Кот для Капитана

В блеске голубого океана медленно тонуло алое зарево солнца. Яркие блики лучей отражались на ровной глади воды, ложась переливами золотых мазков на голубой цвет поистине великолепной стихии. Камушек, брошенный в воду, и расходящиеся от него круги. Дрейк сидел на песке, тяжело дыша и чувствуя, как по его одежде ручьями стекает соленая вода. Его тело было напряжено до предела в последние несколько часов, и отвыкнуть от этого ощущения было сложно. Он схватил с желтого песка еще один продолговатый камень и запустил его в воду, смотря, как за горизонт уходит золотой диск дневного светила. Питер вышел из воды почти последним, ступая на негнущихся ногах по чуть мокрому песку, оставляя неровные на нем отметины. Он сплюнул наземь и вытер рот тыльной стороной ладони. Юноша успел выжать рукава своей рубашки, прежде чем понял, как смотрит на него Лоуренс. — Что? – спросил Питер его, делая невинные глазки. «Хотя бы не раздевайся», — читалось во взгляде капитана. Вслед за Питером показался Бэсфорд с Викторией. Девушка еле передвигала ногами, обхватив парня за шею одной рукой, так что Бэс не выдержал, с легкостью подняв худенькую Викторию на руки. Дрейк мысленно похлопал его выдержке и тому, что парень, даже спустя столько часов, показавшихся вечностью, пока они плыли, смог сделать что-то. А не просто упал на песок безжизненной массой мышц. Но не только у Бэсфорда остались силы, Питер тоже смог дойти дальше остальных – юноша рухнул на свою пятую точку рядом с Лоуренсом, проговорив: — И откуда взялся тут этот остров… — Его нет на карте, — тут же отозвался Дрейк, хмурясь. — Это же должно радовать. Так? – нахмурился Питер, чувствуя определенные нотки беспокойства в голосе капитана. — Это означает, что тут, Питер, может быть что угодно, — повернувшись лицом к юноше, сказал мужчина. – И кто угодно. Питер присвистнул, пересчитывая всех, кто выбрался из океана: после того как вся команда оказалась в воде, с самого начала негостеприимный корабль погрузился в воду за считанные минуты. Такая быстрота пугала, а воронка, образовавшаяся рядом с судом, и вовсе успела всех перепугать… Благо Дрейк заставил всех раньше времени отплыть на приличное расстояние. Потом последовали часы выматывающего плавания по океану… Держаться на плаву корсарам помогали куски дерева, что их капитан благоразумно заставил обрубить заранее и кинуть в воду, но напряжение и палящее солнце сделали свое дело – все безумно устали. И когда на горизонте кто-то разглядел сушу… У пиратов появилось второе дыхание. Сейчас же пираты выдохлись, безвольными тушками лежа на мокром песке вдоль линии берега. Когда силы хоть немного восстановились, люди Лоуренса Дрейка занялись обустройством ночлега: Уилл нашел отличное место, где можно было остаться на пару деньков, не переживая из-за возможного дождя, а Джек с Билом занялись разведением огня. Почти все парни разделись до брюк, чтобы высушить одежду. Из тех, кто остался верен своей мокрой рубашке, остались разве что Виктория, жавшаяся к Касьяну почти все время после того, как ступила на остров, да Бэсфорд с Питером. Капитан — под обомлевшим от великолепия взглядом юного демона — снял с себя липкую и холодную от воды одежду. — Перестань прятаться за других, Викто… Виктор, — вовремя исправил себя Лоуренс, подзывая девушку к огню. – Так заболеть недолго. Блондинка последовала просьбе мужчины, но выглядела при этом так, словно бы кто пытался ее съесть или того хуже… Касьян проследил за этим недовольным бесцветным взором, но ничего не сказал. Пока что… — Как вообще так случилось, что мы напоролись на рифы? – поинтересовался Питер, потирая собственные поникшие плечи руками. Губы его посинели, но одежда уже высохла, потому что солнце было в самом своем зените и палило нещадно всех детей земли, что попадались ей под руку. — Так капитана не было на борту пару дней… А тот план, что он нам дал, был извилистым… Ну и решено было, что следует сократить путь, — сдал себя с потрохами Джордж. От незамедлительной смерти невысокого шатена спас истеричный смешок Питера. Почти все тут же подхватили его заразительное «хаха», и напряжение, что появилось у Лоуренса из-за злобы к глупости своих же пиратов, спало. Когда раны были залатаны, а люди уже не тряслись от холода океанской воды, Дрейк опасливо перевел свой взгляд на корсаров, что сидели вокруг во всю разгорающегося костра. Все выбрались из передряги, и Лоуренс смог вздохнуть спокойно. Все вокруг смеялись, говорили, расслабившись после тяжелых часов в воде, но Дрейк быстро вернул всех на землю, четко расставив обязанности по ведению быта. Нужно было полностью сделать так, чтобы пребывание на острове стало для пиратов максимально удобным. Только когда Лоуренс уловил, что давно ничего не говорил Питер… Мужчина понял, что мальчишка куда-то улизнул. Дрейк сначала замешкался, не зная, как поступить, а потом увидел следы, ведущие прямиком под размашистые зеленые ветви деревьев, в самую глубь острова, и пошел следом за Питером. Никто в первые пару часов и не заметил отсутствия самого главного человека на корабле пиратов. Возможно, потому что корабля не было поблизости и в помине… Пройдя внутрь лесных массивов острова, Дрейк не ожидал, что в первые же пятнадцать минут он наткнется на небольшой водопад с каменным озером. С высоты в пару метров в небольшой котлован лилась кристально чистая, но ледяная вода. Но куда важнее – она оказалась питьевой. Можно было вернуться обратно и позвать кого из парней… Вот только стоило капитану приглядеться, как он увидел медленно плывущего в сладкой бирюзе хрупкого юношу восемнадцати лет. Когда мальчик подплыл к водопаду, подставляя лицо струям чистой воды, Дрейк не без желания узнал в нем Питера… Если бы Дрейк не знал этого темноволосого юношу, он посчитал бы, что увидел перед собой какое-то мифическое создание. Нимфа? Русал? Питер казался таким эфемерным, нежным, хрупким: выпирающие лопатки на спине, острые линии плеч и бледная кожа там, где она была скрыта от лучей солнца одеждой. Волосы, прилипшие к его телу, сейчас были совсем черными, и юноша стоял прямо на каменьях, направив лицо под струи холодной воды. Он с удовольствием наполнял свой пленительный рот живительной влагой, закрыв глаза, и наслаждался тем несильным потоком водопада, что падал вниз. Дрейк невольно засмотрелся, завороженный увиденной картиной. И Питер, наверное, еще долго ластился, но он почувствовал на себе чей-то взгляд и обернулся, удивленно встретившись взором с капитаном. Лоуренс не смог удержать улыбки, когда заметил, как настоящий сущий дьяволенок покраснел, тут же нырнув под воду. Капитан решил не уходить, прислонившись к стволу дерева, и сложил руки на груди. Он ждал, пока Питер вылезет из воды… Кареглазый юноша не торопился. Он поплавал возле края, сверкая темной макушкой и задумчивым взглядом, и лишь когда понял, что капитан не собирается уходить, тяжело выдохнув, аккуратно выбрался на берег. — Так непривычно видеть стеснительного Питера, — усмехнулся капитан, игриво приподнимая одну бровь. Юноша присел на край камня спиной к мужчине и лишь фыркнул на это заявление, натягивая на свои ноги брюки с неимоверной быстротой. — Ты же хотел помыться, Питер, как я понимаю… — начал издалека Дрейк, сокращая расстояние между ними. — Я уже закончил, — покраснев, как настоящий вареный рак, сказал Питер, пытаясь залезть в застегнутую на все пуговки рубашку. Конечно же, у него ничего не вышло… — А я нет, — присев рядом, ответил юноше капитан, смотря прямо на лицо мальчика. – Ты себя сейчас очень странно ведешь. Питер сверкнул несколько озлобленным взглядом, прекратив все попытки разобраться с одеждой на время: — Вы… и я? Посмотрите на меня. Капитан, вы выглядите полуголым куда соблазнительней. И шутка насчет меня затянулась, — юноша нахмурился сильнее, наконец сняв помятую рубашку с шеи, и отложил ее в сторону. — Вы то ласковы ко мне, то наоборот. Я запутался. Поникшие плечи, разворот лицом к мужчине и то, как юноша сел на камне… Лоуренс не знал, как описать всю прелесть момента. Он смотрел на капли воды, что стекали с мокрых волос и падали на бледно-персиковую кожу, и вдыхал свежий аромат тела Питера. — Я ничего о тебе не знаю, — неожиданно признался Лоуренс и положил ладонь рядом с рукой юноши. – Питер, что, в сущности, я и моя жизнь? Я – пират. Сегодня я жив, а завтра… Все это… Все это – может быть лишь твоей блажью. Ты из богатой семьи, и даже спорить не надо, ведь это видно по твоей манере поведения, по тому, как ты говоришь и держишься. В любой момент стоит тебе лишь захотеть, и ты вернешься в тот мир, от которого сбежал… С чего я должен был считать, что ты серьезен? Питер сжал кулак и челюсти, под конец слов Дрейка, вскочив со своего места. Он чуть было не упал в воду, но его вовремя успел прижать к себе за талию капитан, резко поднявшись с места. Юноша сначала было прижался, а потом оттолкнул мужчину от себя в сторону и зашипел: — Да любой год с вами важнее миллиона жизней с родителями. Я… — он запнулся, и взгляд Питера переменился, — я ведь люблю вас, капитан. — Зови меня Лоуренс, — ласково улыбнувшись, ответил ему Дрейк, подходя к Питеру и уже куда более властно привлекая юношу к себе. Зеленые листья колыхнулись от ветра и две птицы взлетели в небеса, расправляя свои крылья. Питер уткнулся своим взором в грудь мужчины, чувствуя, как властно и нежно держат его чужие и столь желанные руки. Он боялся взглянуть на Лоуренса и считал удары собственного сердца, стараясь не думать… Не гадать и не мечтать. И он сильно удивился, когда Дрейк прикоснулся к его подбородку, заставляя Питера встретиться взорами. — Я тоже… — еле слышно сказал Лоуренс, накрывая сладкие и все еще влажные после купания губы, не давая одуматься Питеру и хотя бы что-то произнести. Юноша успел шире открыть глаза, тут же… поплыв. Он чувствовал горячие ладони Дрейка на своей талии, и там, где касались тела пальцы мужчины, медленно распространялся сжигающий все естество огонь. Прежде Питеру было холодно, но все переменилось в одно мгновение, и теперь юношу бросало в жар. Языки пламени словно бы ласкали его кожу, не принося видимых травм, но дразня… Ему так хотелось большего. Питер чувствовал чужие уста на своих, и он прижимался все сильнее к мужчине, мучаясь от энергии, что зарождалась в нем, с каждым мгновением становясь все более невыносимей. Он стонал в голос, готов был разорвать одежду на Лоуренсе… и… неловким перебиранием ног на месте не удержался в своем шатком положении. Потеряв равновесие и падая в воду, Питер ухватился за рукав мужчины, потащив того за собой. Дрейк упал на него сверху, обдаваемый ледяной водой с головы до ног, а Питер удивленно взирал на то, как в очередной раз прилипла к телу капитана одежда, будто бы не понимая, как такое могло произойти. Испугавшись этого падения и того, чем ему за это может ответить капитан, Питер весь внутренне сжался… Пока Лоуренс не улыбнулся и не засмеялся в голос. В ответ на это кареглазый юноша не мог тоже не начать смеяться. — Ох… Ну и надо же, — выговорил Дрейк, когда успокоился. Мужчина поднялся с колен и помог Питеру тоже вылезти из воды, но стоило ему только ступить на каменный берег вокруг озерца, как Лоуренс тут же начал стягивать с себя одежду. Совершенно не стесняясь… Так что Питер засмотрелся и, заглядываясь на прекрасную спину Дрейка, упустил тот момент, когда капитан аккуратно (в отличие от Питера) сложил свои брюки. — Эм… — облизнул свои губы юноша, потеряв мысль и заодно возможность дышать. – Эм? Пока это «эм» было всем, что он мог выговорить. — Питер и потерял дар речи? Сегодня определенно странный денек, — ухмыльнулся Лоуренс, недвусмысленно смотря на ту часть одежды Питера, что все еще была на нем. Где-то в лесу просвистела свой личный мотив любви маленькая птичка. Звонкий звук водопада заглушил его, но этим и прелестна была песня крылатого создания… Открывая рот и пытаясь хоть как-то выровнять свое дыхание, Питер обхватил ногами торс мужчины, чувствуя, как его заодно держат сильные руки за ягодицы. По его лицу стекала вниз вода, оставляя мокрый след на коже, хоть как-то сбивая те языки пламени, что ласкали тело юноши. Он зарылся руками в черных волосах, ощущая горячие поцелуи-следы на своей шее, и не мог поверить… Они оба стояли под легким водопадом (Питер в большей степени сидел на Дрейке), где каменный выступ чуть сглаживал и без того размеренное течение воды в небольшом чистом озере или запруде. И оба неровно дышали, прижимаясь друг к другу… Питер стонал, кричал, вырывался и кусался. Его сердце сбилось с ритма, стуча в висках. Дрейк и его дыхание, его руки, его слова… Весь Дрейк сладостно мучил, без устали рвал, порабощал, говоря что-то на ушко, сжимая в руках трепетного и такого ранимого сейчас Питера, не похожего на себя в обычное время совершенно. Губы. Питер не чувствовал собственных губ. Те были истерзаны. Он выкрикивал имя, утыкаясь лбом в шею мужчины, вновь и вновь покусывая свои губы. Волосы. Они растрепались, несмотря на льющуюся сверху на головы обоим парням воду. И Питер чувствовал себя безумно растрепанным, даже измученным. Юноша впился своими зубами в плечо Дрейка, оставляя кроваво-алые подтеки, но Лоуренс его не остановил, не шикнул, не сказал и слова. А потом что-то щелкнуло внутри и все началось заново. Пламя и холод. Спустя какое-то время Дрейк с удовольствием помог охающему и ахающему Питеру осторожно войти под струи ледяной воды. Капитан даже нежно и совершенно без лишних намеков убрал темную прядку с лица юноши, когда шум чьих-то шагов донесся до них обоих. — А тут уже занято, — благоразумно заметил Бэсфорд, утаскивая удивленную Викторию от лицезрения двух совершенно голых мужчин. Питер с Дрейком переглянулись и не смогли сдержать улыбки. Лицо девушки по-настоящему было забавным зрелищем.