Универ-работа-босс

«… она лежала на холодном полу, и понимала, что это ее вина. Уже ничего не изменить. Она предала всех! Она предала его! Даже закончить жизнь самоубийством, сейчас будет счастьем для нее. Но она не заслужила такой блаженной смерти. Нужно искупить грехи! Это конец подумала она, поднимаясь с уже полюбившегося пола. Подошла к огромным дверям и открыла их. Солнце ослепляло, но уже было не в силах подарить ей надежду. - Я больше не могу называться себя вашей Королевой. Вам решать, что со мной делать. Мое мнение: королеву нужно публично и позорно казнить.» Я перевернул последний лист и не поверил глазам. Это все, конец. Не может быть! Эта книга не могла закончиться. Ведь я так полюбил ее героев. Я переживал с ними. Да я словно жил с ними. И пусть они выдуманные, я верил им. Радость. Счастье. Унижение. Боль. Страх. Любовь. Вера. Ее потеря. Все эти чувства сейчас переплелись во мне, от чего сердце сжималось, и готово было вырваться из груди. Я взял листы в руки еще раз. Перелистывал их, это сокровище. И этой книге не стать известной? Не позволю! Я должен сделать все, чтобы мир прочел ее. Если надо, я пробью стену непонимания. Сорву путы недоверия. Расколю лед … черт, опять, непонимания. Что-то меня понесло. Я посмотрел на часы – два часа ночи. А ведь я прочел роман за четыре часа. Завтра будет сложный день. Но меня не остановить. Я должен убедить начальника, чтобы он помог мне заставить издательство опубликовать исторический роман «И грянет гром». Да проще простого! Как два пальца об асфальт. Я помылся и лег в постель, но еще долго не мог заснуть, все размышляя о книге и, возможном, продолжении истории… Картина Репина приплыли: со всей дури открываю дверь в офис начальника, не утруждаю себя тем, чтобы закрыть ее, захожу и горланю на весь кабинет: - Максим Петрович, Я прочитал исторический роман «И грянет гром» Кравцова Андрея, я считаю эту работу невероятной. Уверен, она сможет стать бестселлером, и может претендовать на литературные премии. Считаю грехом, со стороны издательства не взяться за публикацию этой работы. Все расчеты я уже сделал. Думаю вам будет интересно посмотреть, – закончил я. И сдулся. Получилось! Пронеслось у меня в голове. Ведь, когда репетировал свою речь, то ни разу не сказал все без запинок. Максим медленно поднимает на меня глаза, снимает очки, и пару секунд, просто, пялится. Он молчит. Я молчу. Кто кого перемолчит. Он проиграл, или, может, не знал, что мы играем: - Артем Алексеевич, попрошу вас больше не врываться, так, в мой кабинет, - марку держит, козел,- и будьте добры: не мешайте другим работать. Закройте за собой дверь. С неохотой закрываю дверь. Оборачиваюсь, вижу, он быстренько приближается ко мне. Надо давать драпу. Нет, я же пообещал себе, что сделаю все возможное! - Да если надо будет, то я ради этой книги, все девять кругов ада пройду, – а я даже и не заметил, что сказал это вслух. - Если я возьмусь за это Арт, то мне придется тоже их пройти. Ты же это понимаешь? - Серьезно сказал начальник, глядя мне прямо в глаза и обнимая так, что его руки лежали у меня на заднице. - Понимаю, - отвечаю я, пытаясь вырваться. Как там говорят: «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Ну, я ж не виноват, что мои руки в два раза меньше, чем его. Поэтому так и стоим: ему - хорошо, мне - херово. - Я соглашусь, при одном условии, – мягко шепчет он мне в ухо. - Согласен. - Он явно этого не ожидал. А мне даже интересно было, увидеть его недоумение. - Тогда твой первый круг ада начнется завтра, а до того времени я прочитаю роман,– сказал он и поцеловал меня в носик. - Озвучьте наказание, - уже не терпеться узнать, что он там придумал, вон какой взгляд коварный и ехидный. - Завтра пятница, - а босс оказывается капитан очевидность, - ты идешь со мной на свидание. В дорогущий ресторан. И мы прекрасно проводим время. Нет, ну как всегда, жопа подкралась незаметно, а она уж если засасывает, то надолго и глубоко. Он приподнял меня, словно я пушинка, теперь я смотрел на него сверху. Красивый зараза. Максим посмотрел мне прямо в глаза и зарылся мне в шею. В этом жесте не было пошлости, только ласка, ЛЮБОВЬ. Нет. Нет. Нет. Как давно? Почему я не заметил: что он по-настоящему любит, что я понемногу влюбляюсь. Он поставил меня на пол. Улыбнулся. - Буду ждать тебя завтра в конце рабочего дня на стоянке. Не опаздывай. Хотя я все равно буду ждать. - Можете идти Артем Алексеевич. Вас ждет работа. А роман, я попрошу вас оставить, - серьезно, и уже совсем не мило, сказал он. Я вернулся на рабочее место и приступил к работе. Но в моей голове не переставала крутиться одна единственная мысль: Кажется, я влип!