что ты будешь? Пельмени или вареники? - поинтересовался я, копаясь в недрах морозилки. Захотелось мне удивить родного человечка. Правда этими самыми пельмено-варениками можно убить. Ну или покалечить - они смерзлись в ледяную глыбу. - Давай торт, потом огурцы, а потом как раз пельмени сварятся, - Таня, зевнув, достала ложку и вилку. И что-то меня опять начали напрягать эти вкусовые предпочтения. - Не напрягайся, я просто хочу сладкого и соленого, - Таня тут же просекла мои мысли. А мне все равно как-то неспокойно. - Хорошо, Танюшик, - как можно собраннее ответил я и поцеловал Таньку в нос. "С этими женщинам с ума сойти можно... Круглову, наверное, еще больше достается" - подумал я, закидывая в кастрюльку варениковый айсберг. Плюхнулось в кастрюлю это так, что половина воды оказалась на полу. Слава Богу, тряпка была близко. А Танька и вовсе ничего не заметила - она увлеченно поедала тортик, закусывая его огурцом. - Приятного аппетита, дорогая, - пожелал я, почесав мордашку. Пока ужин кипел в кастрюльке, я решил залезть в кладовку и достать палатку. Где-то там же были спальники, если мне не изменял склероз. Но оказалось, он мне изменял, и спальные мешки сто лет назад были отданы кому-то из знакомых. Подумав, что это очень печально, я все таки полез в кладовку поглубже и наткнулся на стиральную доску. А что она тут забыла? А копнув еще глубже я нашел ролики. Вот уж нежданчик, но зато покататься можно. Поставил в голове пометку купить Тане красивые ролики. И себе запасную нервную систему заодно - в твердом уме и здравой памяти я ее на улицу не отпущу. Пусть по дому катается. Хотя последнюю найти будет труднее. Но я же гений? И совершенно гениально успел вовремя - из кастрюльки только собиралось выкипать, но зато все прекрасно сварилось. Шумовки у меня не оказалось, пришлось пельмено-варенниковую смесь вылавливать вилкой. Таня, чуть испачкавшись в креме, только надо мной смеялась. А я, вовремя сообразив, сбегал в кладовку за варежками - они заменили мне перчатки, и накрыв кастрюльку крышкой, слил воду. Теперь только туда кусочек маслечка кинуть и готово к употреблению. - Вань, ты так ловко справляешься, - улыбнулась Таня, придвигая ко мне мою часть тортика. - Нет, готовить я не буду! Не умею, - воспротивился я, усаживаясь напротив любимой. - Я лучше тебе буду продукты таскать, - пообещал я. - Тихонов, я женщина, а не повариха. И устаем мы с тобой одинаково, - махнула ложкой Белая, чуть не выпустив из нее пельмешку.- А значит, будем заказывать пиццу. Или папа помогать будет. - Договорились, - подмигнул я, и съел с Таниной ложки пельмешек. - Все, я хочу спать, - Танюха была готова уснуть прямо тут, не отходя от кастрюльки с едой. - Пошли, будем укладываться, - я быстренько навел подобие порядка, порадовавшись, что завтрак нам обеспечен, и повел Танечку в комнату. Палатку еще предстояло разложить. Приткнул Танюху на лежак. И начались мои страдания. А еще говорят Камастура сложная. Фиг там. Вот разложить палатку - та еще гимнастика, правда удовольствия в ней ноль. Правдами, неправдами я ее все-таки поставил. Правда она пару раз на Таньку падала, но она так крепко спала, что и не заметила. Мне сегодня в этом плане феерически везло. - Тань, поползли спать, - я растормошил Танюшу, желая поскорее приклонить головушку и прочие части тела. - Угу, - кивнула она и только ее голова дотронулась до подушки, послушалось сопение. Ну наглость, а? Я тут пахал, как раб на галерах, а подушечки не досталось. Надо ситуацию исправлять. Ладно хоть одеяла хватило и мне было тепло. Аккуратно подвинув золотую головушку, я устроился на освободившееся место. И мне тут же прилетело ладошкой в нос. Мысленно пробормотав что-то типа "Таня, твою мать!", убрал ладошку Татианы подальше. И только я заснул, пригревшись, мне под ребра ткнулся острый Танькин локоток. Я так точно до свадьбы не доживу. Положил непослушную Танину руку на талию и придвинулся к ней. Хоть удовольствие извлеку. Но удовольствие мне подарило только раскладывание палатки, потому что я не мог уснуть, и полночи ворочался с боку на бок. Белая же спала сном младенца, сложив на меня ручки и ножки. Вот же человек везучий.А я пообещал себе с первой же зарплаты купить кроватку. Хотя, учитывая, как мы спим, надо огромную и двуспальную. Как раз займет всю комнату, в уголок приткнем компьютер и будет красота. А куда потом еще и детскую? Вопрос. От таких мыслей, сложных и совсем семейных мне стало страшно и я спрятался под одеяло. Но это оказалось нифига не вариант - темно, жарко и Таня в соблазнительном виде. Я вылез обратно и твердо решил, что нужно будет менять квартиру. Да, определенно. Найти такую хорошую светлую двушечку, и растить с Танькой деток. А потом и внуков. Я представил нас с Танюшей старыми, немощными и втыкающими во всякие сайты типа "Одноклассники". Не выдержав, заржал в голос. Любимая же спала как убитая. Улыбнувшись, я приткнулся и сладко заснул. Вот она, сила положительных эмоций! Утром, мы разумеется немного проспали. То есть я как-то не подумал за будильник, а Танюха понадеялась на меня. Но хоть не опаздывали. Таня красилась, а я творил что-то невообразимое с яйцами и сковородкой. Разбить яйца точно в сковородку я не смог, они немного упали на пол. Видимо все мои кулинарные таланты закончились вчера. Я быстро убрал безобразие и даже ни разу не поскользнулся. А в качестве завтрака кинул на сковородку вчерашний ужин. Пока он поджаривался, я сгонял в ванную, привел себя в нормальный вид и даже соизволил надеть чистые носки. И плевать, что один был черный, а второй синий. Таня надела красивое облегающее платье и я уронил челюсть и чуть не уронил сковородку. - Тань, так пугать нельзя, - я покачал головой, скорее выходя из кухни. Все-таки мне хотелось еще пожить. И с чего она так оделась? Пока мои мысли занимал один лишь Танюшик, я успел сходить в комнату и взять плеер с наушниками. Лишним не будет. - Я такая страшная? Вань, ты попутал? - Белая, уперев руки в бока, крутилась у зеркала. - Нет, родная, - я подошел к Татьяне, и обняв ее за талию, положил голову ей не плечо. - И без разговорчиков мне. Вся эта красота только для тебя, понял? - мило улыбнулась Танечка. - Я очень рад, - лыба у меня была совсем дурацкая. - Пойдем кушать? - Идем, прынц мой, - улыбнулась Танюха и поплясала на кухню. С ней точно что-то не так. Вчера - джинсы и балетки, спала как сурок. А сегодня вся такая бодрая и оделась в стиле Амелиной. Пообещав себе обязательно в этом разобраться, я принялся опустошать сковородку. Таня не отставала. Бодро допив кофеек, я проверил наличие мобильника в кармане и глянул на часы. Успеваем, даже удивительно. До офиса мы добрались на автобусе, я успел доспать то, что не довелось ночью, а на подходе к конторе захотеть кофе. - Тань, а у тебя еще платья есть? - полюбопытствовал я, глядя на любимую. Она прям следовала моде какой-то тетки, которая говорила про маленькие черные платья. Я где-то краем уха слышал. - Есть одно еще, но какое не скажу - секрет, - улыбнулась Танюшка. - Хорошо, - я улыбнулся и поцеловав Таню, открыл перед ней дверь. Пока мы расписывались в журнале, выяснилось, что начальство в полном составе отбыло в министерство. Свобода! И решил под эту лавочку пойти попить кофе. Валюша сидела на диванчике и пила чаёк, разговаривая с дочкой о всякой всячине. А я даже не удивился наличию Валиной дочки в ФЭС. Мало ли. За столом сидел бравый майор, который Майский и пил бурду под названием кофе с молоком. - Доброе утро! - запоздало отозвался я, толком не проснувшись. - Ага, - кивнул Серега, засыпая на ходу. - Не спи, замерзнешь, - улыбнулся я, наливая себе кофе. - Это ты спал ночью в теплой кроватке с Белой под боком, а меня Галя отправила с полицией Добинской рейдами по злачным местам, в наказание. Ну перепутал я там в отчете немного… - закончил свое повествование Майский. - У нас проблемы в постели, так что... Не знаю как быть, - откровенно признался я, не подумав. Валечка, возмущенно на меня посмотрела, показав взглядом на ребенка. - Вань! - А что я такого сказал? - я хлопал глазами, не понимая, почему Антонова злится, Майский старается не рассмеяться в голос. - Ир, сходи ко мне, принеси мне папку, на столе лежит, - обратилась Антонова к дочери. Как только названная ретировалась, Антонова повернулась ко мне. - Выкладывай, Вано. - Да выкладывать нечего. Мы диван сломали, приходится на полу спать. А прошлой ночью так вообще в палатке, - поведал я, не забывая шуршать конфетными обертками. - Вам кровать подарить? - улыбнулась наша обаятельная пат.анатом. - Купим сами, - я гордо выпятил грудь, имея ввиду, что я мужчина, и сам могу содержать свою семью. - А на свадьбу что вам презентовать? - поинтересовалась Валюша. - Валь, такие сложные вопросы с утра пораньше.. - я улыбнулся. - Мы только позавчера заявление подали... Стоп. А кто нас сдал? - Сарафанное радио, - гоготнул Серега. - Ты? - хитро прищурившись, я глянул на "не чая и не жука". - Ну-ну, - разумеется не поверив, я вышел из комнаты отдыха. Неужели Рогозина сдала? Да нет, она не могла. "А вот приедет с совещания и попытаюсь аккуратненько узнать" - с этими мыслями я прошел в лабораторию и плюхнулся на стульчик.