Стать синигами

Утро было пасмурным. Редкость для Общества Душ, но все-же солнце было закрыто темно-фиолетовыми тяжелыми тучами. Кучики был готов к разговору с Ямамото. Ренджи узнал о вызове к главнокомандующему только сейчас, поэтому второпях одевал форму. Завязав лентой непокорные волосы, напоследок Абараи взглянул на свое отражение. Улыбнулся себе в 32 зуба - это очень воодушевляло. Первым к Генрюсаю вошел Бьякуя. - Капитан Кучики, объясните, что произошло вчера в 18 районе северного Руконгая! - Произошло нападения на мирных граждан, - не моргнув, отчеканил Кучики. - Об этом мне известно. Объясните, как погибли пять Ваших офицеров! - Серо. Четыре меноса. Одному лейтенанту не справиться сразу с таким количеством. - Ты думаешь, твоя ложь сейчас уместна? – не на шутку разошелся Ямомото. - Обвинения главы клана Кучики во лжи - вот что не уместно! – в серых глазах Бьякуи загорелся огонек задетой чести. - Погибло пять офицеров, почему лейтенант Абараи Ренджи не использовал в бою свой банкай, чтобы спасти их!? - Лейтенант не обязан обладать банкаем, - не унимался Бьякуя. - Но Абараи Ренджи им обладает. Почему он не использовал его? Кучики снова хотел что-то возразить, но вошел виновник спора: - Простите, - Абараи глубоко поклонился. – Я виноват. По моей вине они погибли. - Абараи Ренджи, ты признаешь, что по собственной глупости не использовал банкай? - Я не мог использовать банкай, - красноволосый знал, что сейчас Генрюсай спросит «почему?». Он лихорадочно придумывал оправдания. - Почему ты не мог? - Я временно не могу управлять банкаем. Моя реяцу сильно уменьшилась в мире живых. - Причина? - Я не знаю. - Ложь! – твердый голос Ямамото сотрясал все внутренности Абарая, сейчас ему хотелось все рассказать этому невероятно сильному человеку. - Я не знаю, – снова проговорил лейтенант, отчеканив каждое слово. - Абараи Ренджи, в связи невозможностью справляться с занимаемой должностью вы временно, отстраняетесь от должности лейтенанта шестого отряда. Вы отстранены до выяснения причин потери силы, или до полного ее восстановления. Кучики Бьякуя, если у Вас есть кандидаты на место лейтенанта, предложите их совету лейтенантов. Разговор закончен. Вы свободны. Ренджи готов был взорваться прямо в кабинете Генрюсая, но вспомнив про погибших подчиненных, сник. - Было приятно служить под Вашим началом, капитан Кучики. Но Бьякуя молчал. Лишь с грустью взглянул на своего бывшего лейтенанта. Именно на этот день была назначена вечеринка в честь возвращения Ренджи в Общество Душ. Мацумото уже отпросилась у капитана, чтобы пойти за новыми нарядами. Имами же ни у кого не отпрашивалась, просто самовольно ушла. Абараи решил не рассказывать пока о своем увольнении, чтобы не портить всем настроение на попойке. Подготовка шла полным ходом. Мадараме Икакку было поручено запастись спиртным. На плечах Юмичики был выбор места и организация застолья. Шухей и Кира заготавливали мясо для шашлыка. Мацумото в охапку с десятком новых нарядов, неслась к себе. « Они все такие замечательные, не знаю, что и выбрать… Айясегава сказал, что встречаемся у озера Аси. Там прекрасный вид на закат. Юмичика всегда стремится к прекрасному. Эх, капитан в гневе куда хуже, чем придти раньше времени на вечеринку. А значит, я лучше приду раньше, чем встречусь с ним». Обогнув опасную зону барака капитана, Мацумото поспешила за Имами. Через пару часов все приготовления были завершены. Собравшиеся вовсю развлекались. Разбившись на группки, кто-то загорал в траве, немного переборщив с сакэ, кто-то обсуждал насущные дела Общества Душ. Имами стояла на берегу озера и наблюдала, как солнце погружается в сияющую гладь воды. Слегка пьяные Иккаку и Шухей дурачились, пытаясь, повалить друг друга. Рангику заливисто смеялась над ними. - Лейтенант Мацумото, - с улыбкой на лице сказал Шухей. – А чего это Вы над нами смеетесь, мм? – Хисаги немного ослабил бдительность и был отправлен пинком Мадараме прямо в воду. Девушки засмеялись еще громче. Рангику отправилась вслед за Хисаги (он стянул ее за край кимоно), Имами стала следующей (Шухей стянул ее в воду за ногу). Глаза девушки, летящей в озеро, округлились. Погружаясь в воду, она попыталась сделать вдох, но было поздно и вместо воздуха ее легкие наполнились жидкостью. - Я не умею…плавать, - кое-как закончила фразу Имами, продолжая бултыхать ногами и руками, отчего еще дальше уплывала на средину водоема. - Хисаги! Она не умеет плавать! - Рангику первой поняла, что дурачество может обернуться трагедией. Тот бросился за ней. Имами уже не сопротивлялась воде. Открытые глаза выражали страх и обреченность. Шухей доплыл до Куросаки и ухватил ее за талию одной рукой. Второй рукой он пытался грести к берегу, но вдруг Имами закрыла глаза и начала биться в судороге. Лейтенант девятого отряда пытался плыть с ней к берегу, но девушка тащила его с невероятной силой на дно. Он отпустил утопающую, но продолжал погружаться вместе с ней. Осмотревшись, Хисаги увидел, что Имами держалась за его занпакто и тянула вниз. Имами захватила паника: «Шухей? Он спасет меня. НЕТ! Я умру. Я захлебнусь. Нужно схватиться за что-нибудь, и он вытащит меня, - но вдруг в глазах померкло. Она по-прежнему задыхалась, но уже не была под водой. - Что…происходит?» Казешини провел лезвием своей косы по внутренней стороне бедер девушки, оставив алую полоску крови. - Наконец-то можно развлечься, - захохотал он. - Так давно уже хозяин не позволял мне трогать баб. Сам-то, небось, развлекается со своей рыженькой сучкой. Черные ладони обхватили девушку, прикованную с помощью цепей Казешини, за шею и начали душить: - Хочу посмотреть, как ты корчишься в своей агонии. Имами не чувствовала боли от сдавливания шеи, она просто задыхалась, а занпакто громко смеялся. Он сдернул с девушки кимоно, продолжая одной рукой душить. Кроваво-красное небо в сумме со сгорбленной почвой делали этот мир похожим на Ад: - Как тебе мой мирок? Уютненько? – слегка ослабив хватку, спросил вдруг он. Имами с жадностью хватала воздух: - Ужасен, – с трудом вымолвила она. Казешини ударил ее по лицу: -Заткнись лучше, дура! Без разрушения, нет созидания. Поняла?! Это только один из возможных здесь пейзажей, - взгляд Казешини остановился на обнаженной груди девушки. – Хреново, что у нас мало времени. Я бы еще поиграл с тобой…- сказав это, он вцепился губами в одну из грудей, больно укусив нежную, чувствительную кожу. Имами не выдержала и разразилась криком. - Т-с-с, - прошептал занпакто и заткнул ей рот своим языком. Язык был длинный и очень подвижный, словно змея. Сопротивляться было бесполезно. Казешини настолько сильно впился в Имами, что та снова начала задыхаться. Вдруг девушка почувствовала слабую тянущую боль. Что-то вошло внутрь. Пальцы… длинные, ничуть не уступающие в юркости языку. Пробравшись в самый сокровенный уголок тела девушки, Казешини ликующе улыбался. Теперь он не хотел её страданий и боли. Теперь он хотел, чтобы ненавидя и презирая его, Имами закричала, но на этот раз от экстаза. Наконец-то он выпустил её губы из своих. Девушка начала вдыхать живительный воздух, от чего пышные груди начали вздыматься то вверх, то вниз. Казешини не мог наблюдать за этим, и не получать от этого кайф. Убрав снизу свою руку, он заключил Имами в, смертельные для любого человека, объятья. Теперь уже, что-то большее, чем пальцы, проникло в неё. Она словно проваливалась куда-то от нехватки воздуха и от медленных и глубоких толчков Казешини. Он блаженно улыбался. Заметив, что девушка вот-вот вновь потеряет сознание, демон выпустил её из рук. В мгновение он распутал цепи своего оружия, которые оставили кровавые следы на теле Имами. И снова обнял девушку, ведь без его поддержки она непременно рухнула бы наземь. Зная это, она обвила руки вокруг его шеи, положив ослабленную голову на плечо Казешини. - Зачем? – шептала она. – Почему я? - Дура. Это урок, – не останавливаясь ни на секунду, проговорил занпакто. - Если это урок, то я не поняла его, - тяжело дыша, ответила девушка. Наконец он почувствовал, что и Имами отвечает на движения внутри нее. Она сама прижалась к нему, горя от возбуждения. - Ну, наконец-то, - хохотнул он и начал ускорять темп. Девушка ходила, будто по лезвию: « Если он сделает еще хоть одно движение... Сделал. Терплю…» «Я читаю твои мысли…» - теперь и Казешини говорил, будто ему не хватает воздуха – Не сдерживай себя! - заорал он. Имами укусила черную мочку уха, впилась ногтями в черную спину демона. Сделала глубокий вдох, прозвучал немного сдавленный стон. Теплота разлилась внутри. Тысячи солнц плясали перед её глазами. « Удушье…» - сказал напоследок Казешини и беспощадно вытолкнул девушку из своего мира.