Давай поиграем

Что делать солдатам, когда их командиры на пару-тройку дней отлучились в город в связи с каким-то важным правительственным собранием? Конечно же, воспользоваться шансом и устроить хорошие посиделки всей компанией оставшихся со 104-ого выпуска. Потратить остатки жалования на закупку спиртного и закуски было не жалко. Старшей по всему штабу назначили майора Ханджи, полагаясь на её благоразумие и опыт в общении с неуправляемыми существами, к коим безнадзорных солдат тоже можно было смело приписывать. Но разве ж эта женщина способна быть столь строгой и добросовестно исполнять свои обязанности? И если тренировки она проводила вполне хорошо, то следить за порядком и соблюдением графиков дежурства нужным не считала. - Жан! Какого чёрта вся эта содомия опять проводится у нас в комнате? – возмущался Армин, помогая незаметно транспортировать всё необходимое через окошко казармы. - Ну, потому что, наверно, у нас комната больше, чем у других. Или расположена удобнее. Или ещё что-нибудь, сам придумай, ты же умный. Тебе что, жалко, что ли? - Не жалко, но ты помнишь, чем в прошлый раз всё закончилось? Мы больше всех огребли за эту веселуху! - Да помню, помню, - буркнул Жан, - в этот раз так не проколемся, оставим побольше времени на уборку. К тому же Ханджи всё равно всё знает, сказала, в случае чего – подыграет нам. - Вот возникаешь больше всех, Арлерт, а сам нам помогаешь! – тихо рассмеялся Конни, который стоял неподалёку и следил, чтобы на горизонте не появились старшие. - Конечно, помогаю! – с обидой в голосе ответил Армин, - я всё-таки ваш друг, а не офицерский стукач, как кто-то раньше думал. Просто опять всю комнату прокурите – будет вонять, вот и ругаюсь. - А вот это не надо! «Запрещать разведчику курить – это жестоко» - так сам командор Смит говорил! - Ладно, не бузи уже, - сказал Жан, - ты хоть сам, надеюсь играть будешь? - Во что играть?! – хором удивлённо воскликнули Конни и Армин. - Ай, я ж всем сказал, а вас не было! В карты. Почему бы не просто сидеть и заливаться, а провести весёлую игру на раздевание, например? - Звучит заманчиво! – сверкнул глазами Конни. - А, ты забыл, видимо, что он карточный маньяк? – усмехнулся Армин, - он же всех вас как липку обдерёт, а сам и пуговицы на куртке не расстегнёт. - Ах, ну да. Давненько мы не играли, я уж и запамятовал, кто у нас в отряде мастер, а кто неумеха. - Значит, как я понял, играют все? – переспросил организатор, на лице которого читалась какая-то поистине детская радость и предвкушение. Ну, понеслась! – Жан искрился азартом и страстью. Глаза его горели. Он сгрёб свои карты, ловко сложил их в аккуратный веер и на долю секунды приложил его к губам. - Ты всегда целуешь предметы на удачу? – улыбнувшись, спросил Армин, - я ещё давно заметил это за тобой. - А, ну да, - привычка такая. Игра началась. Кон за коном глаза картёжников становились пьянее, а одежды на них самих всё меньше. Карты с шорохом и тихими хлопками падали на импровизированный стол, собранный из каких-то подпорок и досок. Все сидели вокруг него, расстелив на полу походные покрывала. Многие уже были полураздеты и порядочно пьяны, но ещё в состоянии не рассыпать свой веер. - Ну, давай! У тебя там больше ничего не осталось, Кирштайн. Выкидывай свою мелочь. - Да что ты! А как тебе такое? Крестовый валет прищуренными неподвижными глазами посмотрел на Эрена, тот вздрогнул. Было трудно скрыть беспокойство. Господина чёрной масти побила козырная восьмёрка червей. - Ммм, да я смотрю, это у тебя всё плохо, Йегер! Кто-то мелочи просил, так получи! –ухмыльнулся Жан и выкинул восьмёрку пик. - Вмастил! - обрадовался было Эрен, радостно кидая пикового валета, - прям крест- накрест побился! Однако хитрая улыбка Жана не предвещала ничего хорошего. - Саша, ну чего сидишь? Выкидывай её, и вместе завалим Армина, а то ему под тебя ходить, давай! Девушка сначала удивилась, затем окинула взглядом свой веер, посмотрела на Жана, потом на Эрена и, радостно рассмеявшись, выудила крестовую восьмёрку. - Как? – завопил Эрен, - Кирштайн, хватит мухлевать! Или ты подглядывал в чужие карты? - Да очень надо, - сейчас парня распирало от гордости, - я просто помню, что у тебя нет крестей, а эту несчастную восьмёрку Саша загребла в предыдущем кругу – ничего сверхъестественного. - Да чтоб тебя! – веер Эрена становился всё больше, однако сдаваться он не собирался, - Кирштайн, да ты прямо хочешь, чтобы я разделся? Что за ерунда? - Ох, чего я там не видел? Но униженный любым способом Йегер – это весело. Дверь резко распахнулась и в комнату влетела Микаса. Она злобно заморозила Жана своим взглядом, остановилась, осмотрев картёжников, и сказала: - Следующий кон я тоже играю! В конечном итоге Эрен снова был спасён своей сестрой, которая не дала раздеть бедного парня. Сама же она, после первого своего проигрыша услышала, что должна снять шарф и тут же схватила Эрена за руку. Сообщив всем, что на сегодня они достаточно повеселились, девушка выволокла его из комнаты и закрыла за собой дверь. Круг играющих быстро сужался. Хистория уже сидела в сторонке, завернувшись в одеяло, и просто наблюдала за игрой, периодически наполняя опустевшие стаканы друзей вином. Время летело незаметно. За столом остались самые стойкие, да и на них уже едва ли было что-то надето. - Конни, ты ведь сейчас поддался нам? Зачем? - спросил Армин. - Во имя прекрасной дамы! – ответил тот, - если бы вы обыграли Сашу, получилось бы не очень хорошо. Девушка покраснела, глаза её забегали, и она не придумала ничего лучше, как забрать последний кусок сыра со стола и зажевать им своё смущение. - Ой, ну вас, неинтересные вы, подыгрываете друг другу! - А против тебя никак иначе, - фыркнул Конни, радуясь тому, что в этот раз ему удалось оставить Жана без рубашки, - и никакой ты не особенный. Проигрываешь точно так же, как и все. - Да я вроде и не хвалился. Я просто больше всех вас люблю играть – не значит, что я делаю это без промахов, - вздохнул главный картёжник. - Ладно, давайте ещё один кон, и хватит, я уже спать хочу, голова трещит, - сказала Саша, ёжась от холода. Сидеть в одном белье было не очень-то приятно. - Ну, хорошо, хорошо, не буду я вас больше мучить, - усмехнулся Жан. Усмехнулся и… вдруг второй раз подряд проиграл. - Теперь уже все смеялись, глядя на то, как он остаётся без ремня на брюках. - Видимо, сегодня не судьба тебе больше выиграть, - сказала Хистория. Жан вдруг замер и взглянул на неё с удивлением. - Судьба, говоришь? - Ну да. - Ай, ладно, понесёт меня сейчас, - он помотал головой, - одевайтесь уже, или так и будете тут голыми торчать? - Ага, и прибраться нам помогите, - настойчиво заявил Армин. - Ууууу, не-не-не! – засопротивлялись все хором, быстро натягивая одежду, - давайте хоть на завтра это дело отложим. Если поднапряжёмся днём, то всё успеем. - Ладно, чёрт с вами, завтра, так завтра, - ответил Армин, хватаясь за голову, которая начинала ныть от алкоголя и дыма. Подвыпившие и полураздетые друзья вывалились из комнаты, в коридоре ещё с минуту можно было слышать удаляющиеся шаги и голоса. - Жан, ты чего? – Армин потряс друга за плечо. - А? Да ничего. Задумался просто. Слушай! Давай ещё раз сыграем, а? - Ещё раз? – удивился тот, - Ну давай. На мне как раз ещё целые трусы остались! Есть что поставить. Жан с задумчивым видом перетасовал колоду и начал медленно раздавать. - Ты ведь вообще раньше не умел играть? - сказал он. - Я раньше много чего не умел, - ответил Армин, - да и чему тут учиться? Просто хитростями ещё не всеми овладел. А так, это даже интересно. Что там козырь? Бубны? Маленькие изящные пальцы собрали веер. Чёрные зрачки, окаймлённые голубизной, пробежались по картам. Сам Армин немного дрожал от холода, но старался не подавать виду. Его ход был первым, он смело выкинул на стол крестовую девятку. - Ого, сразу так? – Жан побился валетом и вопросительно взглянул на оппонента. Тот молча кивнул и перевернул карты. Тут же на столе оказалась только что пришедшая червовая шестёрка, на которую у Армина удачно нашлась семёрка в масть. Игра шла размеренно. Стопка на столе становилась тоньше. Они молчали и сосредоточено смотрели каждый в свой веер. Колода кончилась. Жан забрал со стола козырную десятку. У обоих теперь было по четыре карты. Каждый пробежался по ним оценивающим взглядом. Жан с каким-то подозрением посмотрел на Армина, однако спокойно сделал первый ход, выкинув совершенно ненужную в его наборе пиковую десятку. Валет этой же масти упал сверху. Армин с готовностью выжидал следующую подкинутую карту. Жан постучал пальцем по острому краешку козыря, который всю игру пролежал открытым под колодой, но в итоге помотал головой. - Бито. Ходи. Армин вскинул бровь, и нежные пальцы опустили на стол пиковую восьмёрку. Козырная шестёрка отправила её в биту. Следующий ход Жана. «Эту десятку, которую он видел? А вдруг побьёт. И я останусь без козырей…» - размышления привели к тому, что на столе появилась крестовая дама. Армин посмотрел на неё, затем на своего противника. Как-то мягко улыбнулся и забрал карту в свой веер. -Взял? – удивился Жан, - Быть не может! Ну ладно. Он выкинул десятку, Армин усмехнулся и к глубочайшему изумлению Жана покрыл её козырной дамой, затем быстро кинул всё в биту. Жан уставился на него с непониманием. Сейчас в уме он пытался воспроизвести каждый ход, который был сделан за эту игру. «Да что же у него там было?» - только и вертелось в голове. Вдруг он дёрнулся и хлопнул ладонью по доскам. - Стоп! Какого чёрта? Ты мне просто поддался?! Армин только молча и с некоторой долей интереса смотрел, а Жан начал закипать. - Я хотел проверить одну вещь, а ты взял и всё испортил! У тебя был чёртов козырной король! Почему ты не стал меня обыгрывать? - Я просто хотел узнать, насколько ты догадливый и как на всё это отреагируешь, – последовал ответ, - мне не особо был важен выигрыш в нашей ситуации. Ты решил поиграть со мной, а я – с тобой. Вроде того. - Чёрт! Да любой дурак догадался бы, Армин! Ты разве не знаешь, что козырные туз и король – две самые неосознанно желанные карты любого игрока! И каждый сидящий за столом всегда следит за ними, пытается просечь, где они, и к кому переходят. Туз вышел в середине игры, я это помню, а короля не было! – разрывался Жан. Он покопался руками в недавно брошенных Армином картах и выудил ту самую вторую «желанную карту». - Да успокойся ты, прости. Не думал, что для тебя это будет так важно. Жан поднял глаза. Армин уже стоял посреди комнаты абсолютно голый. Кирштайн удивлённо изогнул брови и медленно начал понимать, что есть в этой картине что-то прекрасное. - Чего ты на меня уставился? – спросил Армин, - я всё равно собирался идти в душ, я же после тренировки сегодня не успел. Так что мои трусы были проиграны не зря. - Ты, что, прямо так и пойдёшь? – с каким-то недоверием спросил Жан. Армин взял со своей кровати полотенце, обернул его вокруг бёдер и, ничего не ответив, вышел за дверь. Вернулся он быстро и застал Кирштайна сидящим всё за тем же кривым столом и собирающим карточный домик. Он аккуратно трясущимися руками пытался водрузить уже четвёртый этаж, но сквозняк из открывшейся двери снёс его начало и весь предыдущий ряд. Жан со злобой посмотрел на вернувшегося друга. - Ты мне сегодня всё сорвать намерен, даже когда я играю сам с собой? – однако вид обнажённого Армина с мокрыми волосами, прикрытого одним лишь полотенцем, заставил его сменить обиженное выражение лица на какое-то растерянное. - Ой, извини, - ответил парень, - я ж не знал. А, кстати, что ты там хотел проверить? Почему ты вдруг решил сыграть со мной один на один, хотя ты ведь этого не любишь, не так ли? - Не люблю. Но меня задели слова Хистории. Скажи, вот ты веришь в судьбу? - В судьбу? – переспросил Армин, - нет. Раньше, может быть, я и сетовал, но сейчас уже нет. Вся моя жизнь – никакая это не судьба, просто так получалось, вот и всё, случай – не больше. А ты… - Я тоже не верю, - отрезал Жан, - нет никакой судьбы. Я верю в удачу. И если вдруг однажды я сдохну в пасти титана – значит, удача просто от меня отвернулась, - Жан медленно перетасовывал колоду. Было похоже, что его это успокаивает. - Не говори так, - дрожащим голосом произнёс Армин и подошёл ближе, - не хочу думать о смерти товарищей. - Но ведь когда-нибудь так и случится. Мы умрём. Возможно, вот такими молодыми и ничего кроме ужасов не видевшими. И ты, Армин, можешь никогда не увидеть моря и пустыни, и чего ты там ещё хотел. - Не это ли и называют судьбой? – с грустной ухмылкой спросил тот, - Не об этой ли судьбе всего человечества и нас, разведчиков, все говорят? - Нет. Потому что, когда ты уже смирился с этим своим роком, к тебе всё ещё может прийти спасение. И это будет та самая удача, в которую верю я. Армин вздохнул. Сейчас эти двое явно вспомнили какие-то моменты из их жизни, где непонятно, что двигало события и решало исход. - А море, наверно, красивое… - Не сомневаюсь, - Жан снова посмотрел на застывшего рядом Армина. - А ты ведь тоже падок на определённого рода красоту, не так ли? – прищурился тот, - Ты видишь её даже в карточной игре – необычный у тебя вкус. Что ещё тебе кажется красивым? Жан задумался, достал сигарету и закурил, беспорядочно шаря взглядом по комнате. Армин закашлялся и хотел отойти, но почувствовал, как его перехватили за запястье. - Стой. Ты! - Что? - Сейчас ты мне кажешься красивым. Прости уж, так видят мои глаза. - Правда? – Армин вскинул брови, - Ну спасибо, я даже не знаю, что тебе ответить. - Поиграй со мной, - Жан взглянул исподлобья и расплылся в хищной улыбке, а затем отодвинулся от стола, - садись. Лицом ко мне. Армин несмело, но с любопытством посмотрел на него и опустился на колени. Жан за пару движений поправил его позу, опустил спиной на стол и демонстративно изогнул колоду, за мгновение пролистав её и ощутив пальцами приятную вибрацию мягкого картона. - Играем на твоё полотенце! – объявил он, положил стопку Армину на живот, снял две верхние карты и аккуратно соорудил из них одну башенку прямо на неровной поверхности груди. - Что ты делаешь? – спросил Армин, стараясь, однако не делать резких движений и дышать ровно. - Упадёт по твоей вине – ты проиграл, - прозвучал спокойный ответ. Острые краешки карт щекотали кожу, рельеф рёбер и дыхание мешали водружать башенки, однако Жану всё же удалось установить три подряд. Армин хоть и был в этом случае жертвой, но с интересом наблюдал за процессом и старался не делать лишних движений. Лёгкие случайные прикосновения рук Жана заставляли тело вздрагивать, а дыхание срываться. Ноги сильно затекли. Второй этаж был почти готов, когда Армин не выдержал и резко дёрнулся, отчего незаконченная постройка с шелестом обрушилась. - Эх ты, - растянулся в улыбке Жан, взял колоду, снова немного согнул и выстрелил ею в Армина. Карточный листопад окутал его и быстро опустился на стол, а победитель этой странной игры с явным наслаждением смотрел на такую картину. - Вот извращенец, – засмеялся Армин, приподнялся со стола и распрямил затёкшие ноги, слегка согнув их в коленях и раскинув по обе стороны сидящего Жана. Эта их поза была совсем недвусмысленной, однако это мало смутило кого-то из этих двоих. Они оказались слишком сближены и теперь с непониманием искали чего-то друг у друга во взглядах. Армин как-то инстинктивно закусил губу, чем окончательно свёл Жана с ума. «Нечего тут больше придумывать» - мелькнуло в голове у того. Он потянулся и просто поцеловал Армина. Прильнул к его губам и не захотел отпускать. Прошёлся по ним языком, и Армин сам приоткрыл рот, веки его опустились, руки потянулись, обвивая шею Жана. Дыхания теперь совсем не хватало уже обоим. Оторваться было невозможно. Какая же коварная штука – поцелуй. Всегда он начинается так внезапно и непринуждённо и всегда как будто толкает в спину, заставляя идти дальше. Жан спустился к шее, стал слизывать капельки воды, стекающие с мокрых волос. Армин тяжело дышал и охотно подставлялся под эти ласки. - Ммм, Жан, - простонал он, когда горячие губы добрались до набухших сосков. Тот поднял голову. - Ух ты, - выражение лица Армина заставило Кирштайна застыть и просто рассматривать раскрасневшиеся щёки, приоткрытый рот, томный взгляд затуманенных голубых глаз, - вот уж не думал, что когда-нибудь увижу тебя таким. - Я и сам не думал, - шёпотом ответил Армин и снова подался вперёд, хватаясь за широкие плечи. Жан легко толкнул его в грудь, и тот опять оказался лежащим спиной на столе. - Эй, мы же играли на твоё полотенце, да? Хотя, кажется, оно само сейчас с тебя свалится, - усмехнулся Жан и одним движением обнажил все прелести Армина, представлявшие собой сейчас плотный стояк, - я смотрю, тебе понравилось мне проигрывать? - Какая разница, - сбивчиво произнёс Армин, - если нам обоим теперь так хорошо. - Сейчас будет ещё лучше, - прошептал Жан, низко опустился и обхватил рукой напряжённый член. Припухшие губы легко прикоснулись к блестящей головке, заставив Армина шумно выдохнуть и расслабиться. Жан провёл языком от основания по всей длине и тут же разгорячённый орган оказался наполовину во рту. Армин медленно сходил с ума, забывался, каждый сантиметр его тела становился всё чувствительнее. Жан быстро двигался, помогая себе рукой. Мокрые губы повторяли рельефы, то беспорядочно скользили по всей длине, то вместе с языком ласкали сочащуюся головку. Вдруг Армин почувствовал, как смоченные слюной пальцы начали двигаться внутри. Безумное наслаждение накатывало волнами. Он прикрыл рот ладонью, еле сдерживая стоны. Разрядка была близка, но Жан, почувствовав это, остановился и взглянул на бьющегося в экстазе Армина. - Не…не останавливайся! – простонал тот. - Неа, - протянул Жан дразнящим голосом, - я всё ещё хочу с тобой поиграться. - Жан, пожалуйста! – уже выкрикнул Армин, и, не спрашивая, приподнялся, приблизился и впился ему в губы, на что тот не мог не ответить. Одна рука вцепилась ему в плечи, другой Армин сам за несколько движений довёл себя до конца и обмяк, уткнувшись носом в чужую шею. - Вот же засранец! – засмеялся Жан, - Считай, сейчас ты не честно, но очень красиво меня сделал! - Может, и так, - сбивчиво прошептал Армин, - прости. - Думаешь, я приму поражение? – Жан взял Армина за плечи и уставился на его раскрасневшееся лицо. Затем опять положил спиной на стол, - думаешь, мне легко сейчас себя сдерживать? Он расстегнул молнию на брюках, но Армин тут же вскочил и перехватил его руки. Лицо его было переполнено испугом, а всё возбуждение как рукой сняло. - Стой! Не… не спеши так. Я… немного боюсь. - Чего? С чего тебе бояться? Ты же вроде не девственник? – удивился Жан. - Именно! Ты ведь слышал, да все слышали, что тогда произошло! Нетрудно догадаться, почему мне страшно. Они всё ещё сидели близко друг к другу. Взгляд Армина потух. Жан теперь вспомнил разговоры о некоторых неприятных событиях, которые ходили среди всего 104-ого ещё пару лет назад. Он взял его за руки и посмотрел прямо в глаза. - Не бойся меня. - Я… я правда, хочу, очень хочу тебя, но мне до сих пор страшно. - Подожди, – решительно ответил тот, резко поднялся и скинул с себя остатки одежды и погасил лампу. Затем поднял Армина на руки, перенёс на кровать и лёг рядом с ним, - сможешь сейчас мне доверять? Я избавлю тебя от твоего страха. - Ну, если только тебе, - ответил Армин и потянулся к нему за поцелуем. Жан теперь уже нежно отвечал ему, пропускал мягкие светлые пряди волос сквозь пальцы, оглаживал спину, ягодицы, бёдра. Армин охотно подставлялся под его ласки, размякшее тело вновь почувствовало возбуждение. Жан горел желанием, но как мог, сдерживал свои порывы, терпеливо и не без удовольствия покрывая поцелуями чужое тело. Чувствуя мягкие движения языка на своей шее, Армин не сдержал скромный тихий стон. - Что такое? Уже не боишься? – шепнул Жан прямо в ухо. - Ну…почти нет. - Тогда…- его рот запечатали поцелуем. Целоваться Армину действительно нравилось, скрыть это было невозможно. Жан решил воспользоваться таким его пристрастием и, не прерываясь, пристроился к проходу, пару раз проведя влажной от смазки головкой по сморщенной коже. Сопротивления не последовало. Армин лишь громко выдохнул и глубже пробрался языком в его рот. Жан отстранился, быстро плюнул на пальцы, получше смочил свой орган и продолжил поцелуй. Осторожно и медленно толкнулся внутрь. Армин издал протяжный стон, но не оторвался от чужих губ. «Потерпи. Просто потерпи немного» - крутилось в голове у Жана, и всё своё успокоение он пытался передать через жесты и движения. Теснота сводила с ума. Хотелось со всей дури толкнуться до конца, но Жан держался и медленно проникал, слушая прерывистое мычание сквозь их поцелуй. Он входил всё глубже. Армин оторвался, вдруг плотно обхватил его ногами и руками и сильно прижался к нему всем телом, слегка подавшись бёдрами вперёд. Жан начал медленно двигаться, аккуратно выходил наполовину и входил до самого конца. Он чувствовал, что Армин расслаблен и больше не боится, а наоборот, тянется к нему, толкается навстречу, и стонет уже не от боли, а от удовольствия. Когда тело начало подавать сигналы близкой разрядки, Жан протиснул руку к члену Армина, крепко обхватил его и начал двигаться в такт их толчкам. Армин громко дышал ему в шею, иногда прикусывая кожу. Волны удовольствия накрывали обоих с головой, заставляя стонать, изгибаться и цепляться за руки. Наконец, Жан задрожал и излился внутрь, тут же высвободившись из узкого пространства, откинулся на подушку и уставшей рукой помог Армину. Оба несколько секунд лежали неподвижно и слушали сбивчивое дыхание друг друга. Жан повернул голову и посмотрел на Армина. - Что? – с некоторым смущением спросил тот. - Ты как? - Я? Я… не знаю. Это… было так здорово. - Правда? Ты больше не боишься? - Тебя точно не боюсь. - А тебе нужен кто-то ещё? – усмехнулся Жан. Армин закрыл на миг глаза и с умиротворённой улыбкой помотал головой. А затем приподнялся и уже было свесил ноги с кровати, но его поймали за руку. - Куда это ты собрался? Разве не хочешь остаться спать здесь? - А можно? Ты не против? Кровать-то тесная. - Разве это плохо? – спросил Жан и крепко прижал его к себе, не в силах сдержать это из ниоткуда взявшееся желание - не уходи. Я уже не играю, я, правда, хочу, чтобы ты остался. Чёрт! Я никогда не думал, что скажу тебе такое. Что со мной творится, ты сегодня сделал меня по полной. - И в этом я тоже не вижу ничего плохого, - ответил Армин, - надо же было поумерить твою надменность карточного маньяка. - Ну, да, пожалуй. А ещё я никогда не думал, что проигрывать может быть так приятно.