Грусть Джоконды

Сицилия светлая – приют для души! Раздоров не сеют здесь воины-мужи, И вечная радость в сердцах у людей, Ее песня в краю в этом дивном слышней. Здесь юный, мятежный свой дух услаждала, Весельем и смехом себя забавляла Цирцеи юная, прекрасная дщерь. Не ведая прежде невзгод и потерь, Легко Прозерпина танцевала и пела – Для счастья иного она не хотела. И об руку с вольными, нежными нимфами, Чья красота прославлена мифами, На луг Прозерпина спешит за цветами – Природы прекрасными, хрупкими дарами. И птицы щебечут над ее головой, И Солнце любуется ею одной. Как звонко смеется прозрачный ручей, Расстилая ковер из подводных камней! Весь мир так душист, весь мир так прекрасен! И солнца венец так ярок и златен! И кажется – печали нет вовсе на свете! Но за беспечность быть должно в ответе. И вдруг на лугу, суровый и страшный, Сам властитель смертей, вечно мрачный! Плутон, смехом девиц привлеченный, Прозерпины дивной красой покоренный, Поспешно идет на притихших подруг, Ступая по лепесткам и травам на луг. Ароматный венок уронив, Прозерпина, Несчастная растений и света богиня, Всем станом дрожит. И коварный Плутон Хватает сей нежный и юный бутон. И черная колесница уносится прочь. Цирцеи любимая похищена дочь! Напрасно стенали, рыдали подруги – Умчались далеко тьмы и мрака супруги. И многие лета минули с тех пор. И в мире людей правят голод и мор – Суровые зимы сгубили поля. Терзаются люди, к Цирере моля И стеная о благодатном тепле, О пище на исхудавшей земле. Гибнут люди, безмолвствует тихая мать, Не в силах от глада спасения дать, Покуда целует Прозерпина лик смерти, Покуда служат ей орки и черти. Прозерпина не слышит ни стон, ни рыданье – Ведь мучит ее свое лишь страданье. В палатах Плутона одиноко и горько. Ее сторожат орки страшные зорко. Утешенье богини – лишь крохотный луч, Пробивший броню губительных туч. Лишь за Орка чертой начинается свет, Не ведают там печали и бед! Лишь там живут радость, и счастье, и смех, Для простора мечты там не знают помех! Церера – любимая мать – там живет, Ночами колыбельные песни поет. Там нежные нимфы – подруги любезные – Даруют венки и подарки прелестные. И все это рядом, под лоном небес, Лишь стоит отринуть мрака завес! Но возникло из тьмы растение плющ – Видений союзник, реальности чужд. Ведь нет ни лугов, ни полей. Только мрак! Таков, Прозерпина, черный твой брак! И дымкой доброе прошлое стало – Увы, навсегда сиянье пропало! И сжала богиня кровавый гранат – Дороги нет ей отныне назад! 2013 г.