Отпусти меня

Саундтрек: Макс Барских - Hero.in Ты мой героин, от тебя улетаю. Ночами не сплю, без тебя выживаю. Ломает любовь, разлетаюсь на части. Я в твоей власти, ты в моей власти. Все начиналось как в обычной маггловской мелодраме. В школе они ненавидели друг друга, но это была лишь видимость. Наедине каждый в тайне мечтал друг о друге. А когда они встретились после войны, приветствием стал поцелуй. Такой неистовый и страстный, что все прохожие, увидев это, были уверены в их любви. А они действительно любили друг друга и не думали о мнении других. Они не могли и минуты находиться раздельно. Каждый раз, разлучаясь, они не могли нормально мыслить и что-либо делать. Из рук все падало, а перед глазами стояла их прошедшая ночь. Никто не сказал ни слова против их пары, хоть и были удивлены и ошарашены. Даже Люциус Малфой промолчал после заявления сына о намерении жениться на Гермионе Грейнджер, лишь презрительно хмыкнул и отвернулся, потому что влюбленные снова были заняты друг другом, не заботясь о его мнении. Свадьба превзошла все ожидания магического Лондона и переплюнула всех королевских особ не магического, но молодожены довольно быстро скрылись с глаз гостей в саду Малфой-Менора и аппарировали оттуда. Один Мерлин знает, насколько они были счастливы тогда. И это счастье опьяняло их сильнее огневиски. И длилось это около трех лет. Но что потом? Драко изменился. Теплый океан глаз сменился на холод Антарктического, сладость губ - горечью алкоголя. А его поздние возвращения с работы не давали покоя Гермионе. Она пыталась поговорить с Драко, но он слишком рано уходил, а приходил настолько поздно, что Гермиона засыпала, так и не дождавшись его. Ей было больно, но понемногу становилось легче, и она, наконец, смогла взять себя в руки и начать работу над новыми зельями, при этом прочитывая по несколько магических книг в день. Ровно за месяц до Их официального расставания Он пришел раньше, чем обычно. Гермиона еще не спала и перечитывала свою новую статью, пытаясь выявить мельчайшие ошибки и неточности. Она была настолько увлечена этим занятием, что не заметила Драко. Но он привлек ее внимание, произнеся ее имя так, как будто соскучился, как будто все еще любит, как будто раскаивается. И Гермиона поверила. Она не могла не верить. Вечное желание верить в хороший и счастливый конец сделало свое дело. Несмотря на то что она боялась снова обжечься, он был нужен ей. О, Мерлин, как он был ей нужен. Драко подошел вплотную к Гермионе, прижался своим лбом к ее, провел руками вдоль изгибов тела и ворвался своим языком в ее рот. Он целовал ее неистово и страстно, как будто не мог насытиться. Он хотел ее. Впервые за 5 месяцев. Ему было страшно, потому что она могла оттолкнуть, не принять, не простить. Но ее руки пробрались под его рубашку, лаская слегка накаченный торс, рисуя только ей известные узоры. А он переместился с ее губ на шею, не замечая отказа. Тишину наполнил первый стон Гермионы, который эхом раздался по квартире. Прикосновения становились несдержанней, поцелуи – горячее. И вот ее платье упало в ноги, его рубашка лишилась пуговиц и улетела в неизвестном направлении. А они, не прекращая поцелуев и ласк, переместились в спальню, сразу же падая на кровать. Белье Гермионы давно было потеряно по дороге, да и брюки Драко тоже. Им больше ничего не мешало - и Драко заполнил Гермиону, наслаждаясь ее (далеко не первым за сегодня) стоном и ощущением полного, давно забытого, и почти невозвратно утерянного счастья. За эту ночь он еще не раз услышал ее стоны, а она – его. И лишь за несколько минут до рассвета, когда силы наконец их покинули, Гермиона, как всегда, произнесла до сих пор не понятную, но такую знакомую и родную фразу для Драко: «Ты мой героин». А на утро Гермиона проснулась одна и, не дождавшись его возвращения вечером, уснула, сжимая пахнущую Им и ее слезами подушку. Какой бы оптимисткой она ни была, правды не изменить: он не любит ее. Как же она ошиблась, когда снова поверила. Пора отпустить. Отпустить и уйти самой, чтобы больше не видеть, не знать ничего о нем... И жить. Просто жить. Попытаться.