Невесты полоза

«И ко мне приходит пустота, И я иду за ней…» Вельвет, «Прости» Закаты в Уилтшире всегда казались чем-то необычным. На тусклом небе появлялись пурпурные отблески лучей, окрашивая бесконечные равнины высохшего вереска в пестрые цвета. В это время, когда солнце медленно плыло за горизонт, унылые пейзажи этой местности преображались, становились удивительно яркими и живыми. Глядя на то, как вдалеке плавится солнечный диск, на душе почему-то становилось спокойней, словно за плечами не было ни войны, ни страданий, ни смертей. Наверное, именно по этой причине редкие, но желаемые вечера, проведенные наедине с закатом, не давали окончательно сойти с ума. Каждому человеку, каким бы жестоким, бесстрастным и волевым он ни был, нужно хотя бы на какое-то время уходить от всего, что его окружает, чтобы вдохнуть полной грудью и задержать бешеный ритм жизни, а потом с новыми силами возвращаться к привычной жизни. Это придает сил идти до конца, ни перед чем не останавливаться и не ломаться под грузом жизненных проблем. Но в то же время отвлечься от действительности, закрыть глаза, успокоиться, унять дрожь в теле и забыть обо всех переживаниях казалось чем-то неимоверно сложным. Она привыкла справляться с этими проблемами, привыкла оставаться сильной и хладнокровной, но мало кто мог представить, как непросто ей было держать себя в руках. Однако свидетели ее неадекватного поведения догадывались о причинах срывов, отчего ближайшее окружение сделало вывод: она – сумасшедшая. Хотя, возможно, это было к лучшему. Она не любила находиться среди других Пожирателей Смерти, предпочитая одиночество шумным компаниям, а некоторые задания и вовсе выполняла в одиночку, если бы не приказы Темного Лорда действовать сообща. Сквозь узкое стрельчатое окно с резной ставней можно было увидеть кусок неба, по которому расплывались пурпурные, фиолетовые и желтые краски; высокие кипарисы, верхушки которых были почти вровень с третьим этажом, а за ними – бескрайние просторы. До тошноты привычный пейзаж почему-то приковывал к себе взгляд, заставляя ведьму бессмысленно всматриваться в размытую даль. Наверное, Беллатрикс Лестрейндж хотелось просто успокоиться. В последнее время случилось столько событий, что оставаться равнодушной просто не получалось. Ведьма представляла, что все будет совсем по-другому, что Темный Лорд хоть как-то оценит все ее старания. Но ничего, кроме холодного одобрения, она так и не получила. Конечно, Белла не должна была требовать внимания, ожидать чего-то взамен за свои заслуги, но она, как и любая другая женщина, втайне надеялась на что-то необычное. Это было глупо и неправильно с ее стороны, но зачастую Беллатрикс просто не удавалось справиться с собственными переживаниями, пусть они никогда не выставляла их напоказ. Она помнила девчонку Уизли еще со знаменательной стычки в Министерстве Магии, когда та помогала Поттеру сражаться с Пожирателями Смерти. Беллатрикс не обратила на нее внимания – тогда ее интересовали совершенно другие вещи, однако какое-то впечатление от мимолетной встречи с Джиневрой Уизли у ведьмы все же осталось. Как будто бы та была Белле чем-то знакома. Что-то похожее ведьма заметила и тогда, когда увидела Джинни на поляне – это была не сила притяжения, не злость и даже не ненависть, а просто ощущение, что с девочкой связано нечто необычное. Хотя, конечно же, это могло быть всего лишь игрой измученного подсознания. Возможно, Беллатрикс и не стала бы пытаться постичь сути этих ощущений, если бы не неоднозначное поведение Волдеморта, увидевшего пленницу. Поначалу ей показалось, что волшебник просто-напросто доволен работой Беллы, но когда приказал выделить Уизли отдельную комнату, приставить к ней эльфа, а саму Беллатрикс каждые несколько часов проверять, все ли в порядке, в женщину закрались странные подозрения. Она не знала, почему Темный Лорд оказал этой предательнице крови такие почести, но точно понимала одно: девчонка более важна, чем Пожирательница Смерти может себе представить. Большие часы над камином пробили девять вечера, и женщина невольно вздрогнула от резкого звука. Не то, чтобы она испугалась, нет, Белла была не из пугливых, но при этом любой громкий звук вызывал в ней нервную дрожь и желание убедиться, что рядом нет недоброжелателей. Возможно, это было привычкой всегда быть начеку после стольких лет войны, а, быть может, просто последствием заточения в Азкабане, где любой звук вызывал приступ панического страха. Беллатрикс обвела глазами помещение, – большой круглый зал с высоким потолком и стенами, до самого верха заставленными книжными шкафами. Сама Белла стояла возле единственного окна, и с какой-то странной тревогой рассматривала комнату – в это время Темный Лорд должен был появиться в библиотеке. За много лет она успела хорошо выучить его привычки и пристрастия, несмотря на всю его непредсказуемость. Она знала, что ее Лорд любил проводить вечера среди книг, уединившись от всего окружения и углубившись в изучение очередного старинного манускрипта. Порой он даже позволял Белле находиться рядом – просто сидеть в соседнем кресле или на полу у его ног. Такие моменты были для Беллатрикс едва ли не самыми счастливыми в ее жизни, ради них она и стала той, кем она теперь является. И когда ей нужно было срочно найти своего Господина, она могла запросто пойти в библиотеку Малфой-Менора и застать его за чтением. Обычно Темный Лорд в это время уже находился в библиотеке, однако его могли задержать неотложные дела или встречи. Но сегодня, когда, казалось бы, ничего непредвиденного не произошло, Лорд до сих пор отсутствовал. Белла была уверена, что встретит Волдеморта в библиотеке и сможет хоть как-нибудь прояснить для себя все, что происходит. Вот только стрелки на часах показывали больше девяти часов вечера, а Темного Лорда все еще не было. С каждым тиканьем тревога Беллы становилась сильнее, а на душе появлялся тяжелый груз, притупляющий все остальные чувства. Казалось, что вот-вот произойдет что-то ужасное, и если она, Беллатрикс, не воспрепятствует этому, то уже ничего нельзя будет изменить. Ее никогда не подводила интуиция, вот только чаще всего Белла слишком поздно вспоминала о своих предчувствиях. Она прислонилась спиной к углу оконной рамы и прикрыла глаза. А когда снова подняла веки, увидела, что солнце уже почти скрылось за горизонтом, наполнив зал легким полумраком летних сумерек. Среди теней Беллатрикс уловила движение и расслышала негромкие шаги по паркету. – Милорд? – как оказалось, ее голос дрожал и звучал совсем не так твердо, как ей хотелось бы. Тишину разбавляло только тиканье часов, пока не зазвучал знакомый негромкий голос. – Да, это я, Белла, – всего на миг ей показалось, что он звучит несколько устало. Но как только во всем помещении зажегся яркий свет, она увидела знакомое бесстрастное выражение лица, холодные темно-серые глаза и плотно сжатые тонкие губы своего господина. Всего несколько мгновений он смотрел на нее, после чего отвернулся и неспешно направился к небольшому кожаному дивану у камина. Огонь в очаге не пылал, но этого и не требовалось – дневная жара сказалась на атмосфере в доме, и единственное, чего сейчас хотелось – это впускать через приоткрытое окно легкую вечернюю прохладу. Темный Лорд словно напрочь позабыл о присутствии Беллатрикс. Но женщина уже давно привыкла к его равнодушию, резким переменам настроения и тому, что порой он полностью ее игнорировал. И при этом сейчас Беллу все равно пробрала дрожь, а в груди что-то больно кольнуло. Некоторое время она неподвижно стояла на месте, глядя на своего Лорда, безмолвно сидящего на диване. Его голова была опущена, глаза закрыты, однако он не выглядел ни задумчивым, ни сосредоточенным. Сейчас он казался просто измученным человеком, а не устрашающим Темным Лордом. Беллатрикс не знала, что с ним происходит на самом деле, но уже давно заметила, что при ней он порой сбрасывал все маски и хоть недолго бывал самим собой. Наверное, сейчас был идеальный момент, чтобы хоть как-то развеять подозрения и плохие предчувствия. Белла сделала несколько шагов к Лорду и несмело протянула руку, коснувшись его плеча. Он слегка напрягся, но не сбросил ее ладонь и не отодвинулся. Это придало уверенности, и Белла несильно сжала пальцами ткань его мантии и наклонилась чуть ниже, чувствуя, что сердцебиение становится сильнее. Во рту пересохло, голова пошла кругом, а тело налилось странным пьянящим чувством – как всегда, когда Волдеморт был слишком близко. Обычно в такие моменты Белла пыталась найти в себе хотя бы каплю разума, но его с каждой секундой становилось все меньше, и оставалось только странное, жгучее чувство и невыносимое желание быть рядом с ним. – Милорд? – прошептала она ему на ухо, словно спрашивая, можно ли сейчас побыть с ним рядом. Он ничего не ответил, и Беллатрикс сочла это за разрешение. Она провела кончиками пальцев по его щеке, дотронулась до уха, задержала прикосновение на коротких волосах. Он глубоко вдохнул, словно пытаясь расслабиться, и это вызвало у Беллы довольную улыбку – кажется, Лорду было приятна ее близость, а что могло быть лучше этого? – Может быть, я смогу вам чем-то помочь, Милорд? – прошептала она, наклонившись к нему и едва касаясь губами уха. Некоторое время он по-прежнему казался отстраненным, но уже через несколько секунд открыл глаза и, глядя в пустоту, произнес: – А почему ты думаешь, что мне нужна помощь? В его голосе не было ни угрозы, ни злости, только едва различимая усталость и равнодушие. Это придало Беллатрикс решительности – в таком состоянии он вряд ли бы стал применять к ней Пыточное проклятье. – Я просто вижу, что что-то происходит, – прошептала Белла, стараясь быть как можно более спокойной. – Случилось что-то важно, так ведь, Милорд? Это связанно с Уизли? Беллатрикс сама удивлялась, как у нее хватило смелости задать Темному Лорду вопрос, да еще и скрыв тревогу. Конечно, она могла позволить себе намного больше, чем другие Пожиратели Смерти, ведь она была одной из самых близкой соратницей Волдеморта, поэтому он и доверял ей больше, нежели другим. Но имела ли она право на такие вольности? Однако Белла не могла не попытаться выяснить, что происходит. Тем более, если дело касалось ее Повелителя, который ни с того, ни с сего стал уделять столько внимания этой рыжей девчонке… Волдеморт некоторое время оставался неподвижным, и Беллатрикс уже было подумала, что он будет все так же молчать, но волшебник вдруг медленно повернул голову в ее сторону. Женщина мгновенно выпрямилась и замерла под внимательным взглядом серых глаз. – Тебе до этого есть дело? – равнодушно поинтересовался Волдеморт, но в его взгляде его читалось предостережение. Беллатрикс напряглась, глядя на своего повелителя расширенными глазами и уже жалея о том, что вообще завела этот разговор. Ну, зачем, зачем она пошла на поводу у любопытства и ревности? – Я просто… переживала за вас, Милорд, – прошептала она, уже не в силах сдерживать дрожь в голосе. Ее руки тряслись, спину окатило холодом, таким необычным в этой жаре, а дыхание заметно участилось. Она убрала руки с плеч Темного Лорда и сжала их в кулаки, до боли вонзив острые ногти в кожу ладоней. – Просто… я… вы знаете, Милорд… хочу, чтобы все было хорошо, и… – лепетала Белла, смутно осознавая, что происходит вокруг. Сейчас для нее существовали только Темный Лорд, его взгляд и желание, чтобы начатый ею разговор закончился. К ее удивлению, Волдеморт легко усмехнулся. – Тебя интересует Уизли? – сказал он. Вопрос прозвучало почему-то так буднично, так спокойно, что в душу Беллатрикс закрались новые подозрения. Но она все же смогла несмело кивнуть. – Простите, Милорд, – прошептала Белла. – Просто мне хотелось выяснить, будут ли еще какие-нибудь приказания по поводу нее? Она сказала первое, что пришло в голову, спонтанно, но тут же поняла, что ей удалось выкрутиться и, возможно, скрыть от Темного Лорда свои настоящие ощущения. Ведь девочка все еще была под ее ответственностью, и она должна была знать, что можно делать, а что нельзя… Волдеморт улыбнуться шире и прищурил глаза, словно пытаясь что-то увидеть в мыслях Беллатрикс. И ведь мог, стоило ему применить леггилименцию. Ведьма подчас жалела, что, даже выстроив ментальный блок, не сможет противостоять силе Лорда, который ломал барьеры за считанные доли секунд, особенно, такие слабые, как у нее. – Ты уверена, что хотела спросить именно это? – произнес он. У Беллы опять перехватило дыхание, а Волдеморт отвернулся от нее, продолжая улыбаться пустоте. – Почему для вас так важна эта девчонка? – набрав полные легкие воздуха, выпалила она. – Почему вы так отнеслись к ее появлению? Что происходит? Белла замолчала, ожидая от Темного Лорда хотя бы какой-то реакции. Но он, к ее удивлению, не нервничал и не гневался, оставаясь таким же спокойным. И почему она, будучи самой приближенной к нему, не могла отгадать его реакцию на ту или иную ситуацию? В следующий миг Волдеморт рассмеялся. – О, Белла, ты себе даже не можешь представить, насколько она важна!.. – произнес он. – Я бы даже сказал, слишком важна. Так что ты должна знать, что с девочкой не должно ничего случиться. Последняя фраза прозвучала слишком двусмысленно. Темный Лорд запретил Беллатрикс причинять любой вред Уизли, вот только почему? Разве когда-нибудь он интересовался состоянием своих пленников? Он всегда приказывал Пожирателям Смерти применять к ним Пыточные проклятия, а сейчас… – Думаю, что подробности тебя интересовать не должны, не так ли, Белла? – произнес он и снова внимательно посмотрел на женщину. Та лишь сдержанно кивнула, понимая, что этот разговор вызвал в ней еще больше вопросов, чем их было с самого начала. Беллатрикс опустила голову и сделала несколько шагов, обходя диван. Она уже плохо понимала, чего хочет больше – быть рядом с ним или уйти подальше, чтобы немного поразмыслить и разобраться в собственных чувствах. Слова Темного Лорда заставили ее сделать выбор. – Я все же очень надеюсь на твое благоразумие, Белла, – серьезно сказал он. – Мне бы очень не хотелось наказывать тебя за необдуманные поступки. Беллатрикс почувствовала на себе его внимательный взгляд и остановилась, как вкопанная, больше не в силах пошевелиться. – Я учту это, Милорд, – прошептала Беллатрикс, сжимая кулаки от бессильного разочарования. – Вы можете положиться на меня… Как же ей не хотелось давать обещаний, которые она могла и не сдержать. Но могла ли она не согласиться с ее господином? Эта мысль показалась слишком парадоксальной, и, видимо, отразилась на лице Пожирательницы Смерти. Она почувствовала на себе внимательный взгляд Темного Лорда и поежилась, не зная, какой реакции ожидать от него в следующий миг. Но он всего лишь протянул к ней руку и дотронулся до ее ладони. По телу Беллатрикс тут же прошел разряд, голова пошла кругом, сердце забилось чаще. Она слегка сжала пальцы, чтобы почувствовать прохладную кожу рук Волдеморта. Женщина снова опустила взгляд, боясь встретить в его глазах что-то новое и непонятное. Но Темный Лорд только притянул ее к себе и властно обхватил за талию. Белла, стараясь не выказывать своего волнения, подвинулась навстречу Волдеморту. Он сильнее сжал ее руку, и тело женщины тут же отреагировало на прикосновение мелкой дрожью. Это ощущение было таким желанным, но при этом таким мимолетным, что казалось, будто в любой миг Белла очнется от прекрасного сна. Не в состоянии держаться на ногах, Беллатрикс рухнула на колени, больше не в силах отвечать за свои поступки и мысли. Она знала, что с Темным Лордом всегда нужно быть начеку, но, видимо, все же, не зря люди считали ее безумной. Холодные пальцы Волдеморта прошлись по коже ее руки, всего на несколько секунд задержавшись на предплечье, в том месте, где была Черная Метка, принялись медленно стягивать мантию. А Беллатрикс замерла, не решалась пошевелиться, чтобы не развеять трепет этих секунд. Темный Лорд убрал руку с талии женщины, прикоснулся к ее лицу кончиками пальцев, смахнул со лба несколько непослушных локонов и усмехнулся. Это была его привычная холодная полуулыбка, однако сейчас Белле казалось, что она предназначена только для нее одной. После стольких переживаний и ожиданий, волшебнице нужны были эти прикосновения, чтобы снова, что она все еще желанна. Беллатрикс ощутила на щеке обжигающее дыхание Лорда, смогла расслабиться и теперь реагировала на его каждое движение. Она усмехнулась, чувствуя мимолетное прикосновение его губ к уголку рта – это нельзя было назвать даже поцелуем, но в то же время по телу ведьмы прокатилась волна дрожи. «Возможно, я совершенно зря переживаю из-за этой девчонки, – вдруг пронеслось в голове Беллатрикс. – Она всего лишь приманка для Ордена Феникса, и не более того. Очень скоро он от нее избавится…» От этой мысли Белле стало спокойно, действительно – с чего бы это она сегодня целый день забивала себе голову глупыми домыслами, если ничего страшного не произошло? Напротив, это ведь Беллатрикс захватила девчонку в плен, значит, сейчас Пожирательница Смерти могла рассчитывать хотя бы на признательность со стороны Темного Лорда, а неприязнь Беллы объясняется лишь тем и только тем, что Уизли предательница крови. И в тот же миг Беллатрикс ощутила, как сильная рука Темного Лорда уперлась ей в плечо, грубо отталкивая женщину. Белла, не удержав равновесия, осела на пол, едва сдерживая стон разочарования. Она несмело подняла глаза на своего господина и увидела, что он смотрит на нее с нескрываемым гневом. – Убирайся, – прошипел он, сжимая кулаки, тем самым пытаясь вернуть себе самообладание. Беллатрикс была даже не в состоянии пошевелиться и только с ужасом смотрела на пылающие яростью глаза Волдеморта. Казалось, что в любую секунду он применит к ней Пыточное проклятье. – Милорд, простите, но… я… Видя, что в глазах Темного Лорда на мгновение вспыхнули багровые искры, Беллатрикс осеклась и попыталась встать. Но ее тело было охвачено такой дрожью, что руки и ноги не желали слушаться, а перед глазами все плыло, словно она только-только сошла с карусели. Все было так неожиданно и так невыносимо больно… Она схватилась рукой за кресло, и, путаясь в полах мантии, медленно поднялась на ноги. Непослушные пряди волос прикрывали глаза, и Белла дрожащими руками откинула их назад, однако поднять взгляд на Лорда так и не посмела. Хотелось обернуться, подойти к нему и убедиться, что его вспышка гнева была всего лишь игрой ее разыгравшегося воображения, но эти надежды были уж слишком хрупкими. Белла ни капли не боялась пыток, нет, ее страшило совершенно другое – если Темный Лорд отвернется от нее, если прикажет уйти навсегда, она этого просто не переживет. Волдеморт прекрасно знал об этом и в любой момент мог воспользоваться ее уязвимым местом. Конечно, что бы он ни сделал, считалось правильным, и Белла не смогла бы не согласиться ни с одним его решением, но стать ненужной Темному Лорду могло означать для Беллатрикс только одно – смерть. А умирать ей совершенно не хотелось. – Ты не слышала меня, Белла? – прошипел Волдеморт, а этот его тихий голос, так похожий на змеиное шипение, мог означать только крайнюю степень гнева. – Я приказал тебе убраться вон. Белла вздрогнула, приходя в себя, и покорно кивнула, не в силах перечить своему повелителю. Она медленно направилась к двери, больше всего на свете желая, чтобы Милорд перестал на нее гневаться. Когда женщина оказалась в темном пустом коридоре, она прислонилась спиной к двери, не в силах идти дальше, и только слушала удары бешено стучащего сердца. Беллатрикс не знала, сколько ей потребовалось времени, чтобы успокоить себя, остановить рвущиеся наружу всхлипы, но в какой-то момент ее разочарование сменилось волной злости. В памяти снова вплыл образ девчонки с рыжими волосами, то, как Темный Лорд странно отнесся к ее появлению. Ведь он оттолкнул Беллатрикс именно в тот момент, когда она вспомнила об Уизли! Ни для кого не было секретом, что Волдеморт прекрасно владел леггилименцией и мог спокойно увидеть то, что творилось в голове Пожирательницы Смерти. Получается, что Уизли, как Беллатрикс и думала, действительно как-то связана с Темным Лордом или его планами. Но, Мерлин ее подери, как? Почему из-за одной мыли Беллы о пленнице, Темный Лорд вдруг так разозлился? А ведь прежде он никогда не пренебрегал ее обществом, ни разу вот так просто не выгонял! От этой мысли запершило в горле, но Беллатрикс с силой сжала зубы, дабы не проявлять слабость, и шумно втянула носом воздух. – Я еще узнаю, почему ты такая особенная, Уизли, – едва слышно прошептала Беллатрикс. – А когда ему надоест с тобой возиться, ты поймешь, на что способна Беллатрикс Лестрейндж. В воображении промелькнули картины, как эта малолетка корчится от боли, и Пожирательница Смерти довольно усмехнулась. Пусть сейчас все казалось непонятным и запутанным, но, в любом случае, когда-нибудь судьба улыбнется и ей – ведь не может же Уизли быть полезна ее Повелителю всегда. И пусть он был скрытным и редко делился своими соображениями с кем-либо, Беллатрикс сочла своим долгом разгадать загадку. Сейчас ей придется послушно исполнять приказ своего Лорда – следить за каждым шагом девчонки, что будет ей очень на руку. Возможно, что-то в поведении Уизли даст Беллатрикс понять, что происходит, и тогда… Тогда она будет знать, что делать и как реагировать на равнодушие Темного Лорда и присутствие девчонки. С этими мыслями Беллатрикс сжала в кармане мантии волшебную палочку и скрылась в темноте коридора.