Браки совершаются на небесах

— Только не падай в обморок, прошу, — Феликс обхватил чуть не упавшую на пол Корнелию и посадил ее на диван. — Я принесу воды. — С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Мэтт, присаживаясь рядом с гостьей. — Я просто не могу поверить, что все это происходит со мной, — девушка закрыла лицо ладонями. — Погоди, тогда в ресторане ты говорил, что расстался с Вилл всего лишь два года назад. Ты изменял ей? — Она была… прикрытием для меня, — с трудом проговорил Олсэн. — Понять, что тебя привлекают парни было очень сложно. А признаться в этом самому себе — просто нереально. — Именно поэтому этот чертенок целый год названивал мне только чтобы утолить свою похоть. А потом внушал мне, мол, нет, я никакой не гей, — Феликс забавно спародировал Мэтта, расплескав при этом воду из стакана. — Спасибо, — слабо улыбнулась Корнелия, приняв из рук мужчины воду. Осушив содержимое стакана за три больших глотка, Хейл задумчиво опустила голову. — Куда же мне теперь идти… — Ты можешь у нас наверное переночевать, — неуверенно начал Мэтт, посматривая на своего бойфренда. Тот фыркнул, но ничего не сказал. — Пока не найдешь место, куда могла бы перебраться. — Правда? — Корнелия вмиг повеселела. — Я была бы очень тебе признательна. Потому что я, честно, ничего не понимаю. — Ладно, оставлю вас наедине, — натянув на себя футболку, Феликс взял в руки планшет и скрылся в другой комнате. — Я считала Вилл своей лучшей подругой, и думаю, она знала о моем разладе с Фобосом. Но она ничего не сказала. Как и остальные. Может, Ирма не так уж и плоха. — Я не знаю, что ее побудило так поступить, — Мэтт задумался. — Если бы здесь не было Фишера, мне бы даже пришлось тебе подыграть. Не представляю, что будет со мной, если Ирма узнает, что ее план провалился. — Пока я не буду ей говорить об этом, все же, я очень рада, что смогла уйти из той квартиры. В любовь Фобоса я теперь не верю. — Может, все не так уж плохо? В каждых отношениях есть кризисы… — Я потеряла ребенка, Мэтт, из-за этой дурацкой аварии. И Фобос знал, что это случится. Он всегда видел то плохое, что может со мной случиться. — Да уж, я не знаю, что сказать, — мужчина посмотрел ей в глаза. – Но, предложение насчет ночевки все еще в силе. Я принесу тебе простыню и одеяло. Корнелия сидела на морском берегу, с грустью глядя на пенящиеся волны. Ей хотелось броситься в воду в чем она есть, не думая о том, что одежда испортится и придется потратить приличное количество стирального порошка, чтобы отстирать солевые следы. Ей было спокойно. Она знала, что сейчас не стоит ничего бояться. В мире, где только они вдвоем нет поводов для стыда и грусти. — Ты ведь знаешь, что мы не сможем прятаться вечно, — сказал юноша, присаживаясь рядом с девушкой на песок. — Почему нет? — пожала плечами Корнелия. — Мы с тобой не пара, Калеб, но нельзя отрицать, что чувства между нами есть. — Почему бы тебе не бросить Фобоса? Сначала ты хотела доказать мне, что и без меня тебе хорошо, но теперь, когда он медленно превращается в домашнего тирана, зачем терпеть? — Это не так легко, Калеб. Я не знаю, обманываю ли я его, тайно встречаясь здесь с тобой уже второй год. Даже одной недели хватает на весь год. Возможно, надо было прервать эти «недоотношения» уже в тот момент, когда Фобос сделал мне предложение. — А всего бы этого не было, если бы ты не упрямилась признаться себе в своих собственных чувствах! — раздраженно произнес Калеб, чертя по песку хаотичные узоры. — Но теперь мы действительно должны прекратить наши встречи, — Корнелия утерла слезу и уперлась лбом в плечо парня. — Тебе всего лишь 22 года, незачем ставить на себе крест из-за мужа. Расстанься с ним. Пусть он добивается своего Мередиана, а мы с тобой сможем жить, не скрываясь от кого-либо. — Дело не в этом. Я беременна! Калеб потерял дар речи. Холодный морской ветер заставил парня пожалеть о том, что не взял в этот сентябрьский день плед. До аварии с участием Корнелии оставалась пара дней. Корнелию разбудил шум, доносившийся с улицы. Видимо, в этом оживленном районе гудки машин — дело привычное. Потянувшись, Корнелия накинула на себя домашний кардиган и, спотыкаясь по неосторожности обо все, что только можно, побрела в ванную комнату. Спросонок она не обратила внимания на то, что в душевой кабинке явно кто-то мылся. Подойдя к раковине, девушка открыла кран и брызнула на лицо холодную воду. — Котенок, ты чего так рано встал? — из душевой кабинки вылез Феликс во всей красе, видимо, решив, что рядом его молодой человек. — Ой, прости, не знала, — Корнелия смущенно прикрыла глаза и тут же приоткрыла один глаз. — Вот это да, — хохотнув, протянула девушка. — Ты на меня пялишься, серьезно? — Феликс вернулся под душ, вовсе несмущенный произошедшим. — Как Мэтт только ходит после тебя… — Я им редко пользуюсь по назначению, — громко ответил Фишер. Корнелия, основательно покраснев, решила ретироваться. Закрыв за собой дверь в ванную, она столкнулась нос к носу с Олсэном. Нервно улыбнувшись мужчине, она отступила, и тот молча зашел в уборную. Чем там будут они заниматься девушку уже на касалось. Корнелия, наскоро надев джинсы и застегнув пуговицы на рубашке, в коридоре обулась и открыла дверь. Выйдя на лестничную площадку, она прикрыла дверь и стала спускаться по лестнице, так как спешить ей было некуда. На полпути ее телефон завибрировал, и девушка поспешила ответить на вызов. — Алло, я слушаю, — проговорила Корнелия. — Здравствуйте, Корнелия, вас беспокоит доктор Финниган. Я настоятельно советую появиться вам в нашей клинике. — Что-то случилось с моим отцом? — обеспокоенно спросила Корнелия, прикусив губу. — К сожалению, ничего не знаю о вашем отце, — доктор вздохнул, — я хочу поговорить о вас. — Хорошо, я скоро буду. * * * Фобос сидел на кухне, попивая горький кофе, который больше походил на кошачью мочу. Рядом с ним сидела Вилл, которая обдумывала только что сказанные ей слова. — Значит, она ушла от тебя, потому что ты ее ударил? — девушка не могла в это поверить. Для нее пара Эсканора и Хейл была самой приятной. — Я не хотел тогда этого, — Фобос сжал стакан так сильно, что его костяшки побелели. — Я задыхаюсь в этом месте. Я просил Корнелию денно и нощно направить все силы стражниц на Мередиан. Завладев этим местом, я бы уже был другим правителем. — Но какой из тебе правитель? — сказала Вилл. — Ты — тиран. — Рядом с Корнелией я становился другим, и ради нашего ребенка я бы… — Ребенка? Только не говори, что моя подруга была беременна, — Вандом сложила руки на голове. — Тогда понятно, почему она так и стремится к тому, чтобы убежать от тебя. — Я знаю, что надо делать. Я читал много древних книг, и, если верить приданиям, то существует тысячи параллельных миров, и каждый миг создается новое измерение. — Слушай, по-моему, тебе пора завязывать с кофе и алкоголем, — Вилл выхватила стакан с пойлом из рук Фобоса и поспешила вылить все в раковину. — Что ты собираешься делать? Вернуть Корнелию или попасть в «не знаю куда»? — На горе ведьм есть одна древняя колдунья, у нее должна быть книга о том, как попасть в другой мир. Я должен это сделать, если здесь у меня не получилось ее удержать… — Да ты одержим, — Вилл была удивлена поведению Эсканора. Он всегда казался умным мужчиной, который схватывал информацию на лету, но сейчас он говорил совсем бредовые вещи. — Тебе не понять, — отмахнулся Фобос. В его глазах Вилл впервые за многие годы увидела злой отблеск. * * * Ливень застал Корнелию врасплох — погода не предвещала беды, на небе не было ни тучки. Зато непогода ничуть не подпортила ей настроение — оно было уже ниже плинтуса. Посетить доктора было для Корнелии плохим решением — ничего хорошего она там не узнала. Дождь хлестал по лицу, обжигая ледяными каплями бледную кожу. Корнелия словно и не замечала этого. Она лишь прижала к груди руки, сложенные в замок, и закрывала глаза. — За что мне все это, — тихо простонала Хейл, и слезы медленно покатились из глаз. В пальцах трепыхался мокрый лист, тысячу раз развернутый и сложенный заново, письменное подтверждение того, что жизнь Корнелии подходит к своему логическому завершению. У пациентки городской больницы Корнелии Хейл, возраст 23 года, обнаружено новообразование в головном мозгу. Точная причина не выявлена, возможна реакция на препараты, введенные для поддержания жизни во время комы. — За что мне все это, — повторяет Корнелия вновь, тяжело всхлипывая. — Что я такого сделала, раз моя жизнь превратилась в настоящий ад? Корнелия обреченно вскрикивает, сжимая в руках несчастный клочок бумаги, упиваясь собственной болью. Девушка пыталась осмыслить, зачем ей дано такое испытание, но в голову ничего не приходило. Она была красива, умна, добра, ее жизнь только начиналась. Опомнившись, Корнелия стирает воду и слезы с лица, оглядываясь, чтобы убедиться — никто из прохожих ее не видел. Выкинув листок в урну, Корнелия взяла в руки сумочку и направилась, куда глаза глядят. Ей нужно было время, чтобы подумать. Не ища пристанища от дождя, Корнелия смело шла по лужам, ловя на себе удивленные взгляды незнакомцев. Вдруг она поняла, что на самом деле она не сломленная кукла, она Корнелия Хейл, что немаловажно. Расправив плечи, девушка горделиво вышагивала по главной улице. Липкие от пота, они извиваются на влажных простынях, не находя себе места на такой большой двуспальной кровати. Беспокойные руки комкают мешающуюся подушку и сбрасывают на пол. Воздуха предательски мало, и приходится прерваться, чтобы открыть окно. Сил больше нет, но разгоряченной паре было мало каких-то четырех часов, чтобы ублажить свою похоть. Воспоминания за этот день были слишком противоречивыми. Корнелия только сейчас задумалась о том, что ей вспомнилось утром. Если у нее был Роман с Калебом, да даже если и не было, ей стоило узнать обо всем более подробно. * * * − Калеб, тебе лучше взять чего-нибудь покрепче, − Вилл предостерегающе подняла бровь. − Я лучше выпью кофе, − возразил мужчина и взмахом руки подозвал официанта. — Кофе плохо влияет на цвет лица и зубов, — заметила Вандом, опуская на стол меню. — А алкоголь сажает печень, — ехидно улыбнулся Калеб. — Пожалуйста, чашку кофе и греческий салат, — обратился он к официанту. — Мне апельсиновый фрэш и салат с тунцом, — кивнула Вилл. — Ты давно не появлялся на Земле, — заметила девушка, как только отошел официант. — Почему? — Ну, — Калеб задумался. — На то были свои причины. После поцелуя с Корнелией я стараюсь вообще здесь не появляться. — Корнелии бы сейчас не помешала любая поддержка, — пожала плечами Вилл, разглядывая свои ногти. − Знаешь, вот была бы ты на моём месте, я бы посмотрел на тебя. — На каком таком месте? Корнелии сейчас хуже, чем нам с тобой. Фобос помешался, ищет способ перенести нашу подругу в другое измерение. — Для чего? — удивился Калеб. — Чтобы дать ей шанс на нормальную жизнь, я, если честно, не особо слушала тот бред, что он пытался мне донести. — А как на это смотрит Корнелия? — Она ушла из дома, где точно сейчас находится, мы не знаем. — Так с этого надо было начинать! — возмущению Калеба не было предела. — Нам надо начать ее поиски. — Давай сначала поедим, — остановила его Вандом. — Она наша подруга, но у меня ощущение, что я живу не своей жизнью. * * * Продрогшая Корнелия открыла входную дверь и тихо прошла в квартиру. Оставив сумку в прихожей, она решила осмотреть комнаты. Убедившись, что Фобоса нигде нет, девушка стянула с себя мокрую одежду и переоделась в более теплое. − Вон! И чтобы я тебя в своем доме больше не видела! — разъярённая Корнелия с размаху захлопнула дверь спальни и обернулась к Эсканору. — Я не слишком многого прошу у тебя в последнее время! Я молчу насчёт твоих гулянок и постоянных деловых встреч, закрываю глаза на твое помешательство о Мередиане. Да я вообще молчу… только и делаю, что молчу! — Сколько раз тебе повторять — я ни с кем тебе не изменяю! — Фобос резко поменялся в лице. — А стараюсь по работе для тебя и твоего папаши! — Он дал тебе все: и квартиру, и работу. Без него ты бы был никем! — кричала блондинка, срываясь на визг. — Зато в Мередиане все бы поклонялись мне, но ты слишком уперта, чтобы помочь мне в этом! Он делает три больших шага и прижимает к себе жену, целуя её в макушку, ощущая всем телом, как её бьёт дрожь. Он гладит её по спине и чуть покачивается, успокаивая, шепчет бессвязные слова утешения, ждёт ответной реакции. И Корнелия в ответ обнимает. "Что же мне делать со всеми этими воспоминаниями," — размышляла девушка за чашкой горячего чая. В голове складывалась неприятная картина — Фобос представлялся ей тираном. Но где-то в глубине души Корнелия чувствовала, что он не такой черствый, каким помнит она его. Взяв свой сотовый телефон, девушка несколько секунд смотрела на экран, а затем, слабо улыбнувшись, набрала четыре слова: «Приду вечером на ночевку». Отправив смс, она заметила, что в кресле остался блокнот, явно принадлежавший ее неудавшемуся мужу. Не сдержав любопытства, она взяла его в руки и раскрыла. Изумлённый вздох вырвался из её груди. Листая страницу за страницей, Корнелия удивлённо качала головой, не веря своим глазам. Вдруг на телефоне высветился незнакомый Корнелии номер. Девушка сомневалась, стоит ли ей брать трубку, но, поборов себя, ответила. — Да, я слушаю. — Корнелия, как все же здорово, что ты не пропала, — с облегчением выдохнул Калеб. — Где ты? — Дома, вот чай пью, — ответила Хейл, внимательно изучая содержимое блокнота. — Мы тут с Вилл сидим в «Чешире», присоединишься? — Я бы хотела с тобой встретиться без наших общих друзей, — Корнелия задумалась. — Жду тебя на «Флайтаун» стрит в пиццерии через час, — не дожидаясь ответа, девушка сбросила вызов. Прихватив с собой блокнот, она стала готовиться к встрече. *** − Привет, − к столику подошла Корнелия в мешковатом свитере с большой черной сумкой на перевес и, несмотря на всю свою изящность, совсем неграциозно плюхнулась на стул напротив Калеба. — Я долго собиралась, знаю. − Ничего, я успел изучить все меню и даже винную карту, − усмехнулся бывший повстанец. − Заказал что-нибудь? − Нет, думал тебя подождать. — А у меня пропал аппетит, пока думала обо всем, что случается со мной в последнее время. — С такими темпами от тебя останутся кожа да кости, — невесело усмехнулся Калеб. — Я, наверное, выпью лимонад, — сказала Корнелия подошедшему к ним официанту. — И пожалуйста, побольше льда. — Мне воду без газов, — кивнул Калеб, — только не очень холодную. — Тебя не видно, не слышно, где ты пропадал? — Дела были, — сказал Калеб. — В Мередиане сейчас неспокойно, поговаривают о том, что скоро начнется восстание. И мне, как доверенному лицу Элион, нужно узнать, кто является возможным подстрекателем. — Но ведь Элион хорошая правительница, — удивилась Корнелия. — Фридрих Вечный, представитель измерения Изгориан, является мужем нашей королевы, — начал повествование Калеб. — Жители Мередиана крайне возмущены тем, что их правитель происходит не только от другой расы, но и от другого измерения. Пару дней назад прошел митинг, жители требуют свергнуть его с престола. А если это случится, то тогда и Элион может позабыть о троне. «Идеальное время для восстания Фобоса… — Корнелия закусила губу, задумываясь. — А если он действительно сейчас готовит это восстание, то жизнь многих людей в опасности» — Это может быть Фобос, — воскликнула Хейл. — Нет, Фобос сейчас занят более безумным делом, ищет лекарство для твоего спасения. — Это радует, — облегченно выдохнула Корнелия. — Куда ты ушла жить? — поинтересовался Калеб, с подозрением нюхая принесённую в очень хрупком на вид стакане воду. — Это большой секрет, — хитро проговорила Хейл. — Я должна иметь гарантию, что меня никто не найдет. — Даже мне не скажешь? — мужчина игриво насупился. — Обещаю хранить молчание. — Ладно, — потягивая из трубочки лимонад, смягчилась Корни. — Я живу в доме у Мэтта. — Серьезно?! — Калеб поперхнулся. — У тебя что, роман с ним? — Нет, что за чушь ты вообще несешь! — недовольно проговорила Корнелия. — Он работает в компании отца, хорошо знаком с Фобосом, да и раньше у нас были прекрасные отношения. Он позволил мне перекантоваться у него, пока не найду себе новое жилье. — А стоит ли искать? Квартира все же твоя. Не хочешь жить с Фобосом — просто выгони его. — Все успеется, — Корнелия размешивала лед трубочкой в пустом стакане. — Пройдемся? − Я уж думал, мы тут надолго. Здесь душно, тебе не кажется? − Отличное место, да еще и кондиционеры повсюду. − Да, конечно. − Ой, перестань ворчать! — всплеснула руками Корнелия. − Я не ворчу, не наговаривай! — шутливо ответил Калеб. Открыв перед Корнелией дверь, он пропустил девушку вперёд и вышел следом, посмеиваясь. − Отличная погода. Только прекрасная компания может скрасить этот день, − он шутливо согнул руку в локте, и Хейл взяла его под руку. — Давно хотела тебя спросить, — Корнелия говорила медленно, подбирая слова. — Точнее, я сегодня кое-что вспомнила. Мы с тобой отдыхали на море? Серьезно? — Раз в году мы уезжали с тобой на пляж в соседний город, там обычно зависали на неделю. — И это продолжалось два года? Когда я уже была с Фобосом? — Корнелия была шокирована. — Но это длилось всего одну неделю в год. Мы становились эдакой романтичной парочкой. Но потом все возвращалось на круги своя, и мы были только друзьями. Ты не хотела отлипать от Фобоса. — Надо же, — Корнелия расстроилась. Где-то вдалеке прогремел гром. И хотя непогода не была неожиданностью для всех, пошёл дождь. Сначала это была всего пара капель, разбившихся об асфальт, но затем напор усилился, будто на улицы кто-то сверху выливал сотни баков с водой. Тугие струи застучали по мокрой листве, припаркованным машинам, заставив моментально намокнуть тех, кто не успел найти укрытие. — Бежим! — скомандовал Калеб, и, сжав ладонь девушки, бросился вперед. Спрятавшись под навесом, они остановились. Он отряхивается, словно мокрый пёс, смешно двигая бровями, Корнелия выжимает края своего свитера, но это не спасает, они промокли насквозь. — У тебя тушь потекла, — Калеб дотрагивается до нежной кожи девушки, стирая черную полосу с нижнего века. Неожиданно потеряв контроль, Он подходит ближе и накрывает её губы своими. Корнелия сначала охотно отвечала на поцелуй, но потом, будто опомнившись, оттолкнула его. — Сейчас не время, — стараясь не смотреть на Калеба, проговорила Хейл. — Я пойду, — девушка развернулась и бросилась под дождь, не дав Калебу сказать ни слова. Корнелия устала. Мертвецки, нещадно устала. Это была не та приятная усталость, после утомительных физических нагрузок. Это чувство неопределенности заставляло опускать руки. Девушка вернулась в квартиру Олсэна, когда на улице уже стемнело. Мокрая и продрогшая, она зашла в теплую прихожую и разулась. Услышав характерные стоны из спальни, девушка решила вести себя как можно тише, и поэтому она передвигалась по квартире на цыпочках. Взяв махровое полотенце, Корнелия намеревалась принять горячий душ. Вдоволь прогревшись под теплой водой, Корнелия наконец вышла из ванной комнаты. На кухне уже доносились радостные возгласы, и Корнелия поспешила туда. — Привет, ребята, — улыбнулась она Мэтту и села на свободный стул рядом с Феликсом. — Как прошел этот день? — Да вот рассказывал сейчас о том, что у нас на канале происходят большие сокращения. Всех неугодных увольняют только так. — Но мой герой всегда у руля, — замечает за готовкой Мэтт. — Я буду надеяться, что тебя не сбросят с корабля, — Корнелия взяла из плетенной корзинки печенье. — Кстати, тебе не звонила Ирма? — Нет, пока молчит, — Олсэн повернулся и посмотрел на девушку. — Я решил открыться, так что скоро ей от меня ничего не получить. — Ого, и как ты собираешься это сделать? — Через неделю я иду на ток-шоу Мелоди в качестве приглашенной звезды, — Феликс прокрутился на стуле. — Там наверняка спросят про бойфренда, а я скажу, что мой парень сейчас в студии. — Для этого требуется нечеловеческая смелость! — Корнелия была горда за Олсэна. — Чем планируешь заниматься ты? — спросил Феликс. — Мэтт обрисовал ситуацию, в которую ты попала. Не позавидуешь. — Я сейчас пытаюсь разобраться в том, что же на самом деле происходит, — Корнелия откинула назад мокрую прядь. — Понять, кто же для меня враг, кто друг. — Может быть не стоит тратить время на разборки? — Фишер внимательно посмотрел на девушку. — Возможно, потеря памяти — это способ начать все сначала? — Хватит философствовать, — перебил мужчину Мэтт. — Корнелия и без тебя сможет решить, что ей делать. — Пока планирую разобраться со своим здоровьем, — девушка выводила завитушки по стеклянному столу, оставляя на нем следы от пальцев. — Доктора озабочены моим состоянием. — Что-то серьезное? — обеспокоенно спросил Феликс. — Если что, у меня есть знакомый из клиники в Нью-Йорке. — Пока нет причин волноваться, — натянуто улыбнулась Корнелия. — Ладно, пойду в гостиную, может, идет что по телевизору интересного. — А я схожу в минимаркет, у нас в холодильнике мышь повесилась, да, Олсэн? *** Феликс шел по безлюдной улице, неся два больших пакета, вдоволь забитых едой. Насвистывая незатейливую мелодию, он спешил домой — ему не терпелось оказаться в объятиях своего возлюбленного, да и после холодной улице хотелось почувствовать тепло домашнего очага. Мимо Фишера прошел мужчина, и он бы не обратил на него внимания, если только не странная внешность незнакомца: длинные волосы редко встретишь сейчас у девушки, а что говорить о парнях. — Значит, вот на кого она меня променяла, — вдруг прошептал незнакомец. Феликс почувствовал боль в районе груди. Бросив пакеты, он потрогал грудь рукой — на ладонях остались следы крови. Открыв рот в предсмертном крике, он упал навзничь на холодный асфальт.