Мы с тобой связаны

Внимание! Посмотрите предупреждение в шапке фанфика! Я кое-что изменила. Сильно не пугайтесь :) Целую ночь за окном протяжно выл ветер. В груди Анни все разрывалось от звуков с улицы и слишком медленного биения своего сердца. За стенкой был слышен смех мамы и папы. Они всю ночь смотрели на ноутбуке какой-то сериал, а Анни слушала их размеренные голоса. Раз она даже выходила в туалет, и когда поравнялась с отрытой дверью брата, то быстро проскочила мимо нее. Макс сидел на своей кровати, громко слушал музыку в наушниках и переписывался по мобильнику, скорее всего с Донной. У Анни опять слезы навернулись на глаза, когда она вспомнила про свою щеку. На ней теперь красовался ярко-багровый синяк во всю скулу, а вокруг болезненно пульсировало. Девчонка не спала и по другой причине: она боялась, что Рут могла показать фотографию остальным до Макса. Как она вообще успела их сфотографировать? Как улучила момент? Но тут на Анни нашло осознание. В том туалете кто-то был… Наверное, они не заметили с Найлом из-за процесса, что за ними кто-то подглядывал. А, может, эта была и не Рут, а ее подруга, или друг, в общем – своя личная шестерка. И вот настало утро. Глаза Анни были опухшими, скула вздулась, а щека еще больше почернела. Как же она тогда пойдет на вечеринку вместе с Ребеккой? А, может, вообще не ходить? Нет, тогда Макс отправит ее к гинекологу... Анни решила пойти сейчас к Ребекке, а потом уже от нее вместе идти на пляжную вечеринку. Макс, как раз, наверное, спит, значит, можно быстренько увильнуть из дома. Девчонка умылась, причесала волосы и выпрямила плойкой. Синяк на щеке пришлось замазать тонной тонального крема, и теперь, он смотрелся не так отвратительно. Но у девушки пронесся холодок по спине. А вдруг, Найл увидит? А он так и не ответил на ее сообщение. Но ничего, они встретятся на вечеринке и все обговорят. Анни выскользнула из своей комнаты и спустилась вниз. На кухне вкусно пахло жареными яйцами и живот девушки призывно заурчал, но Анни не собиралась есть дома. Она быстро обула кеды, накинула кофту и вошла в кухню. Около плиты стояла мама. На плече у нее висело полотенце, а губы напевали какую-то песню. - Мам, я ухожу. Мать развернулась, внимательно разглядывая дочку. Белоснежное платье, легкая кофточка, уставшие глаза. Куда же она может пойти в субботнее утро, да и еще встать в такую рань и так одеться? Обычно, Анни спала до обеда в выходные. - Куда собралась? – женщина прищурилась, когда заметила что-то синеющее на щеке дочки. Она подошла ближе, чтобы потрогать щеку Анни, но та увильнула. - Я к Ребекке, - скороговоркой проговорила Анни. – Ночевать, наверное, тоже останусь у нее. Сегодня вечеринка. - Что это у тебя? – не отреагировала мама. - Ничего, - девчонка выбежала из кухни, и, открыв дверь, скрылась за порогом. - Я позвоню! – только успела выкрикнуть женщина, но Анни уже не слышала. Мама Анни горько вздохнула и села на стул.

***

Из домика на берегу призывно громко играла музыка. Эта «лачужка», как называли ее многие, никому не принадлежала. Две девушки шли к ней, разговаривая друг с другом. Одна – темненькая в белом платье по колено и в кедах, а другая совсем черненькая в короткой юбке и корсете. Да, Ребекка постаралась на славу, когда собиралась на вечеринку. Она была сейчас очень красивой, с переливающимися на солнце локонами и звенящими браслетами на руках. А Анни выдавали грустные глаза, а улыбаться она вообще не могла из-за больной щеки. Бекс сначала расспрашивала ее об этом, но потом, поняв, что ничего не добьется, закончила. Зато, она постаралась на славу и лучше замазала этот ужасный синяк. Сейчас его можно было увидеть, только если очень хорошо приглядеться. Они пришли на пляж, а песок начал засыпаться в обувь. Вечер. Молодежь веселилась, пила коктейли в заброшенном домике и отрывалась. Везде царил хаос, крики, смех и веселье. Анни даже немного улыбнулась, когда увидела столько много скопившегося народа в одном месте. - Вон - Гарри, - подмигнула Ребекка, и, указав на кудрявого юношу, рассмеялась. Ее подруга грустно улыбнулась и начала искать глазами Найла. Ребекка тоже начала оглядывать толпу, поглаживая свою талию. Видимо, она, как и Анни, искала Хорана. Но тут его не было. По крайней мере, на улице. - Пойду искать Найла в доме, а ты посмотри пока за своим красавчиком, - проговорила Бекс и подмигнула. Анни тяжело вздохнула, кивнув головой подруге. И когда Бекка ушла, Анни подошла к столику с напитками и взяла себе что-то алкогольное. Ей хотелось забыться, перестать думать о Максе, и наконец, расслабиться. Но она все равно, в каждую секунду думала, что на вечеринку ворвется ее брат, и, сделав из этого концерт, увезет домой. А там расскажет маме, папе, начнутся крики… Девушка до дна выпила напиток и взяла себе еще. Очень уж понравился. Голова немного кружилась, в глазах поплыло, а внутри начало растекаться невероятное тепло. Отчего-то, ее губы расплылись в улыбке, и захотелось танцевать под эту громкую музыку. Но ее мобильник издал писк, и, посмотрев на дисплей, девчонка угасла. Сообщение от Макса. «Ты все-таки ушла? Жди беды». У Анни закружилась голова теперь уже от угрозы брата, а он всегда выполнял обещания. Девчонка, качаясь, пошла в какую-то сторону и присела на диван. Она стала видеть словно через какую-то белую пленку, а ноги перестали двигаться. - Вот она! – над головой девушка услышала чей-то голос, отдаленно напоминающий голос Рут. Анни подняли, повели за собой, а она ничего не понимала, и будто падала куда-то в бездну. Вероятно, в тот напиток, который она пила, был добавлен какой-то наркотик. Ее завели за дом и поставили к стенке. Здесь было тихо, ветрено и совсем не слышно музыки. Через пелену и неожиданное веселье Анни увидела расплывчатый силуэт Рут и какого-то парня, она его не знала, а может, просто не помнила. - Ну, здравствуй, мелкая соска, - со злобной усмешкой проговорила Рут и встала напротив еле стоявшей на ногах Анни. Девчонка отчего-то засмеялась, прикрывая рот рукой. - Что ты смеешься, овца? – гневно спросила Рут, надвигаясь на ничего непонимающую от действия наркотика Анни. – Смешно, что соской назвала? Тут плакать нужно! Анни опять рассмеялась, а Рут, внезапно, врезала семнадцатилетней девчонке прямо в челюсть. Младшая девчонка охнула и повалилась на стену, но Рут ее придержала и еще раз толкнула головой в стену. Голова Анни качнулась, и она больно прикусила свой язык. Все поплыло перед глазами: сухой песок, лицо незнакомого парня, Рут, серые облака и заходящее солнце. - Оу, ты обещала быть мягче для меня, - скривив губы, вскрикнул этот парень. Рут гневно взглянула на него и потом переметнула свой взгляд на избитую и в хлам Анни. - Еще раз ты подойдешь к Найлу, мелкая соска, я тебя собственными руками задушу! – девушка подошла к Анни и пнула ее в живот. Анни согнулась пополам, падая на песок и корчась от боли. Все тело ныло, лицо опухло, а ноги дрожали. Девчушка хотела отползти отсюда, но Рут ударила ее ногой по спине. - Куда собралась? У меня тут для тебя подарок! – девушка кивнула парню, и тот опустился перед Анни. Он погладил ее по опухшим щекам, а потом, взяв ее руку, начал тереть о свою промежность. Бугорок на его штанах рос прямо на глазах. Девчонка попыталась вырвать руку, но ей не удалось. Парень держал крепко, а когда она хотела вырваться, просто ударил ее в живот, чтобы она согнулась, и, не мешая ему, корчилась от боли. Мозг Анни немного просветлел. Она поняла, что с ней хотят сделать и начала вырываться. Рут засмеялась, избивая ее ногами. - Лежи, сучка. Я тебе подарок делаю, а ты вот какая, неблагодарная, - вырывалось из ее губ при смехе. Анни корчилась, умоляла отпустить ее и больше не подходить к Найлу, но Рут была не умолима. Она смеялась ей в лицо, и ее красивое личико казалось Анни самым противным и мерзким. А этот парень уже просунул руку девчонки к себе в трусы, и у нее сжался желудок. Миг – и ее рвота, вместе с наркотическим коктейлем вылилась на сухой песок. Девчонка закашлялась, а парень приговаривал, что она «хорошая девочка». Парень избил ее ногой, а потом присел на грудную клетку. Анни чуть ли не задыхалась, постоянно кашляя и пытаясь вырваться. Рут сторожила, чтобы никто этого не увидел. А в это время незнакомый парень уже стянул с себя трусы и силой затолкнул в рот Анни свой член. Девчонка подавилась, еще больше закашлялась, но он не отпускал ее. Уголки губ порвались, легкие почти не работали, тело болело от избиения. - Тебе же нравится, да? – только посмеялся парень и посмотрел на Рут. Девушка показала большой палец и улыбнулась. Теперь-то, Анни больше никогда не отберет у нее парня. Так ей и надо. Любишь сосать – соси у всех. А потом, когда ее друг закончит, она собиралась рассказать о Найле и Анни всем, кто был на вечеринке. Так же, и подруге этой противной девчонки – Ребекке, которая, как она знала, тоже сохла по блондину. Парень кончил Анни в рот, многое вылилось и залило шею с краем платья. Белоснежное платье стало серым и грязным. Девчонка кашляла, забившись около стены и обхватив свои ноги. - Нравится? – Рут подошла и схватила Анни за волосы. – То-то же. Девчонка и не помнила, как они ушли. У нее болело все – ноги, руки, шея, рот. Она чувствовала себя грязной, никому ненужной. Ее ненавидит брат, теперь и все будут, когда узнают об этом. А родители вообще сойдут с ума. Это она во всем виновата. Она…

***

Сгустились сумерки. За домом слабо была слышна музыка и смех, а Анни лежала в забытье, грязная и все время кашляла. Ей было уже все равно, что с ней сделают. Обольют коньяком, опять изнасилуют или же убьют… Ее глаза были закрыты, и встать она не могла, и тем более думать. Ее рассудок, как будто, находился сейчас совсем в другом месте. - Найл, она здесь! – крикнул чей-то голос. Послышался топот ног – одних, вторых. Анни кто-то взял на руки, но она не могла открыть глаза, только застонать. Чьи-то губы начала ее целовать, щеки, плечи, а слезы этого человека стекали по коже девушке. По запаху и любимым рукам Анни поняла, что это был Найл. - Кто это сделал? Кто? – в истерике кричал он и целовал избитую девушку. - Найл, ей нужно в больницу, - проговорил хриплый голос, наверное, это был Гарри. Девушку подняли на руки и понесли к машине Найла, которую подарили ему его родители. Он заметил сперму, синяки и его сердце, все внутри горело. Он хотел убить каждого, кто сейчас смотрел на них и показывал пальцем. Там была и Ребекка, которая плакала, но не подходила близко. Рут ей все рассказала: про предательство Анни; что она трахалась с Найлом, пока рассказывала ей сказочки о «любви» к Гарри Стайлсу. - Мы все узнаем, Найл, - обеспокоенно произнес Стайлс. – Клади ее в машину. Давай отвезем ее в больницу, а потом уже все остальное. - Я убью каждого, - воскликнул Найл и положил девушку на сидение. Анни попыталась встать, но у нее не получилось. Блондин сел с ней, приговаривая ласковые слова и обещая, что он найдет этих ублюдков, а Анни почти потеряла сознание. В ее голове стучало: «Я сама виновата. Я сама». ___________________________ Вот такая история, детки. Как говорится, «не ходите, дети, в Африку гулять». Мне очень жаль, что я травмирую вас этим концом. Самой он трудно дался, но, наверное, это было правильно? :( Не знаааю Простите Всех люблю и целую Опять я вас расстроила :((